Любимое дело приносит достаток - Синетар Марша

При честных ответах все эти вопросы помогают увидеть, как мы подошли к оценке собственной привлекательности.

Наши ответы определяют уровень признания собственного "я", ощущения исконного права на определенное место в структуре общества (что в огромной степени связано с уже созревшим ощущением своей ячейки на рынке труда) и, в конечном счете, на место в мире вообще.

Те, кто чувствовал себя достойно в детстве, привыкают, что могут честно высказывать мнение и заявлять о нуждах, иметь свои предпочтения, что их не отвергнут, если они обратятся с просьбой. Это крайне важный урок и одновременно дар. Поэтому, когда люди заранее ощущают, что им откажут, они подавляют такие запросы в себе. И в результате, если они слишком робкие, или их чересчур сурово обрывали, когда они высказывали свои мысли, люди забывают, чего хотят, как это было с менеджером, чьи слова открывали эту главу.

Помню, в детстве, родители, родившиеся и выросшие в Европе, учили меня ничего не просить. Перед тем, как пойти со мной в гости, меня инструктировали не просить попить, не проситься в туалет, не брать печенье, когда его предлагают. "Возьми только одно печеньице. И просто сиди, как воспитанная хорошая девочка!" Читатели могут представить, какой я со временем стала "воспитанной" от таких поучений. Я была уверена, что "хорошие девочки" не спрашивают. К счастью, потом, столкнувшись с массой ситуаций, я узнала, что нет ничего неприличного в обыкновенной просьбе. Если бы не был усвоен этот важный урок, мне было бы куда труднее определить, чем заняться в жизни.

Нужны определенные усилия, чтобы высказать ту или иную просьбу, особенно, если вы младший в семье, где хмурые старшие уверены, что лучше знают, что нужно вам, а что нет. Это еще более важно для детей, которые по природе робки или рассматривают вещи, людей и события как нечто пугающее и неуправляемое.

Чтобы быть объективными, отметим: дети по-разному понимают слова и поступки родителей. Одни считают малейшую критику отповедью, резким отторжением, другие — более спокойны и устойчивы в отстаивании своего "Я". Некоторые от природы агрессивны и еще до своего рождения колотят ножками в утробе матери. Другие — спокойные и молчаливые, просто ангелы.

Большая часть представления о себе складывается из понимания, какими считают нас родители, точнее, как, по нашему мнению, они обращаются с нами. Вероятнее всего, именно в этот деликатный период жизни мы ставим цели и обдумываем планы, которые станем воплощать в будущем. Мы просто проглатываем события, переваривая их в информацию о нашем позитивном росте и способностях или слабости и неумении. Затем мысли, выстраиваясь в ряд, формируют базис всей жизни.

Если мы осознаем, что мы "в порядке", то искренне верим, что "Очень хорошие", и жизнь будет прекрасной и веселой. Если же из поведения и разговоров следует вывод, что нам чего-то недостает, напрашивается посылка, что вряд ли мы достигнем настоящего личного счастья. Тогда мы верим, что не заслуживаем того, чего хотим. Таким образом, мы сами себе приказываем привыкнуть к невыгодному положению, приучиться жить в тревоге и серости, к лишенному блеска существованию — вечно удивляясь, почему именно мы испытываем страдания. Но возможна и вера в лучшую долю, которую обрела женщина, сумевшая покинуть свой нищий дом. И тогда мы будем стремиться к воплощению своей веры.

Все вышесказанное подводит к одной мысли: именно в детстве формируется наша взрослая трудовая жизнь. Это включает в себя способность определять, чем хотим заниматься, когда вырастем, способы решения или ухода от проблем, желание стоять в стороне от толпы, умение принимать ответственность за принятые решения и поставленные цели.

Люди с высокой самооценкой следуют своим представлениям, мотивам и целям в жизни. В то же самое время они чувствуют связь с другими людьми, и, улучшая собственную жизнь, облегчают существование других.

Глава 3. Выражение своего "Я"

То хорошее, что видят в нас другие — самое ценное, чем мы владеем, и что часто почему-то стараемся в себе подавить. А ведь требуем еще и любви.

Прежде чем выразить себя в работе, мы должны сделать несколько важных шагов по обретению чувства личного достоинства. Люди с высоким чувством самоуважения овладели ими автоматически. Прежде всего, мы должны узнать и принять свою темную сторону — нашу "тень", как ее называет великий психолог Карл Юнг. Вместе с этим мы должны научиться полностью воспринимать себя такими, какими в действительности являемся.

Это восприятие себя имеет несколько составляющих, не самой последней из которых является умение обращаться с собой с любовью. На самом деле, в этом процессе мы являемся тремя личностями. Одна из них — что-то вроде блудного сына, который плохо ведет себя, особенно если делает неправильный выбор, но хочет вернуться к любви, безопасности и удобствам своего дома. Вторая — его щедрый любящий отец, без вопросов принимающий его обратно. Последняя личность — сын, который все подвергает сомнению, судит о других и противится этому гостеприимству. Я полагаю, что умиротворить "второго сына" — важнейшая задача для тех, кто не решил ее в детстве. Мы можем сыграть роль отца, чтобы полностью поглотить все остальные "Я", слившись в единое целое.

Пока мы не примиримся с собой, совершив это слияние, вряд ли наша самобытность как работника как-то проявится, ибо это есть способ жить продуктивно и незаурядно. Переделка старых привычек и поведения требует времени. Позволив себе использовать любое необходимое время для роста, мы увидим, что привычные способы существования, даже если они ненавистны, — не исчезают за ночь. Поэтому, вместо того чтобы ожидать немедленных результатов, мы поймем, что придется проявить терпение и не ждать волшебных превращений. Тогда мы вырастем до роли хорошего родителя, как учит нас притча о блудном сыне.

И последнее. Нам необходимо научиться обращаться с собой так, как если бы мы оценивали себя со стороны. Нужно сломать стереотипы поведения, которые портят и сводят на "нет" все то, чем мы в действительности являемся, что любим и ценим. Когда, шаг за шагом, мы достигнем мастерства в каждой из этих областей, мы освободим внутреннее знание того, что мы должны сделать в жизни. Эти два шага взаимосвязаны.

Люди, эффективно работающие, знают свои пределы. Они применяют их так, чтоб трудиться наилучшим образом. Они выяснили, что нужно уделять определенное внимание своим физическим особенностям, психическому состоянию, эмоциям и способам концентрации, что все перечисленные уникальные качества — хорошие помощники для выполнения работы. Действительно, привычки человека, его недостатки и даже фобии образуют сложную совокупность, разобраться в которой трудно самому индивидууму. Эта совокупность и есть сущность человека, выражающая сама себя.

Один мой клиент, от природы беспокойный, любит расхаживать взад-вперед при раздумьях. Так ему лучше думается. Поскольку он примирился с этой особенностью, другие приняли ее тоже. После долгих лет работы с ним коллеги ждут теперь, что он будет ходить в раздумьях. Конечно, его мозги принесли компании миллионы долларов, и он заработал право бродить столько, сколько пожелает.

Некая женщина, ученый, предпочитает работать обособленно, хотя в коллективе так не принято. Она постоянно закрывает свою дверь, и поначалу ее за это сильно критиковали. Отчетливо понимая, как ей лучше работать, чтобы добиться качественных результатов, она придерживалась своего любимого стиля. И со временем коллеги смирились.

Все эти люди выработали стиль, который примиряет противоположности, желание сконцентрироваться с необходимостью ходить, желание соответствовать установленным правилам с необходимостью действовать в соответствии с привычкой.

"Используй свои недостатки" было девизом французской певицы Эдит Пиаф. Возможно, вопрос осознания и использования наших особенностей вращается вокруг этого лозунга. Неуверена, являются ли особенности, приведенные здесь, ограничениями, но они, конечно, выглядят таковыми, когда сравниваются со стереотипами поведения, которые люди используют как способ существования.

Например, мы с одной знакомой писательницей часто обсуждаем нашу "лень". Каждый давно понял, что часть творческого процесса включает в себя и период полной апатии, вынашивания идеи. Это выглядит непривлекательно, даже плохо, если смотреть поверхностно, если сравнивать с тем, как мы приучены работать. Пуританская этика работы моего собственного воспитания строго противится бездеятельности в течение дня. Но, столкнувшись с необходимостью выполнить несколько различных творческих планов, я выяснила, что без подобных расслабляющих интермедий не обойтись.