(Не)нужный наследник предателя (СИ) - Янова Екатерина

А ещё… Я часто вспоминаю ту ночную тень. Зачем ты приходил?

Или это всё же мне привиделось? Теперь я уже ни в чём не уверена.

Я совершенно потеряна в пространстве, я не понимаю, как мне дальше жить. На что, зачем, почему?

Меня больше никто не охраняет. Я могу уйти, но куда?

От родителей мне осталась небольшая квартира. Но там живут квартиранты, и людям нужно будет время, чтобы освободить её.

У меня есть немного денег на счету, но этого точно не хватит даже на первое время.

Радует меня только Тёмочка, мой сынок. Он родился крепенький, несмотря на обстоятельства. Хорошо кушает, и молока у меня достаточно. А значит, как-то проживём.

Наступает день выписки. Я нервничаю с утра, потому что жду…

Я уверена, что Орлов появится. Такое у меня предчувствие.

И я готовлюсь, чтобы высказать ему всё, дать понять, что буду бороться за права своего сына. Пусть делает генетическую экспертизу, если ставит под сомнение своё отцовство.

Ты ещё будешь прощения у меня просить!

Ну, где же ты!

Открывается дверь.

Но в палату входит не он. Его водитель.

— Агния Сергеевна, — смотрит на меня холодно, — Дмитрий Валерьевич просил передать вам это…

Закатывает огромный чемодан. Я немею от дурных предчувствий.

— Зачем? — еле выдавливаю. — И где он сам?

Хотя всё я прекрасно понимаю. Не пришёл! И в глаза посмотреть не смог! Или не захотел? Решил ещё и так ударить побольнее?

— Это ваши вещи. А Дмитрий Валерьевич в отъезде.

— С ней? — доходит до сознания страшная правда.

— Да. Со своей невестой.

Удушающая тёмная волна поднимается в груди.

Множество вопросов вертится в голове, но я задаю тот, что шокирует больше всего:

— А как же… его сын? — дрожит надорвано мой голос.

— Ребёнок ему не нужен, — поджимает губы водитель. — Как и вы.

— Но я всё ещё ему жена!

— Уже нет. Вот документы о разводе, — протягивает мне папку, а я смотрю на неё, как на ядовитую змею.

— Я ничего не подписывала! Да и как он мог со мной развестись? Я была беременна, а теперь у нас ребёнок. Пока ему не исполнится год, нас не имеют права развести!

— Насколько я понимаю, ваш развод случился больше десяти месяцев назад. Вы просто… забыли? — смотрит на меня с прищуром, и в его взгляде читается явная угроза.

— Вы думаете, я оставлю это так? Да, я постараюсь, чтобы об этом узнала каждая бульварная газета! Я оставлю его на весь мир! — шиплю на этого бездушного идиота.

— А вот этого я бы вам делать не рекомендовал, — прищуривается прихвостень моего мужа. — У Дмитрия Валерьевича скоро свадьба. И это радостное событие никто не должен омрачить. Иначе… последствий вам не вывезти.

— Вы мне угрожаете?

— Нет. Предупреждаю. Если хотите, чтобы ваш сын не остался сиротой, то советую вам уехать подальше из города и больше здесь никогда не появляться. Вот здесь деньги, — оставляет на тумбочке пухлый конверт. — Это всё, чем ваш муж может помочь. Больше он вам ничем не обязан.

Глава 9

Выхожу из роддома совершенно потерянная. На улице бушует весна, а у меня в душе поздняя промозглая осень.

В лифте передо мной зеркало. Да уж, жалкое зрелище. Мне как будто не двадцать восемь, а все сорок пять… Черные круги под глазами, блеклые волосы, убранные в небрежный хвост, пигментные пятна на бледном лице выделяются уродливыми пятнами, плащ висит бесформенной тряпкой.

А там где-то мой муж загорает с аппетитной брюнеткой, которая скоро займет мое место.

В груди горит от этой мысли и хочется рвать и метать. Но… пусть провалятся!

У меня осталось нечто намного более ценное, чем все сокровища мира.

Прижимаю к груди самый родной, самый родной комочек. Мой сынок. Темочка.

Ради тебя я не позволю себе сломаться. Я справлюсь.

Спускаюсь по ступеням, скатывая чемодан по пологому пандусу.

Справа от меня шумная толпа родственников встречает сияющую девушку. Они ликуют, в небо летят шарики, навстречу ей летит муж с огромным букетом.

Еще недавно я была уверена, что у меня тоже все это будет. Любимый муж рядом, с гордостью держащий на руках сына, и море счастья.

А сегодня вот так…

Меня как дворняжку выбросили за порог. И мне даже пойти некуда.

Одинокая слезинка все же ползет из уголка глаза, а я ее даже смахнуть не могу, потому что руки заняты.

Медленно иду к воротам больницы. Спина ноет, и рука онемела от моей ноши. Но… я должна привыкать справляться со всеми трудностями в одиночку. И я прекрасно понимаю, что спина и хроническая усталость — это самые незначительные проблемы, которые мне предстоит решить.

Прямо сейчас я должна придумать, куда отправиться со своим крохой.

Если бы я была в своем родном городке, позвонила бы подруге. Но… Здесь я совсем одна. Мы с Димой переехали всего два года назад, и за это время я так и не нашла кого-то близкого по духу.

Гостиница? Посуточная квартира?

Господи! Все же всхлипываю от отчаяния, потому что понимаю, как это сложно. Новорожденный ребенок, он требует столько всего… А я даже обмыть его не представляю, где смогу.

Зажмуриваюсь. Сынок недовольно ворочается в своем свертке. Прижимаю его крепче, целую теплый лобик.

И как будто заряжаюсь силами.

Все! Минута слабости прошла. Раскисать нельзя! Собралась и включила мозги!

Пусть будет посуточная квартира для начала.

Присаживаюсь на лавочку. Достаю телефон, пытаясь одной рукой открыть приложение поиска жилья.

Но тут вдруг раздается громкий гудок клаксона. От неожиданности подпрыгиваю на лавочке, поднимаю голову.

На дороге прямо напротив меня стоит поразительно знакомая машина. Окна тонированы, и совершенно не видно, кто внутри.

Сердце совершает кульбит от встрепыхнувшихся чувств.

Дима? Неужели он все же приехал за мной?

Конечно! Я ведь знала, что он еще придет, чтобы сказать хоть что-то! Не может он бросить нас вот так, молча!

Встаю, на ватных ногах иду к машине, проклиная его и себя!

Его понятно за что, а себя… за глупую надежду, за невольную вспыхнувшую радость, что увижу этого вероломного предателя, за свое слабое, все еще любящее его сердце.

Как ты мог! — хочется заорать мне. — Неужели она стоила того, чтобы потерять нас!

И много еще чего я готовлюсь выкрикнуть ему в лицо.

Открываю дверь машины… но там совсем не Дима…

Глава 10

— Ярослав? — застываю поражённо.

— Агния Сергеевна, садитесь скорее в машину.

— Но…

— Давайте, давайте! — торопит меня.

Я растерянно смотрю на чемодан.

— Садитесь, с чемоданом я помогу.

Накидывает на голову капюшон, на глазах у него тёмные очки. Выскакивает из машины, быстро закидывает чемодан в багажник, и как только я опускаюсь на заднее сиденье, тут же стартует с места.

— Ярослав, что происходит? — смотрю на него настороженно.

— Всё нормально, Агния Сергеевна. Просто не хотелось бы столкнуться здесь с вашим мужем или с кем-то из его людей.

— Ну, это тебе не грозит, — зло усмехаюсь. — Орлов сейчас где-то на морях резвится со своей новой девкой. А его люди уже посетили меня и уехали.

— И что им нужно было? — оборачивается, но за тёмными очками я не могу понять его реакции.

— Выкинули меня, как ненужную игрушку, Яр, — отворачиваюсь к окну, пряча слёзы. — Откупиться пытались.

Мне бы тоже сейчас не помешали огромные тёмные очки. Чтобы спрятаться за ними и не показывать никому, как мне страшно и больно от всего происходящего.

— Вы хоть деньги взяли?

— Нет. В рожу их бросила прихвостню моего мужа. Своё только забрала. Телефон и вещи. Всё! Остальным пусть Орлов подавится.

— Понимаю вас, — кивает с улыбкой Яр. — Это глупо, конечно, но я бы также сделал.

— Представляешь, он в моём телефоне даже номера все свои удалил и фотографии, — истерика снова закипает внутри. — Ничего мне не оставил…, — голос начинает предательски дрожать. — Вот, сына только. Правда, по его мнению, ребёнок от тебя, прикинь, Яр! — сквозь слёзы прорывается болезненный смех. — Чёрт, а ведь малыш даже хмурится так же, как он.