Профессиональная защита подозреваемых, обвиняемых - Зинаида Макарова

В литературе никто не оспаривает того, что предмет защиты образуют права и свободы человека и гражданина. Спор идет лишь о том, входят ли в предмет защиты законные интересы. Конституция РФ пользуется таким термином (п. 2 ст. 36, п. 3 ст. 55). О законных интересах упоминается в ГК РФ (ст. 1), ГПК РСФСР (ст. 2, 3), КоАП РФ (ст. 1.2), АПК РФ (ст. 4), Семейном кодексе (ст. 17, 56), Федеральном законе РФ «О прокуратуре Российской Федерации» (ст. 1). УК РФ широко использует термин «законные интересы» и в многие составы преступления включено причинение вреда не только правам, но и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства (ст. 136, 201, 202, 2226 и др.). В УПК, как уже упоминалось, установлено, что уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступления, а обвиняемый вправе защищать свои права и законные интересы.

Абсолютное большинство авторов в предмет защиты включает не только права и свободы, но и законные интересы[46]. Если раньше в уголовно-процессуальной литературе разрабатывалась проблема законных интересов, то в настоящее время им почти не уделяется внимания. Довольно полно были исследованы законные интересы обвиняемого[47]. Законным интересам других участников процесса совсем не уделялось внимания или весьма мало[48]. В последние годы включают в предмет защиты любые интересы личности, а не только законные[49].

Согласно ч. 1 ст. 49 УПК защитник осуществляет защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых. Таким образом, обвиняемый – человек, не имеющий не только юридического образования, но и чаще всего не знающий законов, не разбирающийся даже в самых простых юридических вопросах, должен определить законность или незаконность своих интересов, ибо он вправе защищать лишь свои законные интересы (ч. 3 ст. 47 УПК). А защитник, в качестве которого по абсолютному большинству дел участвуют только адвокаты – профессиональные юристы, обязанные хорошо знать все законы и исполнять их, вправе осуществлять защиту любых интересов подозреваемого и обвиняемого, в том числе и незаконных. Еще один из многочисленных парадоксов нашего УПК.

Между правами и интересами существует тесная связь, но тем не менее они имеют различия, поэтому не случайно раздел VII главы IX-а Уголовно-процессуального кодекса Австрии называется «Права и интересы нарушителя».

В уголовном процессе имеют место различные интересы. Среди них есть такие, которые необходимо защищать. Какие же это интересы? В литературе дается однозначный ответ: законные. «В отличие от "интереса вообще" законный интерес основан на таком поведении государства, которое допускает возможность реализации данного интереса субъектом»[50]. Законные интересы – это не права, не свободы, они не охватываются их содержанием, однако носят характер правового дозволения и закрепляются не только в конкретных правовых предписаниях, но и в общих принципах права[51]. В правах и свободах уже выражен определенный интерес, но помимо этого интерес может иметь самостоятельное значение. Так, в принципах уголовного процесса отражены известные интересы. Например, в принципе гласности закреплен интерес, потребность гражданина в том, чтобы его дело рассматривалось открыто, было доступно для общественного ознакомления и обсуждения с тем, чтобы общественность могла убедиться, виновен или не виновен гражданин, нарушены или не нарушены его права и свободы, защищены они или нет, справедливы ли ход судебного разбирательства и его результаты. В наше время значение такого законного интереса приобретают столь важное значение, что и в Конституции РФ и УПК следует предусмотреть право каждого на гласное и справедливое судебное разбирательство. Данное право установлено статьей шестой Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, которая ратифицирована Россией 5 мая 1998 г. Исключения из принципа гласности также отражают законные интересы участников уголовного процесса. Сведения конфиденциального характера, а также те, которые касаются частной, интимной жизни гражданина, не должны подвергаться публичному обсуждению. Данный интерес вытекает из требований ст. 23 Конституции РФ и ст. 241 УПК.

Сначала возникают интересы, потребности, которые требуют правового закрепления. Они могут «перерасти» в права и свободы, а могут и остаться интересами, охраняемыми законом и выраженными в правовых принципах. Понятие интереса в праве может употребляться только в смысле нужды, потребности[52]. Потребности участника уголовного судопроизводства могут быть всевозможными, в том числе напрямую и не связанные с правами и свободами.

Но следует ли разграничивать законные и незаконные интересы? Необходимо ли выделять законные интересы или достаточно обойтись понятием «интересы»? В Основных положениях о роли адвокатов, принятых восьмым конгрессом ООН по предупреждению преступлений в августе 1990 г.[53], речь идет об интересах клиента. Однако ст. 15 данного положения гласит: «Адвокат всегда должен быть лояльным к интересам своего клиента». Что это означает? Слово «лояльный» в русском языке имеет два значения: 1) держащийся в границах законности (иногда только внешне, формально); 2) корректно, благожелательно относиться к кому-либо[54]. Отсюда следует, что адвокат по отношению к интересам клиента должен держаться в границах законности и быть корректным, благожелательным. В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 7 Федерального закона адвокат обязан честно, разумно, добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя.

Таким образом, законность является определяющим фактором и в отношении того, какой интерес обязан защищать адвокат. «Законный интерес – это отраженное в объективном праве либо вытекающее из его общего смысла и в определенной степени гарантированное государством простое юридическое дозволение, выражающееся в стремлении субъекта пользоваться конкретным социальным благом, а также в некоторых случаях обращаться за защитой к компетентным органам, в целях удовлетворения своих потребностей, не противоречащих общественным»[55]. Защита от подозрения, обвинения, неправомерных действий и посягательств – это не только защита прав и свобод подозреваемого, но и защита их законных интересов, которые не всегда совпадают с субъективным правом и не всегда полностью охватываются им.

По мнению Э. Ф. Куцовой, право обвиняемого на защиту – это право на защиту его законных интересов[56], под которыми она понимает существенные интересы обвиняемого, выраженные в нормах права, поэтому не всякий личный интерес обвиняемого является законным[57]. Но интересы обвиняемого могут быть не только выражены в нормах права, но и вытекать из них. Прав А. В. Малько, который считает, что законный интерес – это юридическое дозволение, имеющее в отличие от субъективного права характер правового стремления[58], правовой возможности[59]. Из этого следует, что необходимо разграничивать понятия права и законного интереса в уголовном процессе.

В. М. Корнуков под законными интересами личности понимает стремления и желания участников уголовного судопроизводства достичь социально-значимых и полезных для них результатов, которые дозволены в иной правовой форме либо вовсе не нашедшие отражения в законе, но не противоречащие нормам уголовно-процессуального права и общеправовым принципам[60]. Таким образом, он рассматривает законные интересы как определенное дозволение, сочетающее в себе единство личного и социально-значимого (общественного).

Представляется, что нет необходимости различать два вида интересов обвиняемого: стремление защищаться – материальный интерес, который всегда законен, и стремление использовать те или иные средства защиты – процессуальный интерес, который в некоторых случаях может быть незаконным[61], т. е. законность интересов обвиняемого определяется не предметом защиты, а средствами защиты. Тем самым некоторые авторы связывают понятие законного интереса обвиняемого с законными средствами защиты, т. е. интерес обвиняемого осуществлять защиту законными средствами и способами всегда является законным[62]. Из данного утверждения следует, что защите может подлежать и такой интерес, который не только не является социально-значимым, а даже противоречит ему. Адвокат-защитник в этом случае превращается в помощника обвиняемого, подыскивающего законные средства защиты всех и всяких интересов последнего и тем самым он встает «на опасную для защитника дорогу, на которой руководящей нитью служит не вопрос, что защищать, а лишь то, как защищать»[63].