Дикий Гранат - Анетта Гримм

голос был ровным, но с заметной сталью. — Лика не заинтересована в смене работы. Тем более на вашу компанию.

Савин усмехнулся, явно наслаждаясь ситуацией.

— О, Максим, вы слишком жёстко её держите. Не мешайте ей принимать решения. Может быть, она захочет лучшей возможности? — он бросил Лике взгляд, полный скрытого подтекста.

Максим смотрел на него холодно, но теперь его тон стал резким:

— Лика — часть моей команды. И я ценю её гораздо выше, чем вы можете себе представить. Ваше предложение неуместно.

Савин чуть пожал плечами, но его улыбка стала ещё шире.

— Что ж, жаль. Но, Лика, если передумаете, я всегда открыт для новых талантов, — произнёс он, бросив ей ещё один оценивающий взгляд, и удалился.

Максим некоторое время молчал, а затем тихо, но жёстко сказал:

— Этот человек играет опасные игры. И я не позволю ему втянуть вас в свои планы. Лика, будьте осторожны.

Она кивнула, чувствуя, как в его словах звучит не только профессиональная забота, но и нечто большее.

Вечер близился к концу, и напряжение, царившее весь день, постепенно отступало. Лика, чувствуя себя измотанной после всех событий, выпила пару бокалов вина. Однако из-за того, что она практически ничего не ела весь день, вино быстро дало о себе знать. Голова слегка закружилась, а движения стали не такими уверенными, как обычно.

Максим Сергеевич заметил её состояние, когда они остались вдвоём за столиком.

— Вам нужно домой, — сказал он спокойно, но в его голосе сквозила забота. — Я отвезу вас. Водителя я уже отпустил, так что за руль сяду сам.

Лика попыталась возразить, но его твёрдое выражение лица дало понять, что спорить бесполезно. Они вышли из ресторана и направились к машине. Максим держался спокойно, но в его жестах ощущалась странная сосредоточенность.

В машине было тихо. Максим, сосредоточенный на дороге, время от времени бросал на неё короткие взгляды, но ничего не говорил. Лика, чувствуя, как вино всё ещё кружит ей голову, откинулась на спинку сидения, стараясь не думать о событиях вечера.

Когда машина остановилась возле её дома, он вышел первым и, обойдя машину, открыл для неё дверь. Лика, слегка ошеломлённая его вниманием, протянула руку, чтобы выйти. В этот момент их взгляды встретились.

Максим, не отпуская её руки, замер. Его глаза словно говорили больше, чем он мог позволить себе произнести вслух. В них читалась странная смесь напряжения и чего-то ещё, чего Лика не могла понять. Она вдруг подумала: "Он всё ещё думает о Савине. Или… обо мне?"

— Вы в порядке? — тихо спросил он, но его голос звучал мягче, чем обычно.

— Да, просто… этот вечер оказался слишком насыщенным, — пробормотала она, чувствуя, как её сердце вдруг ускорилось.

Он молча кивнул, всё ещё держа её за руку. Казалось, он не замечал этого, или же не хотел отпускать. Лика ощутила странное желание сказать что-то, но в этот момент она сделала шаг, не заметив ступеньку у входа. Нога подвернулась, и она вскрикнула, теряя равновесие.

Максим среагировал мгновенно. Его сильные руки подхватили её, не дав упасть. Она оказалась в его объятиях, едва успев осознать, что произошло. На секунду они замерли, их лица оказались на опасно близком расстоянии.

— Вы слишком невнимательны сегодня, — произнёс он тихо, его голос стал ниже, а взгляд остановился на её глазах.

— Может, это вино… или вы, — пробормотала она, сама не понимая, зачем это сказала.

Его губы слегка дрогнули, как будто он собирался ответить, но вместо этого он просто посмотрел на неё. Время словно остановилось. Максим чуть наклонился, и их губы встретились.

Поцелуй был не резким и не обдуманным, он словно родился сам собой, естественно и неизбежно. В этот момент всё остальное перестало существовать. Лика чувствовала тепло его рук, его дыхание, и странное, почти пугающее ощущение, что этот человек видит её настоящей.

Когда он отстранился, их взгляды снова встретились. Его лицо было спокойным, но в глазах читалась буря эмоций.

— Я… не должен был, — наконец произнёс он, но его голос звучал так, будто он говорил не то, что чувствовал.

— Может, вы и должны, — ответила Лика тихо, чувствуя, как её щеки горят.

Максим посмотрел на неё ещё несколько мгновений, потом аккуратно поставил её на ноги, не спеша отпускать.

— Давайте я вас провожу, — сказал он, уже немного собравшись, но его голос всё ещё выдавал, что он далеко не так спокоен, как пытается казаться.

Лика, чувствуя, как внутри всё перевернулось, лишь кивнула, понимая, что этот момент уже изменил всё.

8. Крылов

Максим Крылов сидел за рулём, внимательно глядя на дорогу, но мысли его были где-то далеко. Её отражение в зеркале бокового вида мешало сосредоточиться. Лика… Всего пару недель назад он даже не знал о её существовании, а теперь она каким-то образом оказалась в центре его мыслей. Это было странно, почти раздражающе.

Когда машина остановилась возле её дома, и он открыл ей дверь, его взгляд невольно встретился с её глазами. В ту секунду он почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Она выглядела такой уязвимой и одновременно… неотразимой. Он не мог не заметить, как вино слегка кружило ей голову, и это лишь усиливало его чувство ответственности за неё.

Но когда он подхватил её, не дав упасть на ступеньке, всё в нём перевернулось. Её лицо было так близко, что он почувствовал её дыхание. В её глазах читалось нечто, что он не мог игнорировать, как бы ни пытался.

"Крылов, что ты делаешь?" — пронеслось в голове. — "Она ещё девочка. Ей всего 23. А тебе через пару месяцев будет 38. Ты в своём уме?"

Он хотел отстраниться, вернуть привычную дистанцию, которую всегда держал с подчинёнными. Но вместо этого он почувствовал, как тянется к ней. И в тот момент, когда их губы встретились, всё остальное перестало существовать.

Это был поцелуй, которого он не планировал, не хотел и не должен был позволять. Но он случился. И в этот момент он понял, что не может отрицать очевидное. Лика вызывала в нём чувства, которых он не испытывал уже очень давно. Её решительность, ум, непредсказуемость — всё это делало её такой притягательной.

Когда он отстранился, его охватило лёгкое чувство вины.

"Чёрт, ты же сам говорил себе не переходить эту границу," — мысленно отругал он себя. — "Ты её начальник, а не… Кто, Крылов? Друг? Романтик? Не строй себе иллюзий."

Но каждый раз, когда он смотрел на неё, видел её искренность и лёгкий румянец на щеках, он понимал, что