Дикий Гранат - Анетта Гримм

Никита замолчал, явно не ожидая такого вмешательства, а я почувствовала, как внутри меня что-то дрогнуло. Максим смотрел на него с таким спокойным вызовом, что Никита наконец отступил, пробормотав что-то вроде "в другой раз".

Когда он ушёл, Максим повернулся ко мне. Его взгляд был напряжённым, но в голосе звучала привычная сдержанность:

— Вы в порядке? Этот человек не доставляет вам неудобств?

Я на мгновение замерла, затем почувствовала, как внутри поднимается волна вызова. Его вопрос, его тон… Почему он так уверен, что может решать за меня? Почему он думает, что мне обязательно нужно его одобрение?

Я слегка приподняла бровь и, скрестив руки на груди, посмотрела на него с лёгкой улыбкой.

— Беспокоит? — произнесла я с подчёркнутой лёгкостью. — А кто сказал, что он меня беспокоит? Может, мне даже было приятно его общение. По крайней мере, пока вы не вмешались.

Секунда тишины. Я заметила, как лицо Максима изменилось. Его глаза чуть сузились, а челюсть сжалась так сильно, что я могла бы поклясться, будто слышу, как она скрипит. Но он быстро взял себя в руки, его лицо стало невозмутимо спокойным, только взгляд выдавал кипящее внутри раздражение.

— Приятно, значит? — тихо повторил он, его голос был ровным, но в нём чувствовалась сталь. — Рад слышать, что вы нашли время для… старых друзей.

— Конечно, — ответила я, не спуская с него взгляда. — Мы ведь когда-то хорошо ладили. Было интересно узнать, как он изменился.

Максим подошёл ближе, его фигура заслонила меня от остальных, и теперь мы стояли буквально в нескольких сантиметрах друг от друга.

— Если я правильно понял, он вас слишком активно "интересует"? — произнёс он с подчёркнутым спокойствием. — Уж слишком он старался привлечь ваше внимание.

Я ощутила лёгкий прилив тепла к щекам, но не собиралась уступать.

— Может быть, — ответила я с лёгким вызовом. — А может, вы слишком много читаете между строк.

Он чуть наклонился, его взгляд теперь был сосредоточен только на мне.

— Я читаю только то, что вижу, Лика, — сказал он тихо, но в его голосе было что-то, от чего внутри всё перевернулось. — А вижу я, что этот человек явно слишком настойчив. И вас это… устраивает?

Я не отвела взгляд, несмотря на то, как близко он был.

— Вы снова делаете выводы за меня, Максим Сергеевич, — ответила я. — Может, я сама разберусь, что меня устраивает?

Секунду мы просто смотрели друг на друга. Его взгляд стал жёстче, но я видела, как внутри него борются эмоции. Он отступил на шаг, выпрямился, и его голос снова стал ровным.

— Разберётесь, значит? — повторил он. — Отлично. Но если ваш "старый друг" снова пересечёт границы, поверьте, я это замечу.

Он развернулся и ушёл, оставив меня в лёгком замешательстве. Его реакция… это была не просто забота. Это была ревность. И мысль об этом заставила меня улыбнуться. "Ну что ж, Максим Сергеевич, игра начинается."

12. Искры и обманы

Через день после встречи с потенциальными спонсорами ситуация обострилась. Новость о том, что я и Никита должны вместе отправиться на презентацию нашего проекта, заставила весь офис зашептаться.

Поездка с Никитой стала темой для обсуждений в офисе не потому, что он был моим бывшим (этого я никому не говорила), а из-за его поведения. Никита слишком уж открыто демонстрировал свою симпатию ко мне на встрече. Его улыбки, реплики и постоянное внимание не остались незамеченными. Коллеги, конечно, обожали такие ситуации, и слухи расползлись мгновенно. В сочетании с тем, что нас отправляют вдвоём представлять проект, обсуждения только усилились.

Сама поездка была решением руководства наших потенциальных спонсоров. Это была их инициатива — отправить тех представителей обеих сторон которые им больше всего понравились по направлению деятельности для демонстрации готовых материалов и заключения предварительных договорённостей. Максим, как руководитель, не мог вмешаться. Если он отменил бы мою поездку, это вызвало бы вопросы со стороны партнёров, а возможно, и подорвало бы доверие к нашей компании. Но, судя по его реакции, ему это решение явно не нравилось.

-

После встречи я собиралась уходить, но Максим настиг меня прямо в коридоре. Его взгляд был холодным, но в нём читалась буря.

— Лика, — сказал он, его голос был низким и напряжённым. — Подожди.

— Что-то случилось? — спросила я, хотя знала, что он хочет обсудить.

Он посмотрел по сторонам, затем кивнул в сторону своего кабинета. Я прошла туда, он закрыл дверь и сразу заговорил:

— Ты действительно собираешься ехать с ним?

— А у меня есть выбор? — ответила я, скрестив руки на груди. — Это решение спонсоров. Разве я могу сказать им "нет"?

Его челюсть сжалась, а руки нервно стиснули край стола.

— Это решение… абсурдное, — бросил он. — Они могли бы отправить кого-то другого.

— Например, Карину?она не знает языка. Максим Сергеевич, это их решение, и вы не можете на него повлиять. Если попробуете вмешаться, это вызовет лишние вопросы.

Он замолчал, будто понимая, что я права, но это только больше злило его.

— Этот человек, Никита… — его голос стал тише, но ещё более напряжённым. — Он ведёт себя так, будто…

— Как будто? — я приподняла бровь, глядя на него с вызовом. — Как будто проявляет ко мне интерес? Это не запрещено, верно? Или Вы думаете, что можете решать, кто и как должен со мной общаться?

Его взгляд вспыхнул, и он резко шагнул ко мне, сокращая расстояние до опасного минимума.

— Лика, — тихо, но резко сказал он. — Ты даже не понимаешь, во что тебя могут втянуть.

— О, Вы опять обо мне "заботитесь"? — бросила я с вызовом. — Может, хватит пытаться контролировать всё вокруг? Никита просто едет со мной на презентацию на один день. Это не конец света.

Он молчал, его глаза буквально сверлили меня. А затем, прежде чем я успела что-то понять, его рука легла на мою талию, и он притянул меня ближе. Его губы накрыли мои — это был поцелуй, в котором была не только страсть, но и явное отчаяние.

Я не сразу поняла, что происходит, но вместо того чтобы отстраниться, я ответила на поцелуй. Это был момент, в котором всё смешалось — злость, напряжение, и что-то ещё, о чём я боялась думать.

Когда он наконец отстранился, его лицо всё ещё было близко к моему, его голос стал низким и хриплым.

— Мне плевать на эту поездку, — произнёс он, смотря мне прямо в глаза. — Но если этот человек хоть пальцем тебя тронет, он об этом пожалеет.

Я молчала, пытаясь привести мысли в порядок. Его уверенность, его