Когда Пора Отступиться - Блейк Пирс

Райли вошла в здание администрации и нашла кабинет декана, где её приветствовала строгая секретарь.

Райли показала женщине значок:

– Специальный агент Райли Пейдж, ФБР. Я вам звонила сегодня.

Женщина кивнула.

– Декан Отри ожидает вас.

Секретарь ввела Райли в огромный, сумрачный кабинет, стены которого были обшиты панелями из тёмного дерева.

Изысканно одетый мужчина преклонных лет встал из-за стола, чтобы поприветствовать её. Он был высоким, с серебристыми волосами, на нём был надет дорогой костюм-тройка и галстук.

– Агент Пейдж, я полагаю, – сказал он с холодной улыбкой. – Декан Уиллис Отри. Присаживайтесь.

Райли села перед его столом. Отри тоже уселся и повернулся на кресле.

– Я не уверен, что понимаю цель вашего визита, – сказал он. – Это как-то связано с безвременной кончиной Лоис Пеннингтон, не так ли?

– Вы говорите о её суициде, – проговорила Райли.

Отри кивнул и сложил руки домиком.

– Едва ли это можно назвать делом для ФБР, по моему мнению, – сказал он. – Я звонил родителям девочки, чтобы выразить им искренние соболезнования от имени школы. Они, конечно, подавлены. Всё это такое несчастье. Но, похоже, у них нет особенных вопросов.

Райли поняла, что должна тщательно выбирать слова. Она приехала раскрывать не порученное ей дело – на самом деле, её начальство в Квантико вовсе не одобрило бы её визит. Но возможно, ей удастся сделать так, чтобы Отри этого не узнал.

– Другой член семьи выразил недоверие, – сказала она.

Райли решила, что нет нужды уточнять, что она имеет в ввиду сестру-подростка Лоис.

– Какое несчастье, – повторил декан.

«Ему как будто нравится это слово», – подумала Райли.

– Что вы можете рассказать мне о Лоис Пеннингтон? – спросила она.

Отри принял скучный вид, его мысли, по-видимому, блуждали где-то далеко.

– Что ж, ничего такого, что её семья не успела бы вам рассказать, я в этом уверен, – сказал он. – Я не был знаком с ней лично, но…

Он повернулся к компьютеру и что-то ввёл.

– Судя по всему, она была совершенно обычной первокурсницей, – сказал он, глядя на экран. – Достаточно хорошие отметки. Никаких сообщений о чём-то неподобающем. Хотя я вижу, что ходила к психологу по причине депрессии.

– Но она не единственная студентка вашей школы, кто покончил с собой в этом году, – заметила Райли.

Выражение Отри немного потемнело. Он промолчал.

Перед отъездом Райли вкратце изучила два самоубийства, упомянутых Тиффани.

– Утверждают, что Дианна Уэббер и Кори Линз убили себя в прошлом семестре, – сказала Райли. – Причём Кори сделала это прямо здесь, в кампусе.

– Утверждают? – переспросил Отри. – Не вполне удачное слово, как мне кажется. Я не слышал обратного.

Он слегка отвернулся от Райли, как будто её здесь и не было.

– Мисс Пейдж… – начал он.

– Агент Пейдж, – поправила его Райли.

– Агент Пейдж, я уверен, что такой профессионал как вы в курсе, что за последние десятилетия процент самоубийств среди студентов колледжа вырос. Это третья по частоте причина смертности среди детей, достигших студенческого возраста. Каждый год в кампусах колледжей совершается более тысячи суицидов.

Он сделал паузу, как будто хотел, чтобы она прочувствовала вес его слов.

– И конечно, – продолжал он, – в некоторых школах случаются групповые самоубийства. В Бярс высокие запросы. К несчастью, на нашу долю выпало больше суицидов, но это неизбежно.

Райли подавила ухмылку.

Цифры, которые разузнала Эприл пару дней назад теперь ей пригодились.

«Эприл бы обрадовалась», – подумала она.

Она сказала:

– Процент самоубийств среди студентов колледжей по стране составляет семь с половиной человек на сто тысяч. Но буквально в этом году уже трое из ваших семисот студентов покончили с собой. Это в пятьдесят семь раз выше среднего показателя.

Отри поднял брови.

– Что ж, я уверен, что вам известно о…

– Выбросы, – договорила за него Райли, всё ещё сдерживая улыбку. – Да, мне известно о них. И всё же, уровень самоубийств в вашей школе кажется мне совершенно… несчастливым.

Отри молча смотрел, глядя в сторону.

– Декан Отри, у меня создаётся впечатление, что вы не рады тому, что здесь ходит сотрудник ФБР, – сказала Райли.

– Я действительно не рад этому, – подтвердил он. – Да и могу ли я радоваться? Это же пустая трата времени, как вашего, так и моего, и денег налогоплательщиков. А ваше присутствие здесь может создать впечатление того, что что-то не в порядке. А у нас в Колледже Бярс всё в порядке, смею вас уверить.

Он наклонился через стол к Райли.

– Агент Пейдж, к какому именно подразделению ФБР вы относитесь?

– Отдел Поведенческого Анализа.

– А, это неподалёку, в Квантико. Что ж, возможно, вам захочется узнать, что многие из наших студентов родом из семей политических деятелей. Некоторые из родителей имеют заметное влияние на правительство – включая ФБР, смею полагать. Я уверен, что вы не хотите, чтобы до них дошли такие известия.

– Такие известия? – переспросила Райли.

Отри покачался в кресле вперёд и назад.

– Подобным людям может захотеться подать жалобу вашему начальству, – сказал он со значительным видом.

Райли почувствовала себя не в своей тарелке.

Она почувствовала, что он догадался, что она приехала не в официальном порядке.

– Лучше всего не создавать проблем там, где их нет, – продолжал Отри. – Я лишь отмечаю это для вашего блага. Мне бы ужасно не хотелось, чтобы вы поссорились со своим начальством.

Райли чуть не рассмеялась вслух.

Ссоры с начальством были для неё привычным делом.

Как и отстранения или увольнения с последующим восстановлением в должности.

Это Райли не пугало.

– Понимаю, – сказала она. – Вы пойдёте на всё, чтобы не испортить репутацию вашей школы.

– Рад, что мы поняли друг друга, – сказал Отри.

Он встал, очевидно, ожидая, что Райли покинет его кабинет.

Но Райли не была готова уйти – ещё нет.

– Спасибо, что уделили мне время, – сказала она. – Я уеду сразу, как только вы дадите мне контактную информацию семей предыдущих самоубийц.

Отри уставился на неё. Райли смотрела на него в ответ, не вставая с места.

Отри посмотрел на часы:

– У меня встреча. Я должен вас покинуть.

Райли улыбнулась.

– Я тоже тороплюсь, – сказала она, взглянув на собственные часики. – Так что чем скорее вы дадите мне информацию, тем скорей мы с вами сможем вернуться к своим делам. Я подожду.

Отри нахмурился, затем снова сел к компьютеру. Он что-то напечатал на клавиатуре, затем загудел его принтер. Он передал Райли листок с информацией.

– Боюсь, что мне придётся пожаловаться вашему начальству, – сказал он.

Райли не двигалась. Её любопытство возросло.

– Декан Отри, вы только что упомянули, что на «вашу долю выпало больше самоубийств». О скольких самоубийствах мы говорим?

Отри ничего не ответил. Его лицо покраснело от ярости, но голос прозвучал спокойно и сдержано.

– Передайте своему начальству в ОПА, что я с ними свяжусь, – сказал он.

– Разумеется, – сказала Райли нарочито вежливо. – Благодарю, что уделили мне время.

Райли вышла из офиса, а затем и из административного строения. На этот раз ветер бодрил и вселял энергию.

Уклончивость Отри убедила Райли в том, что она наткнулась на гнездо зла.

А Райли специализировалась на зле.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Сев в машину, Райли стала проглядывать информацию, которую ей дал декан. Она стала вспоминать подробности смерти Дианны Уэббер.

«Конечно, – вспомнила она, открывая старые новостные сообщения на телефоне. – Она дочь конгрессвумен».

Депутат Хейзл Уэббер была восходящим политиком, замужем за известным юристом из Мэриленда. Смерть их дочери была в новостях прошлой осенью. В тот момент Райли не обратила на этот случай особенного внимания: всё напоминало скорей сплетню из жёлтой газеты, нежели настоящую новость, кроме того, Райли считала, что такие случаи – дело семьи и никого более.

Теперь она думала иначе.

Она нашла номер телефона вашингтонского кабинета конгрессвумен Хейзл Уэббер. Она набрала номер и услышала в трубке деловитый голос секретаря.

– Говорит специальный агент Райли Пейдж, ФБР, Отдел Поведенческого Анализа, – представилась Райли. – Мне бы хотелось договориться о встрече с депутатом Уэббер.

– Могу я спросить, какова цель встречи?

– Мне нужно поговорить с ней о смерти её дочери прошлой осенью.

Повисло молчание.

Райли сказала:

– Мне жаль беспокоить конгрессвумен и её семью по поводу этой ужасной трагедии, но нам нужно довести дело до конца.

Опять молчание.

– Простите, – медленно произнёс секретарь, – однако депутата Уэббер сейчас нет в Вашингтоне. Вам придётся подождать, когда она вернётся из Мэриленда.

– А когда это произойдёт? – поинтересовалась Райли.