Стихи. Песни. Сценарии. Роман. Рассказы. Наброски. Дневники. - Геннадий Шпаликов

«Все лето плохая погода…»

Все лето плохая погода,Звучит этот вальс с парохода,Над пляжем, над шлюзом, над домомИ Тушинским аэродромом.

А в Тушине — лето как лето,И можно смотреть без билета,Как прыгают парашютисты —Воздушных парадов артисты.

То в соснах они пропадают,То в речку они попадают —Тогда появляется катерС хорошим названьем «Приятель».

На катере ездят все летоСпасатели в желтых жилетах,Спасители душ неразумных,Раздетых и даже разутых.

Татарово, я не ревнуюТу лодку мою надувную,То лето, ту осень, те годы,Те баржи и те пароходы.

Татарово, я не ревнуюПогоду твою проливную,И даже осенние пляжи —Любимые мною пейзажи.

ОТВЛЕЧЕННЫЕ МЫСЛИ, НАВЕЯННЫЕ ВОСПОМИНАНИЕМ О ДМИТРИИ МЕРЕЖКОВСКОМ

Живет себе, не дуя в ус,Героем «Энеиды»,Не в ГПУ — при Гиппиус,На средства Зинаиды.

А тут — ни средств, ни Зинаид,Ни фермы и ни фирмы,И поневоле индивидЖивет, закован фильмой.

На языке родных осин,На «Консуле» — тем пачеСтучи, чтоб каждый сукин сынДуховно стал богаче.

Стучи, затворник, нелюдим,Анахорет и рыцарь,И на тебя простолюдинПридет сюда молиться.

Придут соседние слепцы,Сектанты и тираны,И духоборы и скопцы,И группа прокаженных.

И боль и блажь простых людейДоступна — ты не барии,Хотя ты, Паша, иудей,А что — Христос — татарин?

Я не за то тебя люблю,Что здесь — и не однажды! —По юбилейному рублюВсегда получит каждый.

Ты не какой-то имярек —Прошу, без возраженья! —Ты просвещенный человек,Почти из Возрожденья.

…Вечереет…

Нам зябнуть, но не прозябать!А некой протоплазмойЗевать, чтобы не прозеватьХотя б закат над Клязьмой.

О СОБАКАХ

Я со псом разговаривал ночью,Объясняясь наедине:Жизнь моя удается не очень,Удается она не вполне.

Ну, а все же, а все же, а все же, —Я спросил у случайного пса, —Я не лучше, но я и не плоше,Как и ты — среди псов — не краса.

Ты не лучший, единственный — верно,На меня ты печально глядишь,Я ж смотрю на тебя суеверно,Объясняя собачую жизнь.

Я со псом разговаривал ночью,Разговаривал наедине.И у псов жизнь, выходит, не очень,Удается она не вполне.

«О, как немного надо бы…»

— О, как немного надо бы,— пошли с тобой по ягоды,а хочешь — по грибы?..

— Я рада бы, я рада быи до китайской пагоды —— ах, если б да кабы.

Гадать бы мне по линиямруки — или по лилиям:то тонут, то всплывут.

А я бреду по просеке,а вы чего-то просите,а я ни там ни тут.

«За два дня до конца високосного года…»

За два дня до конца високосного годаНаступает на свете такая погодаИ такая вокруг тишина,За два дня до конца високосного годаУчасть каждого решена.

Это мне говорили. Я видел.Серп луны. Синеву. Тишину.Прорицатели — не в обиде, —Я хочу полететь на Луну.

На чем во сне я не летал?На «Глерио», «Фармане»,И даже девочек каталЯ на катамаране.

И улыбаюсь я во сне,Ору во сне, как рота,И надо просыпаться мне,А неохота.

«Людей теряют только раз…»

Людей теряют только разА потерявши — не находят,А человек гостит у вас,Прощается — и в ночь уходит.

А если он уходит днем,Он все равно от вас уходит.Давай сейчас его вернем,Пока он площадь переходит.

Давай сейчас его вернем,Поговорим и стол накроем,Весь дом вверх дном перевернемИ праздник для него устроим.

«Не насовсем прощались…»

Не насовсем прощалисьА так, до неких пор,Забытыми вещамиЗавален летний двор.

Кому и чем обязан —Трава узнает пусть.Я разберусь не сразу,Я после разберусь.

Так бесконечно летоУ нас над головой,И хорошо бы этоПозаросло травой.

Вчерашние обиды,Упреки впопыхахВ крапиве позабытыИ тонут в лопухах.

САДОВОЕ КОЛЬЦО[16]

Я вижу вас, я помню васИ эту улицу ночную,Когда повсюду свет погас,А я по городу кочую.

Прощай, Садовое кольцо,Я опускаюсь, опускаюсьИ на высокое крыльцоЧужого дома поднимаюсь.

Чужие люди отворятЧужие двери с недоверьем,А мы отрежем и отмеримИ каждый вздох, и чуждый взгляд.

Прощай, Садовое кольцо,Товарища родные плечи,Я вижу строгое лицо,Я слышу правильные речи.

А мы ни в чем не виноваты,Мы постучались ночью к вам,Как те бездомные солдаты,Что ищут крова по дворам.

«Не принимай во мне участья…»

Не принимай во мне участьяИ не обманывай жильем,Поскольку улица, отчасти.Одна — спасение мое.

Я разучил ее теченье,Одолевая, обомлел,Возможно, лучшего леченьяИ не бывает на земле.

Пустые улицы раскручивалОдин или рука к руке,Но ничего не помню лучшегоНочного выхода к реке,

Когда в заброшенном проездеОткрылись вместо туникаБольшие зимние созвездьяИ незамерзшая река.

Все было празднично и тихоИ в небесах, и на воде.Я днем искал подобный выходИ не нашел его нигде.

«Справляли мы поминки…»

Справляли мы поминкиПо выпавшему зубуПлечистой четвертинкойУ продавщицы Любы.

Не редко и не часто,Но выпадают зубы,Зато они лучатсяУ продавщицы Любы.

Ах Люба, Люба, Люба,Я рядышком сижу,Но все равно я — убыль,А на тебя гляжу.

Ты золотоволосая,Голубоглаза ты,А я сижу матросомС понятием простым.

Мне правится тут оченьИ неохота оченьОтсюда уходить.

«Сегодня пьем…»

Сегодня пьемОпять втроем,Вчера втроем,Позавчера —Все вечераВтроем.Четвертый был,Но он забыл.Как пел и пил.Ему плевать,Ушел вчера,А нам блеватьВсе вечераВтроем.

ПЕСЕНКА

Жила с сумасшедшим поэтом,Отпитым давно и отпетым.И то никого не касалось,Что девочке горем казалось.

О нежная та безнадежность,Когда все так просто и сложно,Когда за самой простотою —Несчастья верста за верстою.

Несчастья? Какие несчастья —То было обычное счастье.Но счастье и тем непривычно,Что выглядит очень обычно.

И рвано, и полуголодно,И солнечно или холодно,Когда разрывалось на частиТо самое славное счастье.

То самое славное время,Когда мы не с теми — а с теми.Когда по дороге потерейЕще потеряться не верим.

А кто потерялся — им легче, —Они все далече, далече.

«Я сетую. На что я сетую?»