Исламское мировоззрение - Муртаза Мутаххари

С точки зрения Ислама, в частности, в представлении шиизма, нет ни малейшего сомнения в том, что понимание исламских знаний вне зависимости от сопутствующих этому практических, общественных результатов, само по себе является высшей целью человека.

Итак, приступим к рассмотрению практического единобожия.

Практическое единобожие, или единобожие в поклонении, означает обретение единства в поклонении Истине (Богу). Ниже мы поговорим о том, что с точки зрения Ислама, поклонение имеет свои степени и ступени. Самыми очевидными этапами поклонения являются ритуалы освящения и очищения. Если эти ритуалы будут проведены во имя лжебожества, то те, кто это сделает, неизбежно выйдут из монотеизма и сойдут с орбиты Ислама.

Однако, с точки зрения Ислама, поклонение не ограничивается этой ступенью. Любой выбор направления, идеала и нравственного ориентира считается поклонением. Если человек выберет свои чувственные желания в качестве направления пути, своего идеала и нравственного ориентира, это будет означать, что он боготворит эти желания. «Видел ли ты того, кто своим богом сделал свою страсть?»[22], – говорится в Коране. Человек, выполняющий повеления другого человека, подчиняться которому ему не приказал Бог, боготворит того, кто дал ему приказ:

«Они взяли своих книжников и монахов за господ себе, помимо Аллаха». [23]

«И одним из нас не обращать других в господ, помимо Аллаха». [24]

Поэтому практический монотеизм, или монотеизм в поклонении, означает признание только Бога в качестве Субъекта власти, высшего Ориентира духа, Направления движения, Идеала, дабы человек, что бы он ни делал, – садился, вставал, наклонялся и т. п. – делал это во имя Всевышнего, жил во имя Его и умирал во имя Его. Так, Ибрахим[25] (А) сказал:

«Поистине, молитва моя и поклонение мое, жизнь моя и смерть – у Аллаха, Господа миров, у Которого нет сотоварища. Это мне повелено, и я первый из предавшихся (мусульман)».[26]

Этот монотеизм Ибрахима составляет его практическое единобожие. Благословенный девиз «Нет бога, кроме Аллаха» лучше всего определяет практический монотеизм, утверждая, что нет ничего достойного поклонения, кроме Самого Бога.

Человек и достижение единства

Нас всегда занимали и занимают вопросы о том, как добиться психологического единства человека, как может общество достигнуть монолитности и гармонии. С другой стороны, встает вопрос о разделении личности индивида на различные полюса, распадении сущностной реальности человека на несогласованные части, разделении общества на отдельные противоречащие друг другу, несогласованные и даже антагонистические «я», группы и классы. Что следует предпринять, чтобы человеческая личность достигла единства и цельности в своем эволюционном развитии с психологической и социальной точки зрения? В это плане существуют три теории: материализм, идеализм и реализм.

а) Материалистическая теория

Эта теория думает только о материальном, не признавая за душой никакой реальности. Ее сторонники полагают, что фактором, разъединяющим и уничтожающим человека с точки зрения индивидуальной психологии и общество с точки зрения коллективной идентичности, является собственность, то есть принадлежность вещей людям. Материализм утверждает, что именно вещи посредством своей исключительной принадлежности разделяют людей. Человек – общественное животное.

В начале истории люди жили коммунальной жизнью, не отделяя себя от общего «мы». «Я» не существовало и, человек ощущал только общность себя и других. Вместо индивидуальности имел место коллективизм. Человеческая боль была общей болью, а чувства – общими чувствами. Каждый жил для коллектива, а не для себя. Даже совесть была коллективной. В доисторические времена человек жил общинным духом и общинными чувствами. Он занимался охотой и собирательством. Каждый по мере своих возможностей добывал что-то в лесу и в море, дабы обеспечить себя. Расширенного воспроизводства не существовало.

Когда же человек открыл для себя земледелие и возможность расширенного воспроизводства, появилась возможность одной общественной группе работать, а другой потреблять и не работать. Это и привело к появлению принципа собственности. Появление частной собственности, то есть исключительной принадлежности имущества и богатства, в особенности предметов труда (вода, земля) и средств производства (плуг), определенной группе уничтожило коллективный дух и разделило общество, которое до этого вело общий, коллективный образ жизни, на две части: имущих эксплуататоров и неимущих эксплуатируемых. Общество, которое характеризовалось одним словом «мы», теперь предстало в качестве совокупности отдельных «я». Собственность способствовала отчуждению человека от своей социальной, коллективной сущности. Он стал ощущать себя уже не человеком, а собственником, отдалился от себя и ослаб.

Только с уничтожением этих пут может человек заново обрести нравственную целостность, духовное здоровье, общественное единство и благополучие. История неизбежно ведет именно к такому единству.

Собственность, заменившая человеческое единство на множественность, а вместо общности создавшая разобщенность, похожа на те зубцы стен, которые разделяют единый солнечный свет и создают тень (об этом замечательно сказал Моулави). Впрочем, слова Моулави касаются одной из мистических истин, а именно – появления множественности из единства и наоборот, однако тенденциозное истолкование позволило марксистам использовать это высказывание в своих целях.

Мы были единой широкой сущностью,У нас не было отдельной головы или ног,Мы были единой субстанцией – как солнечный свет,Мы были ровны, как гладь воды.Но когда показался этот чистый свет,Разделился он, и стало его столько же,Сколько теней от зубцов стены.Сломайте зубцы на стене,Чтобы ушло это разделение света.

б) Идеалистическая теория

Эта теория думает только о внутреннем мире человека, о связи человека со своей душой, полагая, что душа есть основа всего. Носители таких взглядов говорят: правильно, что наличие собственности и производство, превышающее физические потребности производителя, нарушают единство и приводят к гетерогенности, выступая в роли факторов раскола и разрушения (душевной раздробленности в человеке и групповой раздробленности в обществе). Однако всегда определение (прибавляемое) становится причиной раскола у определяемого (того, к чему прибавляют), а не наоборот. Разрушение подчиняется той же зависимости. Принадлежность или присвоение различных вещей человеком (как-то: имуществ, женщин, должностей и др.) не является причиной раскола в душе или в обществе. Наоборот, наша внутренняя привязанность к вещам становится причиной указанных выше отрицательных явлений. Собственность не отчуждает человека от себя и от коллектива – его отчуждает имущественное «рабство». Причиной отчуждения является не сама собственность, а внутреннее отождествление себя со своей собственностью.

Следовательно, для того, чтобы «я» превратилось в «мы», нет необходимости разрушать принадлежность вещей человеку – следует устранить зависимость человека от вещей. Освободите человека от пут вещей, дабы он вернулся к своей истинной человечности. Дайте ему духовную свободу! Какова польза в том, чтобы освобождать вещи?

Свободу, социальность и единство следует дать человеку, а не вещам.

Фактор нравственного и социального монотеизма является образовательно-воспитательным, причем в области духовности; он не относится к экономике. Внутренняя эволюция людей – это фактор их единения и сплочения, а не ослабления. Для того чтобы добиться цельности человека, следует дать ему смысл, а не отбирать у него что-либо материальное (имущество). Человек прежде всего животное, а во вторую очередь – человек: животным он является в силу своей природы, а человеческое в нем благоприобретенное. Человек заново получает свое человеческое начало, которое потенциально и сущностно в нем присутствует, под сенью веры и под влиянием правильного воспитания и образования. До тех пор, пока он не обретет духовности под воздействием эффективных преобразующих факторов и не станет человеком, продолжая пребывать во власти своей животной природы, не будет никакой возможности для обеспечения единства людских душ.

Рассматривать материю в качестве фактора раскола или единения человека, утверждая, что если сливается материя, то происходит соединение человека и наоборот, и полагать, что нравственная и социальная личность подчинена экономике и производству и паразитирует на них, – значит не понимать человека и не верить в его первозданность, его разум и волю. Такая теория негуманистична.