В чем сила (СИ) - Сергей Буденов

– Что? ПДА? Тебе? – Не понял сталкер. Парень моргнул, соглашаясь.

Фома быстро включил и подал парню ПДА. Тот начал что-то печатать. Потом отдал обратно. На голубовато-зеленом экране было написано: «Отнеси флешку Нестору. Пожалуйста! Поклянись!». Он достал из внутреннего кармана белую флешку и протянул ее Фоме. Сталкер взял флешку, на которой маркером была написана цифра «5».

– Клянусь. Как тебя звать? Имя тоже напиши. – Передал парню ПДА.

Парень ткнул пару раз в кнопки и замер. Спустя секунду его руки упали, и взгляд голубых глаз неподвижно уставился на Фому. Он поднял ПДА и прочитал: «Ан…» – курсор мигал после двух букв.

Поднявшись из оврага, Фома пошел к дереву, где лежал Газон. Зайдя за дерево, он увидел, как бандит с довольным видом распутывал ноги, сидя спиной к оврагу. Сталкер нетерпеливо приказал:

– Живей давай! Поможешь мне!

Газон от неожиданности подпрыгнул, развернулся, и радость на лице сменила досада и бессильный гнев. Закончив, он с трудом поднялся и покорно уставился на Фому, покусывая от боли губы.

Фома, не церемонясь, вытолкал стволом в спину хромающего бандита к оврагу. Приказав «собрать дружков в тоннеле», дал легкого пинка для ускорения. Газон кубарем скатился по склону, с трудом поднялся и пошел к камышам, сильнее припадая на ногу. Тем временем, Фома поднял свой рюкзак и спустился к тоннелю. Усевшись, стал разбирать «калаши» бандитов и паренька, и складывать в рюкзак. Дробовик отложил в сторону.

Газон и Лапа двигались к товарищу, обняв друг друга. Было непонятно, кто кому помогает идти. Фома глянул в их сторону и занялся бандитским рюкзаком. Кроме початой аптечки, ПДА, пачки патронов к дробовику, бутылки водки и скромной закуски в виде хлеба ничего полезного не нашлось. Выбросив в глубину тоннеля ненужный рюкзак, Фома обыскал скарб убитого. Патроны на «калаш», ПДА, ПМ и патроны к нему он также переложил к себе. Остальной хлам постигла судьба бандитского рюкзака.

Газон с Лапой втащили под руки Атаса в тоннель, помогли ему сесть к стене и сели рядом. Каждый держался за раны, но хуже всех выглядел Атас. В животе зияла рваная рана, все было залито кровью. Атас часто дышал, Лапа был на грани обморока, а Газон сидел, тупо глядя в потолок.

Фома подошел, бесцеремонно и нещадно пнув Газона прямо по раненой ноге, жестко спросил:

– Кто из сталкеров в баре – осведомитель?

– Да пошел ты, сука! – Лапа оскалился.

– Я не с тобой разговариваю! – Фома достал ПМ и выстрелил ему в колено. Лапа заорал, схватился за ногу и начал подвывать. Фома перевел ствол на ногу Газона – Говори, будь мужиком, пожалей ребят. Я могу целый день вас здесь калечить и мучить. Фантазии у меня хватит, уж поверь. Ну! – он выжал слабину на спуске.

– Стой, стой! Не надо! – запричитал Газон – Я скажу. Это Барон. Мля, браток пожалей! Хочешь, под тобой ходить будем?! А? Только не убивай! – он перешел на рыдания.

Лапа ткнул его в бок, пытаясь заткнуть, но Газон ощетинился:

– Лапа, отвали! Не хочешь жить – подыхай, а я не собираюсь! Браток, не губи, все что скажешь, сделаю, падлой буду!

– Заткнись. – Фома снова прицелился в ногу, тот закивал – Кто ваш пахан?

На секунду Газон замялся, но увидев, как палец выжимает слабину на спуске, не выдержал:

– Нет! Его Паук зовут. Но больше я не могу сказать. Они если узнают – из земли достанут. Только не стреляй! Пожалуйста!

– А больше ничего не надо. Вон там, – Фома указал вглубь тоннеля – Ваши ножи. Но, я хоть и садист, не увижу зрелища, времени нет. Поэтому это вам… – он достал из пистолета обойму, выщелкнул три патрона на пол. Затем убрал обойму в карман, выстрелил Газону в колено здоровой ноги и выбросил ПМ в тоннель. Крик Газона резанул по ушам. Фома поднял дробовик, вышел из тоннеля и направился к коряге, что лежала над тоннелем.

Найдя схрон, как учили, и не найдя ничего, он пошел по краю оврага обратно в бар. Отойдя от тоннеля метров на двести, сталкер различил три выстрела с минутным интервалом каждый.

Глава 3.

Под вечер на подходе к безымянной деревушке с бункером-баром Фома услышал выстрелы. Стреляли в основном из «калашей» и изредка трещало что-то еще, не знакомое. Продлилось все недолго – пару минут. Потом короткие очереди сменились редкими одиночными выстрелами, которые тоже – почти сразу – прекратились. Больше, сколько Фома ни прислушивался, никто не стрелял.

Спустя пару минут из-за пригорка показалась ложбина, где располагалось бывшее село. Не прошло и пяти минут, как Фома зашел в его южную окраину. Он старательно избегал разбитой дороги и шел параллельно, памятуя о бешеной негнущейся траве.

Пройдя с десяток метров по улице деревушки, он заметил двух сталкеров за одним из полуразрушенных домов. Они шли навстречу, и Фома решился спросить:

– Мужики, кто стрелял? Все в порядке?

Один прошел мимо, удостоив его лишь коротким, и как показалось, презрительным, цепким взглядом. Второй остановился, повесил «калаш» на плечо и нехотя выдавил:

– Нормалек. Так стайка плотей забрела. Случайно видать. Пришлось прогнать.

– Каких плотей? – не понял Фома.

Вместо ответа сталкер лишь махнул за спину, показывая за угол дома. Фома прошел в указанном направлении, свернув влево, за угол почти целого дома и увидел пару шарообразных гнилых туш. Подойдя ближе, чтобы лучше рассмотреть коренных обитателей Зоны, сталкер увидел, что вместо передних ног мутантов были похожие на серпы отростки. Тупая морда имела всего один глаз, второй заплыл наростами. Все тело мутантов было в сплошных язвах и коростах.

Сзади подошел сталкер лет тридцати и Фома поинтересовался:

– Это и есть плоть?

– Новичок? – спросил сталкер, Фома кивнул – Да, плоть. Давай поможешь. Вынести надо, а то вонять будет. Бери за ноги.

Вместе они выволокли мертвечину за окраину деревни, отнесли метров на сто от села и бросили прямо в поле. Проделав нехитрую процедуру захоронения еще раз, оба возвратились в село. Фому раздирало любопытство:

– А кем они раньше были?

– Свиньями. – Буднично ответил сталкер и, не говоря ни слова, пошел по своим делам.

Фома направился в бар. Войдя в комнату с дежуркой, он подошел к решетке. Бычара, сидевший за столом, все также ковырял ножом в ногтях, будто не прошло столько времени. Фома решил похохмить.

– Сдавай ствол и проходи, – все тем же тоном, что и утром проворчал Корень.

– Клубень, где Нестор? – Фома и не подумал отдать винтовку.

– Я – Ко-рень! – по слогам прорычал бык – Ствол!

– Клубень, Корень. Какая разница? – с ленцой протянул Фома – Где хозяин?