Любовь по правилам - Джулия Милтон

Несмотря на кажущуюся удовлетворенность доставшейся ей ролью, Сузан втайне мечтала очутиться на месте Лауры или Эстер. И почему только она не может относиться к жизни так же легко и беззаботно, как подруги? Пусть окружающие наперебой восклицают, что хотели бы быть такими же правильными и рассудительными, как мисс Саронг. Если бы они только знали, какие страдания приносят эти качества своей обладательнице! Насколько тяжело быть всегда хорошей и видеть, как из-за этого каждодневно отказываешь себе в маленьких радостях!

Мне всего двадцать пять, а я похожа на древнюю старуху, с тоской размышляла Сузан, собираясь в ресторан, где им с Лаурой предстояло познакомиться с новым поклонником Эстер. Даже вспомнить не о чем!

Радости и горести ровесников, бурно радующихся каждой прожитой минуте, всегда казались ей чем-то мелочным и незначительным. С головой погруженная в школьные, а затем университетские занятия, она не замечала, как мимо проплывает настоящая жизнь. Она думала, у друзей голова забита одними глупостями. И вдруг обнаружила, что сама находится в вымышленном мире! Они веселились, а она корпела над учебниками. Они вовсю крутили романы, а она даже не целовалась с мальчиками. Они жили, а она существовала.

Жаль, что собственную ошибку я поняла слишком поздно, со вздохом признавала Сузан. Некогда сумасбродные друзья юности давно остепенились и позабыли о былых проделках. Многие женились или вышли замуж. А ей только теперь стало ясно, сколь многого она лишила себя в жизни. Как хотелось сотворить что-то немыслимое, заведомо ошибочное, даже безнравственное! Однако то, что простительно в семнадцать лет, недопустимо в двадцать пять. К несчастью, она давно вышла из того возраста, когда влюбляются в учителей и впервые напиваются на дружеской вечеринке.

Впрочем, Сузан понимала, что дело отнюдь не только в возрасте. Взять, к примеру, подруг. Казалось бы, взрослые молодые женщины. А сколько глупостей успевают натворить всего за неделю! Эстер ничего не стоит соблазнить женатого мужчину. Лаура постоянно влюбляется в «не тех» и не стесняется принимать дорогие подарки.

Но они наслаждаются каждым прожитым мгновением, а не прячутся от мира, как улитка в раковине, с горечью осознавала Сузан. И я с радостью последовала бы их примеру. Однако что-то внутри меня протестует и мешает осуществить заветную мечту каждый раз, когда представляется возможность совершить нечто, выходящее за привычные рамки. Неудивительно, что подруги считают меня немножко «не от мира сего».

Сколько раз она клялась себе, что в следующий раз не только не будет мешать очередной рискованной затее Эстер или Лауры, но, напротив, присоединится к подругам! Однако обязательно в последний момент трусила и говорила «нет».

И вот теперь, когда наконец-то пересилила себя и решилась, как вначале сдавалось, на явное безумие — вместе с Эстер и Лаурой заняться поисками мужчины мечты «по науке», — ей неожиданно крупно повезло. Она встретила мужчину, которого ждала долгие годы. Казалось бы, живи и радуйся.

Но дурацкая натура опять не давала покоя! Брендон ей очень, очень нравился. Однако симпатия — это еще не любовь. Что-то шептало ей, что их отношения искусственны, что она просто использует мужчину. Если бы не Эстер, то они бы никогда не познакомились. Да и искала она, согласно теории подруги, не любимого, а мужа. И вот теперь чувствовала, что поступает с Брендоном нечестно. Что встречается с ним не по любви, а по расчету.

Глупости, конечно. «Лаура, ты сошла с ума», — сказала бы Эстер. И была бы совершенно права, мысленно согласилась с воображаемым вердиктом подруги Сузан. Но ничего не могла с собой поделать. Сердце ей нашептывало, что нельзя отыскать настоящую любовь подобным способом. Человеческие чувства слишком стихийны, слишком непредсказуемы. Они не подчиняются никакой логике. Любовь — не математическое уравнение. Никакое знание алгебры и точность подсчетов не помогут найти того единственного, о котором мечтает каждая женщина. Руководствуясь исключительно разумом, невозможно найти того, кого жаждет сердце.

Впрочем, о сердце никто и не упоминал, горько усмехнулась Сузан. Мне обещали лишь идеальную партию. Каменную стену, за которой можно укрыться от житейских невзгод. И если в отличие от Эстер и Лауры помимо спокойной и обеспеченной жизни мне нужна еще и любовь, то это исключительно мои проблемы.

Наверное, она родилась не в то время. Сегодня нельзя позволять себе быть слишком сентиментальной. Любовь превратилась в излишнюю роскошь. В паразитирующий на сердце организм, причиняющий ненужные страдания. Счастье само плывет к нам в руки, а мы хмуримся. Нам предлагают безоблачное будущее наших детей, а мы предпочитаем какую-то любовь. Порой мы готовы пожертвовать собственной жизнью ради нескольких минут призрачного счастья. Чтобы потом остаток жизни проплакать в подушку, утешаясь жалкой мыслью о том, что испытали настоящую любовь.

Да, любовь — настоящий рудимент, лишь мешающий современной женщине построить собственное благополучие. К счастью, все меньше и меньше нынешних представительниц прекрасного пола больны любовью.

Но она — больна. Беда в том, что мне довелось родиться не в свое время, горько повторила Сузан. И ничего уже не поделаешь. Что ж, остается только сделать хорошую мину при плохой игре. Прикинуться современной женщиной и отныне рассуждать о чувствах исключительно со скептической усмешкой.

Машинально обернувшись к зеркалу, Сузан криво улыбнулась — и поразилась, увидев собственное отражение. Поглощенная тяжелыми мыслями, молодая женщина собиралась автоматически, не думая, что надевает, как укладывает волосы, красится ли. И теперь из зеркала на нее смотрела серьезная бледная незнакомка, с ног до головы одетая в черное, со строгим пучком каштановых волос, удерживаемых черной заколкой у самой шеи.

Как на похороны, мелькнуло в голове у Сузан. Эстер меня убьет.

Молодая женщина хотела было переодеться. Однако, взглянув на часы, испуганно охнула и поспешно выскочила из квартиры, едва не забыв сумочку.

Она опаздывала уже на двадцать минут.

3

— Любопытно, одна только я не в курсе, что наимоднейшая тенденция сегодняшнего дня — опаздывать? — ядовито осведомилась Лаура вместо приветствия.

Запыхавшаяся Сузан удивленным взглядом окинула столик на четверых, за которым в гордом одиночестве восседала белокурая подруга.

— Прости, я задержалась… А где Эстер?

— Уж, наверное, не под столом сидит, — саркастически заметила Лаура. — Можешь даже не проверять, ее дружка там тоже нет.