От СМЕРШа не уйти. Розыск агентуры противника в советском тылу - Мзареулов Валентин Константинович

Одним из серьезных противников советской контрразведки наряду с абвером являлись финские спецслужбы, которые вели разведку в тылу частей и соединений Красной армии с помощью отдельных агентов, а также хорошо подготовленных и экипированных агентурно-боевых групп. Как правило, они проникали в тыл на глубину до 100–150 км, имея при себе портативные радиостанции для связи с центром. Задачами групп были сбор разведывательной информации о дислокации, передвижениях советских войск, совершение диверсионных актов, захват языков и т. п.

Как известно, весной 1943 г. была проведена масштабная реорганизация советских спецслужб. Одним из главных ее элементов было разделение единого НКВД и выведение из его состава оперативно-чекистских подразделений в отдельный наркомат госбезопасности, а военной контрразведки – в наркомат обороны. По предложению И.В.Сталина система Особых органов НКВД в войсках стала именоваться контрразведкой «Смерш» («Смерть шпионам!») Таким образом 19 апреля 1943 г. на базе Управления особых отделов НКВД было создано Главное управление контрразведки «Смерш» НКО, а также соответствующие Управление в наркомате ВМФ и отдел в НКВД. Его возглавил начальник УОО и заместитель наркома внутренних дел комиссар государственной безопасности 2‑го ранга В.С.Абакумов. Непосредственно задачи розыска агентуры противника и ведения радиоигр были возложены на 3‑й (начальник – полковник Г.В.Утехин, которого в сентябре сменил полковник, затем генерал-майор В.Я.Барышников), а заброска собственной зафронтовой агентуры – на 4‑й отдел ГУКР. Аналогично на фронтовом уровне вместо 6‑х (контрразведывательных) отделений были созданы 2‑е (розыскные) и 3‑и (зафронтовые) отделы Управлений контрразведки «Смерш» фронтов, а на армейском – 4‑е отделения ОКР армий, объединявшие как розыск, так и зафронтовую работу.

К лету 1943 г. реорганизация и основные кадровые назначения по органам «Смерш» практически были осуществлены. Они совпали с периодом, когда после зимнего наступления 1942/1943 г. по войскам Красной Армии был отдан приказ о переходе к обороне, закреплении на достигнутых рубежах, накапливании и перегруппировке сил и средств для дальнейших наступательных действий на советско-германском фронте.

Немцы, со своей стороны, также принимали меры по переброске войск и техники на восток из Западной Европы и Африки, а после мощного и успешного контрудара южнее Харькова в феврале – марте 1943 г. заняли прочную оборону и готовились к решающему сражению на так называемом Курском выступе. Армии вермахта пополнились не только людьми, но и новыми типами бронетанковой техники и самолетов. Гитлеровские войска по-прежнему представляли собою грозную силу.

В Курской битве отечественные разведка и контрразведка сыграли чрезвычайно важную роль. Им удалось не только заблаговременно обнаружить подготовку немцами наступления на курском направлении, но и определить место и срок проведения операции.

Располагая столь всеобъемлющей информацией о планах противника, советское командование на Курской дуге выбрало тактику «преднамеренной обороны» с последующим переходом в контрнаступление. В соответствии с этой задачей перед спецслужбами СССР была поставлена цель усиления дезинформационных мероприятий для того, чтобы скрыть подготовку советской наступательной операции. В связи с этим органы военной контрразведки активизировали работу по поиску и захвату вражеских агентов, передававших по заданиям своих разведцентров информацию о концентрации советских войск и резервов, их численности, о местах расположения штабов, о характере оборонительных сооружений. Армейские чекисты для передачи дезинформации использовали девять захваченных радиостанций противника, которыми немецкая разведка снабдила небольшие агентурные группы и отдельных агентов, имевших задания вести наблюдение за передвижением советских войск и военной техники к линии фронта, сообщать сведения о количестве, наименованиях и дислокации войсковых соединений и частей Красной Армии.

Включенные в радиоигры радиостанции находились в городах Ливны, Лихвин, Елец, Щигры, Касторное и Тамбов, т. е. в районах, прилегавших к Курской дуге. Маскировка радиоточек, работавших под контролем военной контрразведки, затруднялась близостью фронта, мелколесьем и равнинным характером местности. Была велика угроза провала операции в эфире из-за визуальной разведки противника с воздуха. Для предотвращения этого нежелательного для чекистов развития событий были приняты необходимые тактические меры. В операцию включили все захваченные радиоточки, при помощи которых немцы намеревались получать сведения из указанных выше районов, причем дезинформация при этом дублировалась двумя московскими агентурными радиостанциями и тремя радиоточками в Саратове и Пензе. Передачи радиопрограмм, подтверждавшие сведения других агентурных радиостанций, под разными предлогами вскоре прекращались. Радиосеансы, как правило, не затягивались, что затрудняло противнику осуществление проверки радиоточек.

Передававшаяся германскому командованию дезинформация сыграла значительную роль при подготовке исторического сражения на Орловско-Курской дуге, так как помогла скрыть накопление резервов Красной Армии на важном участке фронта. Если в декабре 1942 г. активная дезинформация, касающаяся концентрации советских войск на Волховском фронте, по заданию Генерального штаба велась при помощи одной агентурной радиостанции противника, то в мае – июне 1943 г. по Курской дуге дезинформирование проводилось более масштабно и с большей эффективностью. По существу, это был первый опыт широкого использования агентурных радиостанций противника.

Практика подобного рода операций свидетельствовала о том, что органы военной контрразведки преодолели трудности, вызванные недостатком опыта и сложной обстановкой первых месяцев войны. Они сумели выработать хорошо продуманную и действенную систему оперативных мер предупреждения и пресечения разведывательных акций противника.

Существенную помощь в проведении большой курской радиоигры оказала Инструкция по организации и проведению радиоигр с противником, подготовленная и выпущенная летом 1943 г., к самому началу Курской битвы, в ГУКР «Смерш» НКО СССР. Инструкция стала острым оружием отечественной контрразведки. Этот подробный и четкий документ свидетельствовал о высоком уровне оперативного искусства, которое, несмотря на трагедию предвоенных лет и суровые испытания начала войны, не было утрачено чекистским ведомством и стремительно развивалось.

Заложенные в инструкции принципы соблюдения особой конспирации, маневрирования силами и средствами контрразведки, осуществления строгой централизации и плановости всех оперативных действий требовали от военных чекистов, оперативного состава внутренней контрразведки, специальных войск, оперативно-технических служб армии и органов безопасности максимума инициативы и изобретательности, оперативности, ответственности и умения принимать верные решения в форс-мажорных обстоятельствах. В процессе таких операций предусматривалась «парализация деятельности» разведывательных органов противника и снижение уровня их активности путем оперативных мер по нейтрализации действий его агентуры и использованию борьбы с ней в интересах контрразведки.

На местах строго секретной инструкцией руководствовались начальники органов контрразведки «Смерш» фронтов и военных округов, а также работники, непосредственно участвовавшие в ведении радиоигр. Документ давал разъяснения оперативному составу на основании накопленного опыта задержания вражеских агентов-радистов, документирования их показаний, ведения радиосеансов связи, составления легенд и дезинформации, подготовки другой необходимой документации, в том числе и оформления дела радиоточки. До конца войны тактика такого рода операций совершенствовалась с учетом оперативной и военной обстановки, складывавшейся на фронтах Великой Отечественной войны.

В результате сражения под Курском и Белгородом была сорвана попытка широкомасштабного наступления вермахта. Реванш за поражение под Сталинградом не состоялся, армии рейха окончательно увязли в затяжных, в основном оборонительных боях. Победа в пятидесятидневном сражении досталась советским войскам большой ценой людских и материальных потерь, но ее решающее значение для окончательного изгнания врага с временно захваченных территорий СССР и конечной победы над ним несомненно.