Чёрно-белая палитра - Ольга Куно

— Уж извини, — развела руками я. — Однако мне казалось, что вы не возражаете против добросовестной работы стражей. Раньше, во всяком случае, вы на неё не жаловались.

Регулярно посещать это место я стала после того, как мы повязали одного тёмного с садистскими наклонностями, использовавшего девушек из борделя для своих экспериментов. С тех пор отношения у нас с Эльзой были вполне приятельские, так что сейчас она ныла всё больше для проформы.

— Ладно, давай рассказывай, — решила не раздувать конфликт я. — Были какие‑нибудь неприятности? Нападения, поножовщина, избиения, поджоги?

— Да ничего такого, — отмахнулась Эльза. — У меня заведение пристойное. Ну, пяток пьяных драк за всё это время — сама понимаешь, не в счёт. Своими силами справились, охрана имеется.

— Наркотики? — продолжила расспросы я.

Эльза скривилась.

— Ты же знаешь: я этого терпеть не могу. С месяц назад одна девица притащила сюда какую‑то гадость. Так я её сразу выставила за дверь.

— Суровая ты, — хмыкнула я.

— У меня не забалуешь, — подтвердила хозяйка.

— Незаконное использование магии? — Я перешла к наиболее интересующему меня вопросу. — Что‑нибудь подозрительное или просто странное?

— Странное — не знаю, я в силу профессии уже давно ничему не удивляюсь, — усмехнулась Эльза. — Но ничего такого, на что ты намекаешь, не было. Уж поверь мне, я после прошлого раза не пропущу. Сама бы к вам человека послала.

Причин для недоверия у меня не было. А жаль. Допрос с пристрастием на два — три часика основательно оттянул бы время возращения в участок.

— Может, ещё что‑нибудь расскажешь? — жалобно спросила я.

— Что, например? — не поняла Эльза.

— Всё, что угодно. — Я подняла на неё заискивающий взгляд. — Сплетни, слухи. Анекдот какой‑нибудь свежий. Можно неприличный. Можно два раза.

Эльза прищурилась, понимая, что в моём вопросе что‑то нечисто, и намеренная разобраться, что именно. Но тут я полностью перестала обращать на неё внимание, вскочила с места, обежала комнату, поворачивая голову из стороны в сторону. Словом, со стороны выглядела, мягко говоря, странно. И, наверное, совсем не похоже на гончую, взявшую след. Хотя последнее было куда ближе к моему внутреннему состоянию. Затем я вернулась к своему креслу, подхватила сумку и вытащила из неё прозрачную прямоугольную платину, после чего продолжила кружить по комнате, держа её в вытянутых руках. Наконец, остановилась, направив пластину на потолок. Направление было выбрано верно. Подтверждением тому явилась диаграмма, которая стала постепенно появляться на пластине, слева направо, словно её рисовал невидимым карандашом невидимый художник.

Эту пластину мы называли 'зеркалом', и она отображала энергетические колебания, вызываемые применением тёмной магии. Для получения такого изображения было необходимо, во — первых, находиться поблизости от места применения магии, во — вторых, направить пластину непосредственно на источник, чтобы она могла 'отразить' колебания.

Использование тёмной магии я почувствовала. Любой тёмный (как и некоторые светлые) может развить такое чутьё, хотя над этим надо много и методично работать. Для стражей тёмного отдела такие навыки, разумеется, необходимы. Однако на открытом пространстве или многолюдном помещении эта способность мало чего стоит. Энергетических колебаний настолько много (как магических, так и эмоциональных, атмосферных и прочих), что различить на их фоне нужное практически невозможно — если, конечно, не знаешь заранее, что и где искать. А вот сейчас, в полупустом доме, моё чутьё сработало моментально.

Я сосредоточила внимание на пластине. Кривая пересекла её и достигла изображения правого полушария мозга, указывая на определённый участок. Именно на этот участок воздействовал тот, кто использовал в данный момент магию. Навскидку я не могла определить, за что именно отвечает данный участок, но не сомневалась, что наши эксперты быстро справятся с этой задачей. Да и сама я смогу разобраться, если мне дадут спокойно посидеть с пластиной и парой книг.

— Эльза! — возмутилась я, обличающе направляя на хозяйку борделя руку, в которой сжимала пластину. — Тебе не совестно? Ты говорила, никакой магии, а это в таком случае что? В комнате наверху непосредственно сейчас работает тёмный маг. — Мои глаза округлились. — Степень воздействия растёт! А ну‑ка идём туда немедленно!

Но Эльза осталась расслабленно сидеть в кресле.

— Не стоит, — рассмеялась она. — В комнате наверху тебе точно не будут рады. Да сядь, я всё тебе объясню.

Я была недовольна, но всё‑таки села.

— Там наша новая девочка работает, — объяснила Эльза. — Мы её называем 'Невинная Зои'. Талант. Пользуется необыкновенной популярностью.

— Невинная? — невольно заинтересовалась я. — Это в каком смысле?

В моём представлении невинность как‑то плохо сочеталась с популярностью в борделе.

— В том самом, — с довольной усмешкой заверила хозяйка. — В том самом. Ты, Тиана, спрашивала о незаконном применении магии. А там всё законно, я бы даже сказала, прилично. И с согласия клиента.

— Тогда причём тут магия? — спросила я, успокаиваясь.

— Зои — тёмная, — по — прежнему улыбаясь, сказала Эльза. — И она умеет воздействовать на ту часть мозга, которая отвечает… сама понимаешь, за что. Так вот, к ней приходит клиент. Она сидит в кресле, одетая — вполне, кстати сказать, скромно. Никаких корсетов с чулочками. Закрытое платье, белый воротник. Клиент приходит и садится напротив. Или ложится, это уж как он сам предпочтёт. И она, без единого движения, начинает воздействовать на его мозг. Эффект — тот же, как если бы он кувыркался с женщиной. Растущее возбуждение, гамма чувств — и полноценный результат. Не поверишь, к ней ходят чаще, чем к остальным. Нет, я, конечно, не думаю, что магия в конечном итоге заменит настоящие женские ласки. Но любопытство — великая вещь, в нашем деле далеко не последняя.

Я смотрела на неё, раскрыв рот. Никогда не слышала о подобном применении тёмной магии. Впрочем, новые способности открываются постоянно, и всегда находятся самородки, которые изобретают оригинальные способы их применения.

— Хочешь пойти и посмотреть? — хитро ухмыльнулась Эльза. — Вообще‑то у нас подглядывание не в ходу, но тут уж очень оригинальное зрелище.

— Нет, спасибо. — Я с отвращением поморщилась. — По — моему, на работу любой другой из ваших девочек я посмотрела бы с бОльшим удовольствием. А тут… Есть в этом что‑то противоестественное.

— Но не противозаконное, — торжественно отметила Эльза.