Секрет благородства - Сандра Браун

Он заржал.

— Черт, да за такие деньги я готов на все, что угодно. Сто тысяч долларов. Пятьдесят — матери. Пятьдесят — мне.

Арден задохнулась.

— Сто… Они, должно быть, богатые знаменитости.

— Все, что им надо, — здоровый ребенок и полная тайна. Секретность, Арден. Никаких официальных бумаг. Они обещали заплатить наличными.

Это было неэтично, а может, и незаконно. Она не могла представить женщину, согласную на подобный поступок.

— И где ты отыщешь женщину, которая выносит и родит ребенка и тут же отдаст его?

Его глаза скучающе изучали ее, и холод скользнул по позвоночнику. Несколько бесконечных мгновений они молча смотрели друг на друга.

— Не думаю, что придется далеко искать, — процедил муж.

Лицо Арден побелело. Конечно, он не ее имеет в виду. Собственную жену!

— Рон, — выдавила она, ненавидя нотки отчаяния и паники в голосе, — ты же не подразумеваешь, что я…

— Именно.

Она вскочила со стула и бросилась прочь, но он настиг ее и практически вывернул руку из сустава, разворачивая к себе. Рон побагровел и заорал, брызгая слюной:

— Подумай хорошенько, Арден. Если ты согласишься, мы получим все деньги. Я… нам не придется ни с кем делиться.

— Я попробую вообще забыть об этом разговоре, Рон. Пожалуйста, отпусти руку. Ты делаешь мне больно.

— Тебе станет еще больней, если твоя неприступная задница вылетит из этого дома, который ты так любовно обустраивала. И что будет с Джоуи? Его лечение сжирает нас заживо. Заодно с наследством твоего драгоценного папаши. Ты позволишь всему вылететь в трубу из-за своих чистоплюйских принципов?

Арден выдернула руку и собралась уйти, но сказанное заставило призадуматься, невзирая на абсурдность предложения. Она не могла позволить Рону проиграть дело всей жизни своего отца. И Джоуи! Что они станут делать, если не смогут оплачивать медицинские счета?

— Уверена, что… эта пара не имела в виду жену доктора, когда обратилась к тебе.

— Они никогда не узнают, потому что не намерены знакомиться с матерью и не хотят, чтобы она знала их. Собираются выдать ребенка за своего собственного. Все, что им нужно, — здоровая женщина, которая выносит здорового ребенка. Сосуд.

— Так вот чем я являюсь для тебя? Средством вытаскивания из неприятностей? Доходным сосудом?

— Понимай как хочешь. Ты все равно никак не используешь свое тело. А так хоть ребенка родишь за деньги.

Она сгорбилась под грузом оскорблений. Это была правда. Нерегулярность секса между ними вызывала бесконечные скандалы. Арден не испытывала неприязни к интимным отношениям. Она выросла просвещенной в этом плане благодаря отцовской врачебной откровенности и относилась к физической стороне брака не как к греху, а как к нормальному действу. К чему она действительно испытывала отвращение — так это к сексу с Роном. Без прелюдии, без нежности, без любви. Она покорялась много лет, пока это не сделалось невыносимым, и она не начала изобретать всевозможные отговорки.

Вместо того чтобы начать застарелый спор, который неизменно приводил практически к изнасилованию, Арден заявила:

— Я не хочу иметь ребенка, да еще от другого мужчины. Мне хватает Джоуи. Я наполовину убита, когда выхожу из больницы. И не думаю, что физически готова. Тем более психологически.

— Если пораскинешь мозгами, то сразу изготовишься. И кончай это дерьмо о ребенке другого мужчины. Это просто биологический процесс. Сперматозоид и яйцеклетка. Оплодотворяем, вешаем лапшу на уши — и дело в шляпе.

Арден с отвращением отвернулась. Как он мог так бездушно относиться к чуду, свидетелем которого становился каждый день? Она не понимала, с какой стати стоит и обсуждает с ним это безумие, но неожиданно увидела возможный выход для себя.

— Что мы скажем людям? Имею в виду, когда я вернусь домой из больницы без малыша.

— Скажем, что ребенок родился мертвым, мы убиты горем и не хотим никакой заупокойной службы и похорон, никакого памятника. Ничего.

— А больничный персонал? Есть строгие правила, запрещающие врачам лечить родственников. Как ты сумеешь втайне ото всех отдать моего… младенца женщине, которая не была беременной, и оформить его как умершего?

— Не твоя забота, Арден, — отрезал он. — Я сам позабочусь о деталях. Деньги заткнут любые рты. Медсестры родильной палаты преданы мне и сделают все, что я прикажу.

Очевидно, он не впервые удачно прокручивал подобные делишки. Такие вещи были чужды Арден, и возможные последствия ужасали.

— Как мы… сделаем это?

Теперь, когда муж уверился, что она подчинится, его напористость возросла.

— Сначала убедимся, что ты не ждешь ребенка. — Он мерзко ухмыльнулся. — Но ведь это практически невозможно, не так ли? Я покажу им твою безупречную медицинскую карту. С первой беременностью у тебя не было никаких проблем. Мы подпишем контракт, и я проведу процедуру в своем кабинете.

— Что, если я не забеременею?

— Забеременеешь. Я позабочусь об этом.

Ее затрясло.

— Я должна подумать, Рон.

— О чем тут думать… — заорал он, но увидев, как она упрямо вздернула подбородок, смягчил давление и задействовал обаяние. — Ладно. Понимаю. У тебя есть несколько дней, но они хотят получить ответ к концу недели.

На следующее утро Арден сообщила о своем согласии. Муж затрясся от восторга. И тут она объявила свои условия.

— Что?! — заревел он.

— Я сказала, что хочу свою половину денег вместе с бумагами на развод, подписанными, скрепленными печатями и официально зарегистрированными. Никакого секса между нами, пока я не рожу. Когда с деньгами выпишусь из больницы, чтобы духу твоего здесь не было.

— Ты не выгонишь меня, детка. Если кто-то и вылетит отсюда, то это будешь ты! Хлопот не оберешься с репутацией клиники, если выставишь меня.

— Не надейся. Пока отец был жив, все шло, как положено. Сильно подозреваю, что под твоим руководством дело постепенно разрушается. Не хочу наблюдать за этим. Это совсем не та клиника, которой можно гордиться. — Арден заставила себя выпрямиться. — Ты использовал меня, чтобы получить практику. А теперь довольствуйся тем, что тебе дадут. Я рожу этого ребенка, потому что полученные деньги позволят мне и Джоуи навсегда избавиться от тебя. Вы в последний раз используете меня, доктор Рональд Лоури.

Муж выполнил все ее требования. Он никогда не признавался, но Арден была уверена, что кредиторы давили на него. У отчаявшегося человека не было другого выбора, кроме как принять все условия. Когда она после родов покидала больницу, то чувствовала себя грязной, использованной и опустошенной, но свободной, и не жалела о своем решении. Деньги за девятимесячную работу позволят лучше заботиться о Джоуи.