Новый порядок - Хелен Харпер

так удивляюсь, что у меня получилось, что чуть не отпускаю руку и не падаю обратно. Держась кончиками пальцев, я подтягиваюсь и упираюсь руками в стены, окружающие стекло. Внутри офиса темно, но я всё ещё могу разглядеть столы и стулья. Это внезапно напоминает мне о «Крайних Мерах», поэтому, прежде чем слишком сильно зациклиться на этой мысли, я быстро перескакиваю к следующему окну, копируя движения Майкла. Чем выше я поднимаюсь, тем увереннее становлюсь и на предпоследнем этаже ловлю себя на том, что ухмыляюсь. Ладно, может быть, это и весело.

Я уже собираюсь запрыгнуть на крышу, когда чувствую, что что-то не так. Раздаётся странный треск, затем, полсекунды спустя, моя правая нога опускается, и я поскальзываюсь. Мой желудок подскакивает к сердцу, когда я пытаюсь найти опору и едва успеваю ухватиться левой рукой за то, что осталось от крошащегося каменного края. Моё тело слегка раскачивается в воздухе, и я чертыхаюсь. Я упираюсь ногами в стену здания, заставляя себя держаться, затем меняю руки, чтобы вместо этого перебраться к окну с правой стороны. Внутри горит свет, и, бросаясь к нему, пока не ослабила хватку, я надеюсь, что не застигну врасплох какую-нибудь бедную уборщицу, работающую в ночную смену.

К счастью, кирпичи с этой стороны сохранились лучше, и я выравниваю положение. В ярко освещённом офисе на столе лежит пара. Они смотрят на меня, застыв от ужаса. На женщине, которая сидит сверху, нет ничего, кроме кружевного лифчика. Когда они приходят в себя после долгого бездействия и вскакивают, чтобы схватить одежду и защитить свою скромность, я замечаю блеск обручального кольца на пальце у мужчины. Старые инстинкты умирают с трудом, и я смотрю на руки женщины, когда она подбирает свою брошенную блузку. Её пальцы свободны от колец. С такими навыками Человека-паука было бы чертовски легко работать частным детективом, следящим за изменяющими супругами. Я дружелюбно машу им рукой и отталкиваюсь от подоконника, чтобы совершить последний прыжок. Затем я оказываюсь на плоской крыше, перекатываюсь на спину, широко раскинув конечности и тяжело дыша.

Майкл наклоняется ко мне.

— С тобой всё в порядке? — в его голосе отчетливо слышится отсутствие беспокойства.

— Да, — я сажусь. — Но я чуть не упала. Я не заметила, чтобы ты бросился меня ловить.

Уголок его рта приподнимается.

— Есть разница между безрассудным риском и испытанием предела своих возможностей, чтобы научиться.

Я раздражённо поднимаюсь на ноги.

— Я бы не научилась многому, если бы рухнула с седьмого этажа на землю.

— Этого не случилось бы.

Я вытираю ладони о бёдра и подозрительно смотрю на него.

— Я следовала за тобой шаг в шаг. Ты знал, что кирпичи вокруг окна были ненадёжными. Ты сделал это намеренно, — по выражению его глаз я могу сказать, что я права.

Он пожимает плечами.

— Как ты себя чувствуешь?

— Измучена! Напугана! И чертовски раздражена!

Он качает головой.

— Нет. Как ты на самом деле себя чувствуешь?

Я замолкаю. Я покрыта мурашками. Я и не подозревала, что такое возможно для вампира. Мой пульс учащённый, но не бешеный. Я чувствую себя… живой. Я тупо смотрю на Майкла, не отвечая на его вопрос. Он широко улыбается. Я слегка улыбаюсь ему в ответ, и его улыбка становится шире.

— Следующая часть будет ещё веселее, — обещает он и указывает на север, в сторону горизонта Лондона. — Ты видишь этот флаг?

— А? Я отвожу взгляд от знакомого силуэта Корнишона и осматриваюсь. (Корнишоном или огурцом жители Лондона называют 40-этажный небоскрёб на улице Сент-Мэри Экс, который имеет характерную форму и зеленоватый оттенок стекла, — прим). В конце концов я замечаю флагшток. Он так далеко, что я не могу разглядеть, что на нём развевается. — Да, — медленно произношу я.

— Бежим наперегонки до него. И поскольку ты ещё совсем неопытна, я дам тебе фору в двадцать секунд.

— Я не могу добраться туда!

— Восемнадцать секунд.

Засранец. Я сосредотачиваюсь на следующем здании. Разрыв не кажется слишком большим… для долбаного Супермена.

— Пятнадцать секунд.

Я рычу себе под нос и бросаюсь бежать. Мне требуется несколько секунд, чтобы набрать скорость, и вот я уже у края крыши. Не останавливаясь, я смотрю на следующую крышу, которая, к счастью, находится на метр с чем-то ниже. Я прыгаю, пролетая над пропастью, и испускаю громкий вздох облегчения, когда понимаю, что легко преодолею её. Я приземляюсь, и мои колени слегка подгибаются, но через долю секунды я снова двигаюсь вперед.

— Десять секунд, — кричит Майкл у меня за спиной. Я игнорирую его. Уравнял шансы, как же. Я его обгоню.

Я бегу быстрее, стараясь сохранять лёгкость движений. Следующий проход между домами выше и шире, но сбоку здания есть водосточная труба, к которой я прыгаю и хватаюсь за неё. Я подскакиваю и продолжаю бежать. Ветер дует мне в лицо, и я испытываю неподдельный восторг. Я знала, что вампиры сильнее и быстрее, но до сих пор у меня не было возможности проверить, насколько. Я Усэйн Болт, Майкл Джордан и Надя Команечи в одном лице. На стероидах. Я громко смеюсь, и этот звук вырывается из меня в тёмное небо. Я…

Дерьмо. Майкл Монсеррат обгоняет меня. Я опускаю голову, заставляя себя бежать ещё быстрее, но его гибкий силуэт отдаляется, и, как бы я ни старалась, он опережает меня. Я не сдаюсь, но уже ясно, кто выиграет эту гонку. Мои ноги топают по разным крышам, и я перепрыгиваю через различные пропасти, как будто лечу. Однако, когда я, наконец, добираюсь до флагштока, он уже стоит, прислонившись к нему, скрестив руки на груди, и на его щеках появляются ямочки.

Я сгибаюсь пополам, задыхаясь. Я выложилась на максимум, а Лорд чёртов Монсеррат выглядит так, словно всего лишь вышел на короткую прогулку.

— Полагаю, могло быть и хуже, — растягивает он слова.

Я упираюсь ладонями в бёдра и поднимаю голову, глядя на него.

— Отвали.

Он ухмыляется.

— Тебе нужна помощь? У тебя такой вид, будто ты запыхалась. Я понимаю, что женщинам бывает трудно держать себя в руках рядом со мной.

У меня отвисает челюсть. Он действительно только что это сказал? Я выпрямляюсь, испытывая непреодолимое желание отвесить ему пощёчину, когда откуда-то далеко внизу раздаётся громкий крик.

Майкл резко переводит взгляд на меня.

— Оставайся здесь, — бросает он, прежде чем исчезнуть за углом здания. Я смотрю ему вслед. Это долгий спуск, но он легко с ним справляется, спрыгивая на крышу пониже, затем скользит по наклонным краям нескольких ярусных световых люков, пока не оказывается достаточно близко, чтобы одним