Блин – гроза наркобандитов - Евгений Некрасов

Индеец с секретным именем нес головой вниз цыпленка со связанными ногами. На Ирку и Блинкова-младшего, бьющихся в смертельной схватке с кайманом, он посмотрел осуждающе, но без особых переживаний. Как будто они перемазались манной кашей или сотворили еще какую-нибудь невинную детскую шалость.

– Хелп! – завопил Блинков-младший, хотя индеец едва ли понимал по-английски. А Ирка завопила:

– Помогите!

Индеец присел на корточки и тихонько свистнул. Такой он был спокойный, что Блинков-младший с Иркой замолчали. Индеец свистнул еще раз. Блинков-младший почувствовал, что кайман под ним дергается слабее. Зато цыпленок в руках индейца приоткрыл затянутый пленкой глаз и стал биться. Кайман обмяк и шумно фыркнул в воду. Он заметил цыпленка. А индеец, опустив цыпленка к самой воде, засвистел коротко и часто: «Фи-фу, фи-фу», как будто подзывал собаку.

И кайман сдался. Кайман пополз к цыпленку. Наверное, он подумал: «Зачем связываться с этим Блинковым-младшим и с этой Иркой? От них все равно много не откусишь. Возьму-ка я лучше цыпленка, пока дают».

Ползти кайману было трудно. Еще бы, когда на нем сидели двое. Он пытался стряхнуть седоков, но без злости, дескать, поиграли – и хватит, у меня тут наметилось одно важное дело.

Не переставая свистеть, индеец показал большим пальцем: соскакивайте.

– Три-четыре! – скомандовал Блинков-младший, и они с Иркой так лихо соскочили, что сразу оказались за надежной спиной индейца. По воде двумя цепочками расходились круги, показывая, где они бежали. Но момент, когда они бежали, совершенно вылетел у Блинкова-младшего из головы.

Кайман тоже времени зря не терял. Сглотнул цыпленка и выложил свою зубастую башку на бортик бассейна. Индеец почесывал ему грязным ногтем то место, где у нормальных животных ухо.

Потом индеец сделал невероятное. Он спокойно, как собственный чемодан, раскрыл кайману пасть и стал ковыряться у него в зубах острой палочкой. Палочку он достал из кармана штанов. Это была специальная палочка, чтобы чистить кайману зубы.

– Он из рода каймана, – шепнула Ирка. – Как в «Белом ягуаре – вожде араваков».

Кайман, оказавшийся индейцу кем-то вроде дальнего родственника, пялил свои бессмысленные желтые глаза. Зрачки у него были щелочкой, как бойницы старинного замка.

– Тотем, – вспомнил Блинков-младший слово, которым называются такие звериные родственники индейцев.

– Уази, – сказал индеец, похлопывая каймана по нахальной морде.

Ирке тоже захотелось похлопать по морде, раз выпал такой интересный случай. Но кайман символически лязгнул на нее зубами.

– Гадина, – определила Ирка.

Наши еще немного посидели на корточках рядом с индейцем, глядя, как он чистит кайману зубы. Взбаламученная вода улеглась, и опять в ней зашмыгали черносливые головастики. Солнце жарило, белая Иркина футболка уже подсохла на плечах и оказалась грязно-зеленой. Блинков-младший покосился на свое плечо – его футболка выглядела не лучше. Между прочим, воняло все время ужасно, только раньше Блинков-младший не обращал на это внимания, а сейчас понял, что воняет не только вода в бассейне.

– Пойдем купаться, – сказал он Ирке. А индейцу для закрепления знакомства сказал:

– Уази.

– Уази, – подтвердил индеец.

Бассейнов у дона Луиса было целых три, если считать занятый кайманом, и дон подумывал, не построить ли четвертый. Первый бассейн был с настоящим водопадом. Горный ручей сбегал в запруду, вода там копилась, копилась и рушилась в бассейн со здоровенного обломка скалы. Под этим водопадом можно было стоять, как под великанским душем, но никто не стоял. Считалось, что вода с гор слишком холодная. Блинкова-младшего с Иркой не сразу об этом предупредили, и они начали купаться под водопадом с самого первого дня. По-нашему, вода там была вполне терпимая, как в Москве-реке весной.

Вода в первом бассейне тоже считалась слишком холодной. Его устроили не для купания, а для того, чтобы вода нагрелась на солнце. Потом она по трубе стекала во второй бассейн и там тоже нагревалась, и вот в этой дважды нагретой воде дон Луис плавал для бодрости пять минут утром, пять минут вечером. Он замерзал так, что становился похож на мороженую курицу. Но все равно гордился своей закалкой до невозможности. Старшего Блинкова он вызвал на соревнование, кто дольше просидит в воде, и старший Блинков не стал смеяться над закаленным доном, а, наоборот, сдался и первым вышел из воды. Из вежливости он даже клацал зубами, как дон Луис.

Представьте, как расстроился бы гордый дон Луис, если бы узнал, что Блинков-младший с Иркой купаются под водопадом! Ведь сразу бы стало ясно, что старший Блинков поддался ему нарочно, раз даже восьмиклассники не боятся этой будто бы холодной воды с гор. Поэтому они бегали к водопаду, стараясь не попадаться на глаза дону Луису. Блинкову-младшему даже нравилось, что они купаются не просто так, а скрытно.

Последнюю неделю скрываться было не от кого: дон Луис и старший Блинков где-то летали на вертолете. Это была еще не настоящая экспедиция. Настоящая будет, когда в верховьях реки Ориноко пройдет много дождей и гибельные болота станут безопасными протоками. Тогда старшего Блинкова высадят как можно ближе к нужному месту, а дальше придется ему плыть на лодке, потому что вертолет не может сесть в сельве – деревья там стоят очень густо. Где это нужное место, знал один дон Луис, но пока не говорил. Известно было только, что там живет племя индейца Паблито из рода каймана. Паблито будет в экспедиции проводником. Когда он встретит своих, то, наверное, попросит, чтобы они сказали его секретное имя старшему Блинкову.

Блинков-младший с Иркой долго стояли под водопадом. На плечи им как из ведра лилась чистейшая и холоднейшая вода с гор, а из-под ног стекала грязнейшая и немножко согретая вода с них.

– Отвернись, – сказала Ирка.

– Ты тоже отвернись, – сказал Блинков-младший и честно отвернулся.

Вода у него за спиной плескалась не как раньше. Вода плескалась то громче, то тише, то звонче, то глуше, то ровно, то дробно. Так плескалась эта вода, что сердце прыгнуло Блинкову-младшему в голову и забило дробь по барабанным перепонкам. Чтобы не думать, чем там занимается Ирка, он стал заниматься тем же самым. Он снял футболку и прополоскал ее под водопадом. Он снял шорты и прополоскал их под водопадом. Он оделся в эти мокрые насквозь футболку и шорты и спросил:

– Можно? Ирка не ответила.

– Можно? – еще раз спросил Блинков-младший и стал медленно оборачиваться.

Он увидел огромные выпученные глаза. Он увидел оскаленную пасть с высунутым языком. Он увидел оттопыренные уши.

– Ну ты и дурища, Ирка! – сказал он.

Ирка перестала корчить рожу и сказала обиженно:

– Сам дурак!

И солдатиком прыгнула в бассейн.

Блинков-младший не стал прыгать за ней, а просто ушел. В глубокой, надо сказать, задумчивости. Потому что, если девчонка обзывает тебя дураком, это не всегда означает, что она в самом деле считает тебя дураком.

Глава VI

Начинается стрельба

Вертолет вынырнул из-за горы, лег на бок и заскользил вниз быстро-быстро, как будто догонял кого-то на земле или удирал от кого-то в воздухе. Пилот дона Луиса всегда так водил. Отвязный малый был этот пилот: весь в разноцветных татуировках, с пиратским банданом на голове. И звал себя Вольфом, что по-немецки значит Волк. Хотя был американцем и по этой причине презирал или жалел всех, кто американцем не был.

Вертолет падал камнем! У Блинкова-младшего екнуло сердце. Очень было похоже, что на этот раз Вольф доигрался. Сейчас разобьет всех в лепешку – и себя, и пассажиров. И папу. Папа скорее всего тоже летит с Вольфом.

Но вертолет завыл, застрочил, как швейная машинка, завис в воздухе и приземлился легче перышка.

Двигатель смолк, лопасти вертолетного винта крутились сами по себе, с посвистом рубя воздух. Из пилотской кабины выскочил голый по пояс Вольф и первым делом затолкал в уши маленькие наушнички плейера. На тощих ляжках Вольфа болтались два револьвера в открытых кобурах, да еще он выволок из кабины американскую автоматическую винтовку «М-16». У нее сверху ручка, похожая на дверную. Хотя на самом деле это прицел. Из пассажирского салона вышел дон Луис с помповым ружьем и старший Блинков с гербарными сушилками. Все эти абсолютно ненужные в полете вещи брали на случай аварии, если вертолет упадет в сельве и придется долго выбираться к людям.

Минуту или две папа и дон Луис ничего не делали, только поглядывали на дверь салона, как будто ждали еще кого-то. И этот кто-то появился. Сначала появилась согнутая спина. Рубашка на ней задралась, и была видна полоска незагорелого тела. Потом появилась нога и стала нащупывать ступеньку лесенки. Блинков-младший подумал, что это, наверное, какой-нибудь очень осторожный пенсионер, потому что все выпрыгивали из низкого вертолета просто так, без лесенки. Нога коснулась ступеньки, поерзала и соскочила. Осторожный пенсионер вывалился на землю, ругаясь знакомым голосом, и оказался не пенсионером, а мистером Силкиным дядей Мишей.