Поп-корн - Андрей Кивинов

Вспомнил боксёрскую юность, размял кулак, сжал его покрепче, плюнул на него, заревел, как рожающий буйвол, размахнулся и… Как говорится, самые большие гадости делаются от чистого сердца. Я, конечно, не Тайсон и тем более не братья Кличко, но стекло треснуло с первого удара. Косточки тоже. Я от боли ору, эти двое с концерна вокруг своего «лексуса» бегают, охают, Сандра в ладоши хлопает. «Фак вашу мать! – кричу, – вызовете службу спасения или что там у вас! И объясните, в конце концов, что здесь происходит?!!» Сандра и двое первых отводят меня и доводят до моих китайских, тьфу ты, российских, мозгов следующую информацию. Дословно я, разумеется, не перевёл, но смысл уловил. Сандра на днях купила новый «лексус». Корпорация-производитель выдала гарантию, где среди прочих имелся пункт, что стекло автомобиля выдерживает столкновение с мелкими пернатыми, некоторыми животными и кулаком человека. Это на случай, если придурок вроде меня или скинхед какой решит похулиганить. И теперь Сандра со своими адвокатами мечтает впарить судебный иск на концерн и потребовать возмещения материального и морального ущерба на сумму… Не падайте со стула, доктор. Четыре миллиона долларов! Четыре миллиона, представляете? А в рубли и переводить страшно.

– Можно заявить и на десять. Это не значит, что тебе столько заплатят. И потом, непонятно, в чем заключается моральный ущерб. – Я скептически пожал плечами.

– Это нам с вами непонятно. Но вы опять не сделали поправку на менталитет. Я ж вам рассказывал историю про вора, запершего себя в чужом гараже. Судебная власть там сильна, как нигде. Янки подают друг на друга в суд по всяческой ерунде, каждый второй по семейному адвокату держит. Вы же наверняка читали про идиотку, выигравшую процесс у «Макдонаддса». Разлила кофе в их забегаловке, а он горячим оказался. Почему не предупредили? Почему на стаканчике не написали? Я ручку ошпарила. В итоге два лимона чистогана, а на стаканчиках теперь надпись для идиотов – осторожно, горячо. Кстати, получается, не такая она и идиотка…

– Да, у нас было в газетах.

– Сандра дальше мне объясняет. Без меня, важного свидетеля, ей процесс не выиграть. И не могу ли я честно рассказать о сегодняшнем трагическом происшествии в американском суде, самом справедливом суде в мире. Мне, доктор, сами понимаете, не резон по судам таскаться. Я и по нашим-то не люблю ходить, а уж по американским… «Извините, Саша, я слишком занятой человек, минуты свободной нет». Она опять с адвокатами шу-шу-шу. Потом, ко мне. «А если я дам вам четверть выигранной суммы, то есть один миллион долларов минус налоги?..»

Лимон баксов! Меня словно самого кулаком приложили. Но на ногах устоял. Не стал показывать, что ради паршивого миллиона готов на карачках перед их судьёй ползать. «Минуточку, – возражаю, – а почему это минус налоги? Я вообще плохо понимаю, что это такое». Те головами кивают: «О'кей, о'кей, все налоги берём на себя, только в суд придите». Я интересуюсь, когда суд? «Через три месяца максимум, если, конечно, концерн не пожелает рассчитаться раньше, и дело дойдёт до суда». – «О, к сожалению, господа, это донт посибл. У меня вот-вот закончится виза, и я покину вашу солнечную Калифорнию навсегда, ибо законных оснований пребывать здесь у меня не будет». И достаю из широких джинсов свой мандат с двуглавым орлом… Ребята приуныли, Сандра чуть не плачет. Ещё б не заплакать, такие деньжата уплывают. Я, по правде говоря, приуныл ещё больше. Нет, чтоб три месяца назад стекло кокнуть, а не витрины драить за копейки…

Эти с Сандрой опять в сторонку уплыли шептаться. Долго шептались. Наконец нашли выход. «Мы можем продлить вам визу, мистер Дь-и-ма, если вас не очень смущает моральная сторона вопроса…» Что ж, когда речь идёт о хорошей материальной стороне, моральной можно пожертвовать. Это, доктор, не моя жизненная позиция, это невыносимая лёгкость бытия. «Слушаю вас, господа!» – «Мы хотим предложить вам оформить брак с Сандрой. Она, к счастью, не замужем. Надеемся, вы тоже не женаты. Брак, разумеется, фиктивный. В этом случае вы можете остаться в Соединённых Штатах. Согласны?»

Согласен ли я? А какой русский не хочет жениться на американке?.. Легальное проживание, миллион в перспективе… Я на «лексус» облокотился, чтоб на ногах устоять, про боль в кулаке уже не вспоминал. Но надо бы заодно и жилищный вопрос решить. «Согласен-то согласен, находчивые вы мои янки, но я лицо БОМЖиЗ, и лишних денег на отель на счёту не присутствует». Сандра ручками замахала: «Ноу проблем, ноу проблем… У меня есть свободная комната в доме, можете пожить там». Адвокаты вторят: «Верно, верно. Так даже лучше! В эмиграционной службе не пацаны зеленые служат, фиктивные браки моментом вычисляют. И телефон могут прослушивать, и хвост прицепить. Поэтому все должно быть достоверно, максимально приближено к семейной жизни. А если муж в отёле, а жена в доме, это не семья, а комедия Вуди Аллена». Ладно, максимально, так максимально. Сандра девушка вроде ничего, хоть сейчас с ней под венец…

Короче, ударили по рукам. Объявили мы этим из концерна свою предъяву, сели с Сандрой в «лексус» без стекла и погнали знакомиться с новым пристанищем… Пристанище ничего оказалось. Не мои пятнадцать метров в питерской коммуналке, и уж не Мишкин курятник на Санта-Монике. Двухэтажный коттедж с лужайкой, пять комнат, гараж и два сортира. Рядом океан, Венес-бич. Сказка. Я, пока ехали, у Сандры поинтересовался, чем она на хлеб и «лексусы» зарабатывает. Оказалось, психологией. Психолог-консультант по семейным проблемам. В Штатах народ помешался на этом. Без психолога по нужде боятся сходить. Это и понятно, народ они скрытный, замкнутый, даже с соседями не всегда общаются. А посплетничать и на жизнь поплакаться хочется, как всем нормальным людям. Выплеснуть негативные эмоции из организма. У нас-то проще. Берёшь бутылку и идёшь к соседу выплёскивать. Эмоции… Или в пивную. А у них – к семейному психологу. И ведь денег на это не жалеют. Мне с моими судовыми установками за три жизни столько не заработать.

В общем, с Сандрой мы быстро общий английский язык нашли, несмотря на разницу в менталитете. Может, потому, что оба рыжие. Или генотипы совпали…

О России у неё представление ещё то, несмотря на университетское образование. Доктор, вы читали «Четвёртый позвонок» Ларни[5]?

– Давно очень. – Я действительно читал финского классика лет двадцать назад.

– С начала прошлого века ничего принципиально не изменилось.

Сандра была абсолютно искренне уверена, что Санкт-Петербург находится на Урале, а Урал на Кавказе, где вечная мерзлота и угнетённый чеченский народ. Вообще я много нового узнал о своей любимой родине. И даже не пытался спорить со своей будущей женой. Сибирь так Сибирь, лишь бы из дома не прогнала.

Обвенчались мы через неделю, за два дня до страшного дня, указанного в моей визе. Все формальности взяли на себя адвокаты и матушка коррупция. Венчались в церкви, все по-взрослому, эмигрейшн[6] носа не подточит. Совет да любовь. Даже колечки купили. Вот, смотрите.

Дима поднёс ладонь к лампе. На безымянном пальце блестело бледно-жёлтое тоненькое колечко.

– Не золото, само собой. Медяшка. А зачем нам для имитации золото? Лишь бы блестело… Со стороны жениха на свадьбе присутствовал помощник протезиста третьей категории Михаил Ефимов. Истинную причину женитьбы я не раскрыл даже ему, памятуя о скорости распространения информации в регионе. Объяснил по минимуму. Так и так, шёл бить стекло, заглянул в кафе принять для храбрости, за столиком познакомился с девушкой. Разговорились, полюбили, женимся… Обычная, в общем, история. Как у всех. Скорей всего, он мне не поверил. Во-первых, в кафе у них знакомиться не принято, во-вторых, разговориться мы не могли, в-третьих… Ну да что вам объяснять. Ситуация нехарактерная, но мне какое дело, верят или нет. Чем богаты… Тем более, спустя неделю после свадьбы наш фиктивный брак стал медленно перерастать в реальный… Пожалуй, я все-таки выпью перед ответственным моментом.

Дима влил в себя четверть стакана. На обратном пути ото рта к столу его рука зацепила стопку историй болезней, лежавшую с краю, после чего та с грохотом рухнула на пол.

– Сорри, сейчас исправим, – он наклонился и медленными движениями принялся собирать карточки, – это бывает. С непривычки. Давно не употреблял.

– Не надо, я сам.

Когда стопка была на месте, Дима закинул ногу на ногу и продолжил:

– Для Сандры это был первый брак, несмотря на возраст. В феврале ей стукнуло двадцать семь. Там многие тётки хотят сначала утвердиться, а после о спутнике жизни думают. Иногда до шестидесяти утверждаются. Сандра в Эл-эй[7] из провинции приехала, из-под Хьюстона. Это правее по карте. У неё там родня. Приехала, как и большинство дурочек картонных, искать американскую мечту. В тайне надеялась, что какому-нибудь продюсеру или режиссёру в перекрестие попадёт. Но там таких мечтательниц полный Голливуд, не куда увернуться. Хорошо, предки её не витрины мыли, могли подкинуть доллар на высшее образование. Выучилась на психолога, занялась частной практикой. Повезло со щедрой клиентурой, удалось снять офис, дом взять в кредит. У них кредиты обычное дело, вся страна так живёт. Ни к Шамилю не надо ползти на поклон, ни от Абдула с Абстулом бегать по заграницам. «Лексус» вот тоже в кредит купила. Новенький. Муха на стекле не сидела.