Тонкие грани (СИ) - Кири Кирико

Но вот некоторые дети выделялись на общем фоне. Если конкретно, парни, примерно мои ровесники, судя по всему, знали, кто я — их настороженные лица сразу выделялись на общем фоне.

К тому же, одного я узнал. Один раз, заехав в пункт к дилеру, заметил его, работающего кладменом.

— Нинг, — негромко позвал я, когда мы вышли оттуда. Стоило двери закрыться, как весёлый гам возобновился. — У тебя там несколько детишек работают на меня.

— На тебя? — мгновенно развернулась Нинг. На меня пахнуло холодом. Это была не агрессия конкретно ко мне, а вообще к новости. — Кто?

— Там сидело трое парней, в самом дальнем углу сто…

— Я знаю, кто это, — Нинг мгновенно показала, что знает, о ком речь. Видимо, своих детей она всех знала наперечёт. — Вот же… дурачки…

— Им влетит?

— Я не наказываю физически детей. Но нам предстоит серьёзный разговор с ними, — Нинг вздохнула. — Сколько ни борюсь, они всё за своё…

— Я не знал, что на меня работают подростки, — немного виновато ответил я. — У дилеров есть точные указания насчёт детей.

— Охотно верю, но… они дети, а значит, жадны до лёгких денег и глупы до ужаса. Тебе ли не знать?

Глава 236

Когда мы вышли в коридор, где было множество курток и полок с обувью, я остановился.

— Нинг?

— Что такое, Томас? — обернулась она.

— Я знаю, как это может выглядеть и прозвучать из моих уст, но… — я замялся, понимая, как это прозвучит со стороны. — Тебе нужна помощь?

— Нет, — спокойно покачала Нинг головой. — Мы вполне справляемся и сами.

— Просто… нет, это не для того, чтоб почесать ЧСВ или показать, какой я герой. Просто… я могу помочь, это не проблема. Особенно для картеля, который и так себя неплохо чувствует.

Да, я боялся, что моя помощь будет выглядеть именно как подачка или попытка показать, какой я благородный. Плохо, когда все поступки сразу рассматриваются через призму цинизма, когда даже обычный добрый поступок становится чем-то плохим.

— Нам не нужно ничего, Томас, — улыбнулась Нинг. — Мы действительно справляемся сами.

— Да, я вижу, — окинул я взглядом коридор. Грязный, с облупившейся побелкой на потолке, ободранной краской на стенах. Остальные помещения ненамного лучше выглядели. — Это из-за грязных денег?

— Дело не в деньгах, чистые они или грязные, без разницы. Мы просто сами справляемся.

— Справляться и работать нормально — разные вещи. Я слышал, что ты уже давно этим занимаешься.

— Честно, не надо.

— А как же твоя фраза, что мы семья?

Вопрос, зачем я это ляпнул, остаётся открытым. Ведьмы мне не семья и не подруги, но… зачем я ляпнул это сейчас?

Кажется, Нинг тоже кое-что поняла.

— В тебе вряд ли сейчас говорит тот Томас, которого я знаю, — усмехнулась Нинг, взъерошив мне волосы. — Не знаю, почему и от чего, но вы всегда искали привязанности к кому-то. Ещё даже тогда те, кто застал вас, говорили, что вы будто искали себе семью. Сразу… роднились с теми, кто проявлял к вам симпатию.

— И?

— Просто чтобы ты знал за собой такой грех. Ты не считаешь же в душе нас семьёй. Или наоборот, душа говорит, что мы семья, но логика против. Это особенность вашего вида. Какая-то аномальная потребность в семейных узах. Будь с этим осторожен.

— В любом случае…

— Кровати, — неожиданно произнесла Нинг.

— А?

— У нас ужасные кровати, матрацы, подушки и так далее. Всё порвано, пролёжано, сломано. Если бы ты купил кроватей, это бы решило главную проблему приюта. Тридцать штук на подростка или взрослого. И комплекты белья на каждую. По два.

Было ли это откупом за спасение с моей стороны? Или это, как она сказала, аномальное чувство привязанности? Или же я просто хотел помочь обычному детдому, а не ей конкретно? Не знаю, но как говорил один человек, помыслы не имеют силы, в отличие от материальных поступков. Что бы я там ни мыслил и ради чего ни делал, если это поможет им, то хорошо.

— Будут кровати, — кивнул я. — Вряд ли мы такие расходы даже заметим.

— Мы будем благодарны тебе, Томас, — она открыла дверь на улицу. — За углом тебя будут ждать твои люди. Я позвонила им, так как они попросили предупредить, чтоб забрать тебя.

Когда я вышел на улицу, Нинг сказала напоследок:

— Подумай о девочке намедни. Если хочешь ей добра, надо её научить контролировать силы.

И с этими словами она закрыла за мной дверь.

Только отойдя от здания на десяток метров, я обернулся, чтоб окинуть его взглядом. По сути, самый обычный дом, не выделяющийся среди других. Если бы я теперь не знал, что здесь приют для беспризорников, никогда бы не догадался. И Нинг тащила его всё это время. Не без чужой помощи, конечно, но её целеустремлённость заслуживает уважения.

Машины ждали меня буквально за поворотом. Четыре чёрных джипа, уже, наверное, знакомых всем обитателям криминального мира Нижнего города. Если они едут к тебе, то у тебя или проблемы, или ты нужен. В любом случае это не значило ничего хорошего для того, кто их увидит. Не буду врать, приятно чувствовать власть, страх и уважение других.

Внутри меня ждала Фея. Она спокойным кивком поприветствовала меня, когда я залез в машину.

— С возвращением, Мясник. Ты заставил нас побеспокоиться.

— Привет, а… где Гурман?

— Он был так возбуждён, что мне показалось правильнее не брать его с собой. Иначе бы сам ломился в питомник той бабы.

— Это приют, — поправил я её. В этот момент машины тронулись.

— Приют, — с готовностью согласилась она. — Как бы то ни было, она заставила нас поволноваться. Я думала, Гурман её пристрелит.

— Сомневаюсь, что у него бы это получилось, — покачал я головой.

— Получилось бы.

— Нет, не получилось.

Фея слегка нахмурилась.

— Если у неё есть импульс, то он бы был подавлен генераторами помех.

— Боюсь, что для таких, как она, это пустой звук.

— Я, наверное, лезу не в своё дело…

— Да, так оно и есть, Фея, — кивнул я, нетонко намекая ей не поднимать эту тему.

Такие темы лучше обсуждать тет-а-тет. Слишком они неоднозначны. Если Фее и Джеку я ещё доверяю почти полностью, то вот наш водитель в машине… Сегодня он верен, а завтра его пытают и он всё выдаёт. Иными словами, не зря существуют уровни секретности, чтоб простой солдат не знал самых страшных тайн страны.

Позже поговорю об этом с ней и объясню ситуацию.

— Тогда спрашивать, как ты так испарился из комнаты, тоже не имеет смысла, верно?

Я взглядом указал на водителя, и Фея кивнула.

— Хорошо, я поняла. В любом случае, я рада, что с тобой всё в порядке, Мясник. Я серьёзно.

Хотелось спросить: настолько ли? Ведь власть, по сути, легла бы ей в руки без всякой крови, скорее всего, если бы она подсуетилась, но я промолчал. Некрасиво бы прозвучало.

— Спасибо, Фея, — кивнул я. Повисло минутное молчание, после которого я решил войти немного в курс дел. Всё-таки четыре дня не было, мало ли что могло произойти за это время, верно?

— Что там по новостям? Есть что-то интересное или важное?

— Новости? Новости есть, — кивнула она, будто только и ждала этого разговора. — У нас появился контакт с тем человеком, и он готов встретиться. У себя, естественно, — Фея говорила сейчас про главу триад. — Ты так удачно пропал, что мы даже не знали, что сказать, когда он пригласил нас.

— И? Что сказали?

— Что босс отъехал по очень важным делам, нам очень жаль, но не могли бы подождать, пока он вернётся.

— Я надеюсь, что вы не именно так сказали, — представил я реакцию Ли, которого сначала просят о встрече, а потом подождать, будто ему нужно это. Может и обидеться, подумав, что ему пытаются показать на место.

— Естественно не так, — невозмутимо ответила Фея. — Я же с ним говорила, не Гурман. Уверена, что он так бы и сказал. Я попросила срок через неделю.

— Когда это было?

— Вчера.

— Значит, неделя… — пробормотал я задумчиво.

Если так подумать, то всё вполне неплохо. Зачем ждать и тянуть, когда можно всё сделать сразу.