10 писем Робинзону - Владимир Сафонов

Когда-то в старину наши губернии славились не только пушным промыслом, но и виртуозностью поделок из дерева, лыка и бересты. Мне приходилось видеть не только кошелки и коробочки из бересты, но и целые бадейки-ведра, в которых швы так плотно были заделаны, заплетены и заклеены смолой, что обеспечивало им полную влагонепроницаемость. В наши дни это искусство осталось достоянием немногих умельцев. Оно проявляется только в сувенирах, предназначенных для любителей и заезжих туристов. Но при желании, а главное при необходимости, можно из ивняка сплести корзину, из лыка — лапти, из бересты сделать туесок. Помнится, в Музее дома бояр Романовых (что на ул. Разина в Москве) среди экспонатов прошлых веков я узрел куртку с накладными карманами, целиком сплетенную из лыка! С рукавами, поясом и даже пуговицами! Как тут не вспомнить поговорку: «Нужда научит калачи есть».

Пообедав и понаблюдав горластых лягушек, я расстался с заболоченным озерком.

По директиве «Робинзон» должен был припомнить полезные советы для туристов, оказавшихся в силу каких-то непредвиденных обстоятельств без кухонной посуды. Например, чем заменить котелок? Читатели, помнящие приключения Робинзона в той их части, где герой романа занят решением подобной проблемы, скажут, что здесь без глины не обойтись. Ведь не боги горшки обжигают! Верно, не боги, можно даже без гончарного круга лепить вручную, как до Робинзона это делали мастера гончарного производства фатьяновской культуры, что у нас на Украине, древнего Шумера, толтеки доколумбовой Америки и современные отсталые народности, все еще живущие в каменном веке. Исходный материал не дефицитен, глины много. Высушить вылепленный вручную горшок или миску тоже нетрудно. Хуже с обжигом. Лично я как-то пробовал ради «спортивного» интереса вылепить и обжечь на костре несколько самоделок из глины, но, честно говоря, ничего путного из этой затеи не вышло. Почти все потрескалось и полопалось, хотя некоторые куски все же приобрели крепость кирпича. Поэтому нужна обжиговая печь или такой кострище, в котором груда горящих углей способна прикрыть и обжечь гончарные поделки. Но сооружать такую гончарную печь ради одного-двух горшков! Проще дать советы по изготовлению кухонной утвари, посуды, приспособлений для еды.

Больших экзотических раковин в наших среднерусских реках не встречается, но створки перловиц и беззубок могут быть с успехом использованы для приготовления ложек. Для этого достаточно прикрепить их к деревянному черенку — и ложка готова. Но больше всего для кухонных и иных поделок дает лес — дерево и кора деревьев.

Очень трудно рекомендовать что-либо по варке и кипячению без котелков, ведер, кастрюль, чугунов и горшков. Говорят, но, по-моему, это фантазия писателей, что наши далекие предки варили мясо мамонтов в вырытой в земле яме, в которую бросали раскаленные на огне валуны. Впрочем, нечто подобное я наблюдал в полевом госпитале Калининского фронта, когда хозяин дома, где лежали мы, раненые, предложил мне, тогда поправлявшемуся, помыться в его баньке «по-черному». Я с радостью принял предложение старика и кое-как доковылял до баньки. Внутри бревенчатой домушки было сложено из валунов грубое подобие камина, в котором горели дрова, а дым от них выходил в приоткрытую дверь. Сажа на потолке была толще пальца. Но не это самое главное, а способ нагрева воды, припасенной в большой, метровой высоты, кадке. Когда мы вошли и разделись, хозяин баньки отделил от «камина» несколько почти докрасна нагретых камней и, действуя двумя поленьями как захватами, поочередно бросил их в кадушку. Раздался шип, вода из прозрачной стала мутной, но дело было сделано: она стала такой же, как в городской бане в кране «горячая».

Так что предположения о варке мяса в ямах, может быть, и не пустая фантазия, но от рекомендации этого способа кипячения воды, а тем более варки пищи, я все же воздержусь.

Если же есть под рукой пустая, обычно выбрасываемая тара — консервные банки, бутылки, пакеты из-под молока, то вопрос с кухонными принадлежностями решается достаточно просто. Ну, во-первых, эта тара сама по себе «кухонные принадлежности». Во-вторых, стоит приложить немного труда и изготовить из нее многие необходимые вещи.

Прикатав камнем острые края консервной банки, вы получите кружку. Не забудьте обмотать ее поверху берестой или лыком, чтобы не обжигать губы при чаепитии. Пробейте в той же банке две дырки друг против друга и вставьте в них дужку из проволоки или ветки — и у вас готов котелок.

Из бутылок можно вырезать стаканы. Для этого сухую бутылку по месту будущего отреза оберните поясным ремнем или лыком, затем прочным шпагатом опояшьте бутылку по месту отреза и быстрыми движениями, попеременно потягивая шпагат к себе (нужен партнер), «попилите» бутылку. Плесните на место разогретого отреза холодной воды — и бутылка гладко разломится по месту отреза. Партнером может быть не только попутчик, но и упругое дерево, ветка.

ПИСЬМО ТРЕТЬЕ

Вначале задание, содержащееся в третьем письме, показалось мне пустяковым. Письмо было кратким: «Робинзон! У тебя кончилась вода. Как ты восполнишь ее запасы?»

Зачем задумываться мне над тем, как добыть воду? Ведь неподалеку ручеек, а рядом лужа, в которой отразилась лазурь безоблачного неба. Ну, а если бы не было поблизости ручья и вот этой самой «лазурной» лужи?

В детстве я читал и перечитывал книгу Сетона-Томпсона «Маленькие дикари», в которой он, в частности, рассказывал о так называемом индейском колодце, суть которого заключалась в возможном использовании влагонасыщенных грунтов для получения воды.

Этот способ мной был опробован неоднократно, и теперь именно он представлялся мне самым приемлемым для выполнения задания.

Для этого нужно отрыть во влагонасыщенной почве ямку глубиной до полуметра и размером, достаточным для погружения ведра или походного котелка. Рыть надо достаточно быстро, чтобы стенки ямки не успели разжижиться. А вот чтобы дождаться, пока она наполнится водой, требуется некоторое время и терпение. Долго ли, скоро ли, но эта ямка наполнится водой, просочившейся из грунта. Вода, разумеется, на первых порах будет мутной, но терпение! Терпение! Вооружитесь водоотчерпывающей посудиной и терпеливо отливайте то, что набралось в ямке. Рано или поздно вода начнет заметно светлеть. И когда она покажется вам достаточно прозрачной, набирайте котелок.

Эту воду надо обязательно кипятить, и кипятить долго. В противном случае — реальная опасность желудочно-кишечных заболеваний плюс возможное внедрение гельминтов. Ну, а если кипятить для обезвреживания почему-то невозможно, а жажда приобретает характер жизненной необходимости, что делать? Кроме кипячения и протравливания воды квасцами и марганцовкой можно воспользоваться рекомендацией советского ученого профессора Токина, доказавшего мощное действие фитонцидов растений на бактерии. Следует нарезать лапок можжевельника или нарвать листьев черемухи, заполнить ими без утрамбовки котелок и налить в него воды. Вода обеззараживается фитонцидами этих растений и приобретает привкус можжевельника или черемухи, становится более приятной на вкус. Продолжительность обезвреживания указанным способом не менее полусуток.

Ну, а как быть, если нет никакой открытой воды и почва сухая? Когда-то я читал о том, как американский турист пересек находящуюся в одном из южных штатов Америки «Долину смерти» — безводную, каменистую, выжженную солнцем пустыню. Он доказал действенность одного из оригинальных способов выживаемости человека в безводной местности. Его суть заключается в сборе водяного конденсата. Делается это так. Отрывается яма с метр в поперечнике до 30–40 сантиметров глубиной. В центре ямы устанавливается котелок. Яма накрывается полиэтиленовой пленкой, края которой присыпаются грунтом, чтобы удержать пленку над ямой и устранить зазоры между пленкой и поверхностью земли. Затем в центр натянутой как барабан пленки кладется небольшой камень, чтобы получился прогиб над серединой поставленной в яму посудины. Делается это засветло, а за ночь образующийся на внутренней поверхности пленки конденсат в виде капелек стекается к точке прогиба и мало-помалу наполняет котелок чистейшей дистиллированной водой, К утру наберется от 0,5 до 1 литра.

Покинув «изумрудное озеро», на бережку которого пообедал, «не сыт не голоден», как говорят, я двинулся дальше, пересек по проселочным дорогам два-три поля и оказался на опушке соснового леса.

Люблю я эти деревья! Среди сосен даже в дождливую погоду хорошо. Аромат хвои, вершины, уходящие в голубизну небес, — эту красоту бора никак нельзя сравнить с унылым лиственным мелколесьем, хотя и оно по-своему хорошо, что так метко подмечено Левитаном, певцом осени русской природы. Идти по сосновому бору для меня всегда праздник. И почему-то всегда кажется, что это ты уже когда-то видел! Видел на многих картинах Шишкина. У меня сохранилась фотография такого «медвежьего» уголка.