Алые слезы падших - Майк Манс

– Мясо скоро будет, располагайтесь! – зычно прокричал Айк с балкона.

– А тем, кто не ест мясо? – с неким дежурным раздражением спросила Дина, снимая ботинки и надевая столь же дежурные гостевые тапочки. Она уже всех достала со своим веганством, которое Айк словно нарочно вечно игнорировал, но Дима был уверен, что Раш подготовилась.

– А для тех, кто не ест мясо, у нас есть баклажаны по маминому рецепту! – ответила подошедшая с кухни индианка. – И много закусок.

Анна присела перед Томасом на колени, держа левую руку за спиной.

– Кто у нас тут сладкий малыш? У кого тут день рождения? – она потрепала его по голове, покрытой тёмными, как у Рашми, волосами. – Вот тебе подарок от тёти Анны и тёти Дины!

Из-за спины девушка извлекла рыжего плюшевого медвежонка и передала мальчику, который тут же бросил очередную игрушку и схватил медвежонка, всего вдвое меньше него самого. Дима слегка ущипнул Мари за бок. Видишь, говорил же, что плюшевый мишка – отличный подарок. А ты всё «рано, рано».

Из гостей ожидался ещё Ракеш Марвари, соотечественник Рашми, археолог, с которым та сдружилась уже здесь. Но он извинялся, говорил, что придёт позже, с раскопок, где нашёл что-то очень интересное.

– Так, мальчики, – начала командовать Раш, – нужно раздвинуть стол и поставить его в центре комнаты.

Что ж, Мари пришлось встать, а ему и Итану отставить напитки и приняться за мужскую работу. А потом стоит наконец выйти к Айку и демонстративно поучаствовать в барбекю-ритуале.

* * *

Застолье удалось на славу. Уже к тому моменту, как все уселись вокруг стола, Дима был достаточно пьян, чтобы быть уверенным в том, как закончится вечер. И мясо у Айка всегда выходило великолепным. От электрического гриля Волков такого не ожидал.

– Может, Ракеш уже поведает нам, что же он такого нашёл? – наконец спросил Кинг. И правда любопытно. Дима был «мэром» колонии, но в его обязанности входили в основном административные функции, а управление всеми научными изысканиями шло с Земли по прямому каналу связи, так что учёные обращались к нему, только если им что-то было нужно. Например, заказать оборудование или технику. Впрочем, около трёх сотен человек и без этого достаточно выносили его мозг, и времени разбираться в археологии у него не оставалось. Зато сейчас, в выходной, его было в избытке.

– С удовольствием, – Ракеш отложил вилку и взял бокал с вином, протёр губы салфеткой и откинулся на стуле. Тут стало заметно, как его глаза, до этого момента словно созерцающие нечто в глубине себя, начали светиться. – Мы нашли захоронение Предтеч.

Он обвёл торжествующим взглядом присутствующих. И о чём говорит находка? Захоронения обнаруживали и раньше. Вождей, военачальников. Кого на этот раз? Предтечами они называли ту самую вымершую расу, рядом с руинами города которой они и обосновали поселение.

– Не понимаете? – индус, похожий одеждой на Индиану Джонса, так и не успевший переодеть её после работы, хитро прищурил глаз. – Массовое. На этот раз массовое захоронение. В традициях, похожих на исламские кладбища на Земле. Представляете? Сотни могил в одном месте. С памятниками, украшенными резьбой и какими-то письменами!

– Ого! Но ведь значит, у них… – начала Анна, но её перебил сам Ракеш.

– Да, у них был ген эмпатии! То есть это не были Несогласные! Несогласные хоронят с почестями лишь ритуально значимых членов общества.

Что ж, важные сведения. Но сенсационными они являются лишь для археолога. Впрочем, Дима мог представить себе его внутреннее ликование. Если открытие подтвердится, то уже через пару дней на Земле все газеты будут пестреть новостями: «Ракеш Марвари: Предтечи Конкордии не были Несогласными!»

– Это очень интересно, Ракеш, – заметила Катрина, – а вы не обращали внимания, какое из захоронений более раннее?

Что она имеет в виду? Дима осмотрел стол и понял, что Айк, Рашми, Анна и Дина прекрасно осознают, к чему был задан данный вопрос. Однако Ракеш задумался.

– Ты думаешь, что они могли быть Согласными и скатиться до Несогласных, и потом уже уничтожить друг друга?

А, вот они о чём. Прикольная идея, позволит сделать выводы о… возможном будущем землян.

– Да, именно, – подтвердила Анна.

– Что ж, – Ракеш подлил себе ещё вина, – мы, само собой, планировали радиоуглеродный анализ. Хотя, как вы знаете, на части артефактов и памятников замечен слой радиации, словно от какой-то сильнейшей войны, вероятно и уничтожившей Предтеч. Можно попробовать понять, но этот след портит возможности датировки.

– Надо поискать другие способы, – предложила Раш, держащая Тома на руках и кормящая его с ложечки какой-то кашей, – например геологический. Если там есть камни, можно отследить их источник, найти карьер, ну вы поняли.

Марвари кивал улыбаясь. Это и правда здорово. Сейчас Патил-Кинг найдёт себе применение, хотя и без неё тут имелась пара десятков геологов, и она даже не была ни начальником, ни тем более самым опытным специалистом.

– Физикам тоже есть чем заняться, раз уж такая проблема с классическим анализом, – добавила Мари.

Всем будет чем заняться, кроме него. Дима вспомнил то чувство ненужности, которое возникло у него семь лет назад на Марсе после прибытия научной миссии во главе с Артуром Уайтом. Но не время жалеть себя, можно подключиться к любой из задач. Например, вместе с женой попытаться разобраться в датировке захоронения. Почему бы и нет? Он же инженер, в конце концов. А ещё Волков уже давно понял, что обладал уникальным взглядом на многие вещи. Может быть, и на этот раз сможет подсказать что-то вроде пельменного эксперимента, который помог Крису синтезировать лекарство? Только вот какую идею можно предложить? Наверное, до того, как Мари и её коллеги перепробуют всё возможное, подходящая мысль в голову и не придёт. Его талант срабатывает, только когда остальные оказываются в тупике. Так и здесь, может, Предтечи зашли в тупик с…

– О, а что, если наоборот? – воскликнул он.

– Что наоборот? – растерялся Ракеш. Пока Дима рассуждал, они уже успели уйти вперёд в разговоре, затронув стандартную для землян тему «а вдруг это знак, что мы все плохо кончим», которую он привык игнорировать, уже настрадавшись вволю до того, как они осознали свою особую, а не ущербную роль в Согласии.

– Наоборот по времени, – пояснил он, осознав, что его мысли никто не слышит, и надо вернуть всех чуть-чуть назад. – Вы предположили, что они были как мы, а потом стали Несогласными. А что, если наоборот? Если они зашли в тупик, как Несогласные, и превратились в таких, как мы?

* * *

Уже в который раз его мысль,