Терновый куст - Ольга Афраймович

Май 1995

Благодетели (Неприкосновенная)-3

«Бери, раз дадено…»И тут же явитсяНе знаю возраста,Красив? — не ведаю,Умен? — наверное,Лишь знаю — веруетВ свое могущество,В благодеяние,С какою легкостьюПодрубит деревце…О благодетели,О боги нежные!Ко мне — два способа:Один в тупик ведет,Другой — длиннее нет,Никто по длинномуКо мне не хаживал,А кто отважилсяДавно соскучился,Да не отвадилсяУж больно первый-тоНа вид близехонек…Ходи по первому!В ладони сжатоеБери, раз дадено…

Май 1995

Благодетели (Неприкосновенная)-4

Берет как должное(Пока не пуганый),И пальцы белыеИ онемевшиеДыханьем греются.Дает как должное(Пока не пуганый)Все, что за лучшееИм почитается,За радость высшую,За что бы сам в огонь…Огнем наказанаСейчас лишь холодомМогу ответствовать,В награду — мукою!Прости, уязвленный,Что тупиковаяДорожка легкая,Что вместо радостиКощунство дикое,Что недонежностьюОкоченелоюСвожу к отчаяньюИ пуще прежнегоНедосягаема.И недопонята.Да, недочуяна,Недопостигнута!Гляди: целованаНе расцелована,Поймешь ли: любленаДа не возлюблена!Со всеми бесамиИ недотрогами,Со всею жаждоюНеутоленною…

Что понял, пуганый?Что слишком женщина.Что понял, раненый?Что слишком грустная.

Май 1995

Благодетели (Неприкосновенная)-5

— Да что вы, милые,Совсем не грустная,Приму как должное,Дай Бог забвенияНа ВАШИ головы!А я — привычнаяИ добровольная,И все в науку мне,Глядите: таялаДа не растаяла!Поймете ль: падалаДа распрямиласяЖивее прежнего,НеутоленнееВ горячке внутренней.— Куда, сосновая?Сгоришь непознанной…— Коль нету парногоТакого дереваНе страшно пламени.Коль нету парного…Такого дереваНе заслужила я?Что ж, недостойная,Пойду, мытарствуя,Тьма непочатаяИ свет нетронутыйГлазам распахнутым,ПреображеннаяУзнать осмелится:За что испытана,Кому задумана,Как обособленаОт прочих — мукоюНевоплощения,Неотдавания,НеобладанияИ непленения,Себе — в горение,Себе — в познание…Кому задумана?

Лишь всхлипнут мудрыеЧто слишком женщина,Лишь буркнут юныеЧто слишком грустная.

Май 1995

Благодетели (Неприкосновенная)-6

Спасайтесь, милые!Пугаться есть чегоХоть деревянная,Да не железная,А нынче — нежная.

Май 1995

Птицы

То ли во граде первом — денно и нощно — Слава! —Трудной тебе дороги, сердце мое…То ли во граде втором — Колокол самый звонкий! —Вот тебе луч-поводырь, сердце мое…То ли во граде третьем — раненой Птицы крик! —Вот тебе боль-попутчик, сердце мое…

Тихий омут

А дом мой — тихий омутС незрелыми чертями,И бродят возле домаС дырявыми сетямиВоры и бездельники,Мелкие мошенники,Мужики женатые,Пьяницы усатые.А нынче ночью мышкаК нам в гости забежала,Тот хвостик из-под крышкиКастрюли я видала.Не звала я к ужинуТварь сию ненужную,Я ногами топаюИ в ладоши хлопаю.Не жду я ночи лунной,Чертей своих сзываюИ без речей заумныхЛентяев вопрошаю:Черти вы иль нечерти,Что рогами вертите?Прогоните длинныеХвостики мышиные!А дом мой — тихий омут,Но воду мутят черти.Бродите возле дома,Готовьте свои сети.

Декабрь 1993

Выкручиваюсь

Кручу — кручу — выкручиваюсь,Гадаю и выгадываю,Из времени выпутываюсьИ свечкой в воду капаю.

Плачу — плачу — выплачиваю,И я смеюсь, не плачу я,Но снова вижу в зеркалеЛичину незнакомую.

Она опять подстриженаНеловким парикмахером,Рукой своей не волосыДуша перелохмачена,Как в руки лезут ножницы,Каким же притяжениемВлечет к обрыву, к пламени,На острые края?

Я от тебя выкручиваюсьИ каюсь виноватою,Но снова перед сказкоюГорит душа косматая,Горит душа косматая…

Декабрь 1993

Когда

Снег под утро ляжет,

И неплохо даже

То, что в доме не наточены ножи.

Из крана капает вода,И не наточены ножи.О, эта сумрачная жизнь,О, это сладкое когда.Когда прощанье уязвит?Когда ослабнут удила?Когда бы эта боль прошла?Когда пойму, что это стыд?И не поймать за хвост вчера,И в послезавтра не попасть,Сегодня раскрывает пастьИ осветляет милый мрак.И не узнать мне никогда,Какого черта кран бежит,Никто не точит здесь ножи,И я не ведаю стыда.

Январь 1994

Осколки-1

Когда обожжет меняНаверно сойду с умаИ буду молить, кляня,Чтоб вечной была зима,И вновь учиню побег.Тебя я терзала зряЯ только подталый снегПоследнего декабря.Я только печальный лучЛуны. Я бледна как мел.Я рвусь к оболочкам душИ жажду слиянья тел.Как больно моей лунеВблизи от хмельной земли,В своем не постигну снеКак там без меня могли?Как можно, не помня дня,Слить с телом душевный жар?Когда обожжет меняСтихией взойдет кошмар.

Январь — февраль 1994

Осколки-2

Осколками швыряласьИ гасла, разбиваясь.О брат мой, нет покояДуши лицо живоеЯ возродить пытаюсьИ в зеркале теряюсь.Я гасну, разбиваясь,И вырваться пытаюсь,Как пойманный бесенок,Верните мой осколок,Уйдите, не касаясь.Безбожница я, каюсь.Безбожница я, каюсьГрехи свои считая,Одна в проклятом небе,Где солнце в туче тает.Ты видишь — догораетПоследний сполох гнева.Быть сладко неплененной,Быть сладко непрощенной,Страшнее — разделенной,Разорванной, склоненной.Погас последний сполох,Верните мой осколок.

Январь — февраль 1994

Осколки-3

Бесчувственное гасло, отступая,Желаньям подчиняясь лишь на сон,Я руки целовала, засыпая,Нарушив очевидности закон.

Одна из прочих, равно одаренных,Благословляла, плакала, звала,И, будучи до сна непробужденной,Я слишком нежной, кажется, была.

Я руки целовала, засыпая,Но уходил, и убегала прочьБезумная, упрямая, слепая,Нелюбящая, преданная дочь,

Сестра, подруга, странная, чужая,Неизбранная, гордая, без словЯ знала все и, вовсе не вникая,Твою нещадно волновала кровь.

Но уходил, и убегала, тая,Но возвращался и терзал без слов,И говорил — ты любишь, да не знаешь,И клялся в том, что это не любовь,

И по пятам ходил, теряя силы,И подарил нетронутую боль.И снилось мне, что я тебя любила.И знаем мы, что это не любовь.

Январь — февраль 1994

Осколки-4