Последнее убежище - Александр Кросс

миль в час не приходилось. Антигравы не отличались особой маневренностью, но в любом случае превосходили творение человека в белом.

— Вы там забыли про меня? — Клинт подошел к человеку вплотную. — Я тут просидел часа три, в ожидании хоть какой-то живой души.

— Прошло пятнадцать минут. — бесстрастно произнес человек в белом направляясь к двери. — Возможно здесь для Вас время будет тянуться чуть дольше.

— Пятнадцать минут? Вашу мать! А мне тут нужно торчать неделю. Не боитесь, что я сойду с ума за это время?

— В ближайшее время к Вам придет лаборант для забора анализов. — человек с подносом удалился.

— Зашибись. — Клинт повалился на кровать размышляя над тем что ему делать.

Когда тебе говорят, что придется учувствовать в секретном эксперименте, ты сразу представляешь навороченную лабораторию с обилием техники и людей за виртуальными мониторами, на которых показываются сложные схемы. А здесь же? Взгляд налево — белая стена. Взгляд вправо — белая спина. Взгляд назад — белая стена. Взгляд вперед — дверь, тоже белая. Но вот только рядом с выходом была дверь поменьше. Это была ванная комната. В голове родился гениальный план по развлечения самого себя.

В ванной комнате нашлась ниша откуда подавались ровные квадратики туалетной бумаги. Хотя бумагой ее сейчас назвать можно было с очень большой натяжкой. Средство гигиены теперь выполнялось из переработанного пластика. После уничтожения естественной растительности самыми богатыми стали владельцы свалок где мертвым грузом лежал пластик. Одна из компаний выкупила право переработки тихоокеанского мусорного пятна, и справилась с этой задачей всего за год. Так что любой из живущих сейчас людей мог вытирать задницу куском волокнистого пластика, до этого десятки лет плавающего посреди крупнейшего океана на Земле.

Клинт набрал около сотни таких листков и стал методично сминать из них комки. Ничего похожего на ведро или урну не нашлось, бумага после использования сбрасывалась в другую нишу в стене, и перерабатывалась еще раз. Немного подумав парень выбрал в качестве мишени металлическую раковину. Пусть расстояние было и не велико, но выбирать не приходилось. Первый бросок и комок пластика влетел в раковину. Клинт вскидывает руки и радостно вопит. В мыслях вспоминается рев трибун. Еще один бросок и скомканный кусок пластика ударяется о край раковины, отлетая в сторону. Трибуны в голове парня недовольно укают, не оценив стараний спортсмена.

Тренировка по броскам туалетной бумаги в раковину продолжается до тех пор, пока в ней не остается свободного места. Руки устают от однообразных бросков и Клинт решает закончить дурачиться. На это мысли дверь щелкает замков и вновь открывается. На пороге стоит человек в белом с небольшим чемоданчиком.

— Я думал вы тут про меня забыли. — Клинт пытается прикрыть дверь в ванную комнату, но один из комков пластика предательски застревает дверном проеме.

— Похоже Вы не позволили себе скучать. — голос похож на женский. Определить точно не получается из-за капюшона, защитных очков и респиратора. — Пройдите на кровать и раздевайтесь.

— Оу оу оу! — Клинт растягивает губы в улыбке. — Давайте не будем так спешить. Мы только познакомились.

— Хорошо номер одиннадцать, меня зовут Элис. Пройдите к кровати и разденьтесь.

— Элис, у Вас даже есть человеческое имя. Я думал, что я тут буду один из испытуемых. Но раз я номер одиннадцать — это не так.

— Вас одиннадцать, и это не имеет для Вас никакого значения. Ваша задача пройти к кровати и раздеться.

— Я старый солдат и не знаю слов любви…

Девушка в белом по имени Элис завела свободную руку за спину и достала прибор отдалено похожий на пистолет. Он был выполнен из красного пластика, с отверстием ствола в три-четыре сантиметра. Нажатие на кнопку курка и Клинт замер на месте. Каждая мышца напряглась, сковывая движения. Не шевелились даже веки и глаза. Что еще хуже — он не мог сделать вдох. Грудная клетка превратилась в пустую коробку из-под пиццы. Элис опустила свой прибор и за пластиковыми линзами защитных очков можно было увидеть ее недовольство.

— Просто подойти к кровати и раздеться. Неужели это так просто? Каждый раз одно и тоже.

Клинт хотел бы ответить ей, извинится, но организм теперь был обычным манекеном. И через пару минут рисковал примерить на себя главную особенность манекена — неодушевленность. Голова стала кружиться, язык и горло пересохли. Его рекорд по задержке дыхания похоже устанавливался именно сейчас, и не по его воле.

Глядя на замершее тело, девушка все-таки сжалилась и снова направила прибор на парня. Щелчок кнопки и тело свалилось на пол. Клинт хватался за горло и жадно хватал воздух ртом пытаясь максимально заполнить легкие. Картинка в глазах стала проясняться, появилась дрожь в руках.

— Что это такое? — прохрипел он спиной отползая к кровати.

— Нейропорализатор. Обычный прибор на случай выведения врага из строя. Действует бесшумно, человек просто стоит, замерев пока не задохнется, а потом валится с ног.

— Не думал, что я для вас враг. — парень все еще пытался прийти в себя.

— Я обошла десять комнат. Вы последний. И каждый пытается подколоть и сорвать обследование. Это очень надоедает.

— Извините. Но при всем моем уважении к Вашему труду, как Вас не придушили еще в первой комнате?

— Сейчас я нажму вот эти кнопки, — Элис поклацала на выступающие части на приборе, — и теперь он сработает автоматически через десять минут. Он уже знаком с Вашей нервной сетью, поэтому будет действовать только на нее. Если возникнет желание придушить меня, знайте — Вам тоже конец. Ну что стоим?

— Я не собираюсь на Вас нападать. — Клинт поднял руки вверх в знак капитуляции.

— О, Господи! Раздевайтесь! Время идет.

Клинт снял с себя одежду с невероятной скоростью. Футболка лопнула по шву, а трусы отлетели куда-то за кровать. Элис открыла чемодан чтобы достать квадратный лист пластика в рамке. Навела его на голову парня и тот засветился зеленым. Так же сканированию подверглись конечности и туловище. Детородный орган решила обойти стороной. Следующим видом обследования стал банальный забор крови. Химический пластырь приклеенный к предплечью оттянул на себя кровяные клетки сквозь потовые протоки. Это не создавало повреждений на коже и не допускало возможных кровотечений. Пластырь отправился в стерильную емкость.