Три рецепта для Зоюшки - Анна Шнайдер

с великолепными, безумно красивыми бело-жёлтыми нарциссами. Я на них даже засмотрелась, пока Петрович что-то там с важностью вещал.

— Простите, что? — опомнилась через несколько секунд, вновь удостоившись недовольно поджатых губ и укоризненного взгляда.

— У вас будет три часа, — повторил управляющий, сверкнув голубыми глазами за стёклами очков. Если бы не напыщенность этого парня, он бы показался мне симпатичным. Хотя я всегда предпочитала брюнетов. — За это время вы должны будете приготовить обед из трёх блюд. Закуска или суп, горячее, десерт. Подавать можно по мере готовности.

— Сколько порций?

— Одна, пробовать будет только хозяин. Но, если у вас получится больше, не пропадёт.

Когда Петрович это сказал, на его лице впервые появилось что-то человеческое, напоминающее лукавую усмешку. Понятно, что не пропадёт, — судя по размеру дома, слуг здесь должно быть ещё больше, чем жильцов. Съедят уж как-нибудь.

— Пожелания есть?

— Какого рода?

Я вздохнула. Петрович явно валял ваньку. Я же не первый повар, пришедший на эту кухню для «собеседования», — дядя Сеня говорил, что другие кандидаты тоже были. Ни за что не поверю, что никто не спрашивал про пожелания великого и могучего Хозяина.

— Что готовить: мясо, рыбу? А может, вегетарианские блюда? И насчёт сладкого…

Я не договорила — управляющий меня перебил, возвестив:

— На ваше усмотрение. Никаких пожеланий.

Понятно, задачу облегчать никто не захотел. Глупо, на самом деле. Лучше пробовать то, что действительно любишь, и уже от этого отталкиваться. Шанс, что я угадаю вкусы таинственного Хозяина, — практически нулевой. Какие могут быть вкусы у мужика, который живёт в подобном доме? Итальянская кухня, французская, греческая? Британская? А может, он любитель отечественной кухни и обожает борщ?!

— Давайте покажу, что и где лежит, — продолжал между тем Петрович, подходя к шкафам. — Вот здесь посуда, приборы. Тут крупы. С этой стороны приправы. Здесь…

Ещё минут десять мы потратили на экскурсию, во время которой я тщетно пыталась запомнить всё, но я же не волшебник — поэтому в конце монолога управляющего с интересом вопросила:

— А если я посреди процесса вдруг забуду, где находится, допустим, перец чили, мне кто-нибудь поможет? Или сразу дисквалифицируют за плохую память?

Уголки губ Петровича дрогнули. Вот ледяной чел! Хоть бы раз нормально улыбнулся.

— Нет. Вон там, под выключателем, звонок. Нажмёте на кнопку, я приду и подскажу.

— Хорошо.

Настала очередь холодильника. Набит он был до распухания дверцы, но о вкусах хозяина абсолютно не говорил — здесь было практически всё, что только можно и нельзя. Разное мясо и рыба, овощи, молочные продукты, сыры… Стоп, а это что?

— Красная фасоль, — подтвердил мою догадку Петрович, как только я сунула нос в небольшую кастрюльку. — Отварная. Вдруг вам понадобится. Её же варить больше трёх часов.

Строго говоря, это было не совсем верно — конкретно варить фасоль около часа, но перед этим её лучше замочить на ночь, так что… Но удивляло другое.

Фасоль — продукт специфический. Особенно с учётом уровня дохода владельца этого дома. Отварное мясо, разделанная рыба — это всё понятно, чтобы время повару сэкономить, наверняка понадобится. И бульон тоже. Но фасоль… И если её держат на полке наравне с бараньим фаршем, то значит: великий и ужасный Хозяин фасоль любит и ест.

Ну, уже хлеб. От этого хотя бы можно отталкиваться.

— Приступайте, — кивнул мне Петрович, когда я надела фартук и пафосный колпак, и величественно удалился. Я помыла руки и задумалась.

Наверное, беспроигрышным вариантом была бы итальянская кухня. Вообще не знаю людей, которые её не любят. Да и ресторан Семёна Павловича был именно итальянским, так что я на этих блюдах съела не одну собаку. Но… надоело. Мы периодически обновляли меню, придумывали что-то новое — точнее, хорошо забытое старое, — но всё это уже набило мне такую оскомину, что любая мысль об итальянской кухне сейчас вызывала изжогу.

Покреативим, пожалуй. Раз уж Хозяин сего царства любит фасоль… Приготовлю ему то, что люблю я.

Начала я с десерта, который перед подачей следовало охладить. Пирог «Капиротада» — специфическое блюдо, и многие не верят, что его можно приготовить красиво (особенно если посмотреть фотографии в интернете), но… я умела. И выглядело так, что любо-дорого, и на вкус было… Ну, по крайней мере, мне нравилось. Будем считать, что Хозяину тоже понравится.

Нашла на кухне белый хлеб, обрезала, замочила, добавив в воду немного коньяка. Отжала, выложила в форму. Сверху — обжаренные бананы, затем чернослив, обжаренные орехи — пекан и немного арахиса. Тёртый сыр сулугуни, потом — сироп собственного приготовления, рецепт которого я не выдала бы даже под дулом пистолета. Полила всё выложенное сиропом, затем сделала ещё один слой хлеба, бананов, чернослива, орехов и сулугуни, укрыла получившееся пергаментом, положила гнёт — и отправила в духовку на полчаса.

Ну-с, одно дело почти сделано — и треть времени скоро подойдёт к концу. Вот с этими десертами всегда так! Куда проще стейк пожарить.

Теперь займёмся закуской. Тако! Обожаю эти мексиканские лепёшки с начинкой. Простые, но вкусные. Готовить их можно практически с любой начинкой, но я решила сделать в традиционном стиле — с гуакамоле, густым соусом на основе мякоти авокадо. Пожарила кукурузные лепёшки, заполнила их нарезанной обжаренной говядиной, добавила помидоры с чили и зеленью, сверху выложила гуакамоле и тёртый сыр — и позвонила в звонок, чтобы Петрович поскорее забрал первое блюдо. Надеюсь, пока будет относить тако Хозяину, не споткнётся по пути.

«Чили кон карне», выбранное мной в качестве основного блюда, сама я обожала — впрочем, как и всю мексиканскую кухню, — но, если бы не отварная фасоль в холодильнике, думаю, что не рискнула бы готовить в этот день острое. Но, как говорит дядя Сеня, кто не рискует, тот не получает премию.

Решила сделать вариант чили кон карне с бараньим фаршем. Не совсем традиционно, но мне всегда нравилось чуть больше, чем с говядиной. Пожарила фарш вместе с помидорами, луком, сладким перцем и чили, затем добавила бульон и кое-какие специи, отварную красную фасоль. Ближе к концу ещё кинула в получившееся блюдо два зубчика чеснока, и через несколько минут выложила готовое блюдо в глубокую, как для супа, тарелку и позвонила в звонок.

У Петровича было очень интересное лицо, когда он уносил моё чили, — удивлённо-заинтересованное. И нос дёргался, как у собаки, учуявшей вкусную косточку.

— Там в сковороде ещё осталось, — хмыкнула