Три рецепта для Зоюшки - Анна Шнайдер

В субботу я встала ни свет ни заря, быстро клюнула йогурт, выпила чаю и вызвала такси, решив не морочиться с поездками сначала на автобусе, потом на метро, после — на электричке, и ещё раз на автобусе от станции до дома этого «олигарха».

Уже на полпути подумала, что зря не спросила у дяди Сени фамилию человека, к которому еду. Можно было бы загуглить, посмотреть, кому повар понадобился. Это если в интернете есть фотографии, конечно, — всё же не все богатые люди засвечены в сети. Одно дело, если он какой-нибудь киношник, а если у него, допустим, своё дело по производству… не знаю, сковородок, миксеров, ножей…

Блин, кто о чём! А Зоя о сковородках.

Я нервно хихикнула и почти тут же замерла, поскольку таксист явно заехал в нужный мне охраняемый посёлок. Сказал охраннику адрес, и тот поднял шлагбаум. Я завертела головой, испытывая, наверное, приблизительно такие же чувства, какие испытывала Золушка на подступах к королевскому дворцу.

Слева и справа от дороги стояли даже не дома — особняки. Все в разном стиле: какие-то были похожи на готические замки, другие — на древнерусские усадьбы. Причём таких было даже большинство — видимо, мода. Или просто их хозяева насмотрелись на новодельный дворец Алексея Михайловича в Коломенском.

Дом, к которому подвезли меня, не отставал от других в пафосности, но был построен в европейском стиле. Двухэтажный, каменный, с покатой тёмной крышей, он немного напомнил мне особняк из фильма «Один дома». Жаль, что сейчас не зима, а лето, начало июня. Если бы лежал снег и гирлянды висели, сходство усилилось бы ещё больше. Только вот наш, отечественный, вариант этого дома был окружён высоким забором с большими воротами и калиткой, за которыми пряталась будка с охранниками.

Таксист высадил меня у ворот, и я, оправив бирюзовую блузку, подошла к калитке и нажала на кнопку звонка.

— Да, — ответили строгим мужским голосом.

— Дубинина Зоя Александровна. — Что ещё сказать, я не знала, поэтому добавила: — На вакансию…

— Да, — перебили меня, — на вас есть пропуск. Проходите.

Калитка запиликала, и я, потянув дверь на себя, с иронией подумала о том, как сложно живётся этому семейству, которое вынуждено заказывать пропуск на каждого посетителя. Разумно, конечно, — мало ли, кто там пришёл, а если кого-то ждёшь, лучше заранее предупредить охрану. Но всё же слышится это весьма забавно. Пропуск для повара…

Выглянувший из будки молодой парень в камуфляже махнул мне в сторону возвышающегося дома и буркнул:

— По дорожке прямо, потом налево. Не в центральный вход. Там сначала будет въезд в подземный гараж, а потом дверь с надписью «Служебный». Позвоните в звонок, вас ждут уже.

Ждут. Ах, какая честь.

Я быстро пошла по дорожке, выложенной мелкой светлой галькой. Подобные камушки навевали тоскливые мысли об отпуске и море, которые я от себя нещадно гнала. Какой отпуск, какое море? Зоя, окстись. Границы закрыты, да и что будет с работой, непонятно пока. Если повезёт и местный олигарх меня возьмёт, до следующего года об отпуске можно и не мечтать.

Я немного переживала насчёт того, с чем мне предстоит столкнуться, поэтому обращала мало внимания на окружающую красоту — только отмечала её, как данность. Никаких огородов, как на дачах у обычных людей, здесь, конечно, не было. Был парк. С дорожками, скамейками, клумбами, засаженными цветами, деревьями — в основном это были туи, ну или что-то на них похожее, — и даже с фонтаном. Он красовался перед центральным входом, и я прошла мимо, косясь на интересную скульптуру, которая венчала композицию из трёх ступенчатых чаш, — влюблённая парочка под зонтиком. Она в шляпке, с сумочкой, он с элегантными усиками. С зонтика во все стороны текла вода. Любопытно, как это место выглядит вечером, — наверняка ведь подсветка какая-то есть…

Я прошла въезд в гараж и остановилась, заметив чёрную дверь с табличкой «Служебный». Рядом с косяком располагался звонок, на кнопку которого я послушно нажала и услышала за стенкой переливчатую трель.

Прошло секунд пятнадцать, а потом дверь распахнулась… и я задумалась, пытаясь понять, кем может быть этот парень, открывший мне дверь. Да, в костюмчике, и явно дорогом, но… на грозного богатого «буратину» и олигарха в одном лице, который перебирает поварами, как бусинками чёток, он не тянул.

— Доброе утро. — Парень с достоинством кивнул. — Вы, как я понимаю, Зоя Дубинина?.

— Она самая.

— Я Николай Петрович, — выдал мой новый знакомый, и я чуть не закашлялась от неожиданности. Надо же, какой важный Синьор Помидор, даже по отчеству представляется! При всех моих регалиях как повара, мне бы даже в голову не пришло представляться Зоей Александровной. — Мажордом. — Видимо, моё лицо было слишком красноречивым, поскольку парень, поджав губы, пояснил: — Управляющий. Мне поручено проводить вас на кухню, всё рассказать и объяснить. Пойдёмте.

Он отошёл назад, освобождая мне путь, и я шагнула через порог.

6

Зоя

Я сразу поняла, что мы находимся в зоне для слуг — здесь всё было достаточно скромно. Если к подобным интерьерам вообще можно применять такое понятие. Всего лишь никакой вычурности — обычный коридор. Под ногами светлый и блестящий паркет, на потолке не витиеватые люстры, а обычные энергосберегающие лампочки, очень яркие, на стенах тканевые тёмно-зелёные обои с изображением виноградной лозы.

А потом я увидела кухню.

Так уж получилось, что последние годы я работала в основном на кухне ресторана Семёна Павловича, и там окон не было. Все окна — точнее, одно сплошное панорамное окно — достались посетителям. А повара существовали без них. На работе без окон, дома, в чулане, без окон… Сказать, что я скучала по пространству, — ничего не сказать. Иногда было до ужаса тоскливо, так хотелось подойти к окну, распахнуть створки, послушать шум дождя или полюбоваться на снег. Мечты, мечты…

Впрочем, если меня примут сюда на работу, эти мечты вполне могут стать явью — ибо кухня здесь была огромная. С двумя трёхстворчатыми окнами, со множеством шкафов (белый верх, чёрный низ) и кучей необходимого оборудования, причём не в одном экземпляре. Духовых шкафов, например, было два. И варочных панелей тоже — в общей сложности восемь конфорок. И холодильник огромный, двустворчатый, стального цвета. Естественно, без магнитиков.

А посередине кухни стоял большой деревянный стол. На нём не было ничего, кроме вазы