Мертвая зона - Кинг Стивен

Хозяин уставился на монету, одиноко лежавшую на игральной доске, вздохнул:

– Круто взял, ничего не скажешь, – и повернулся к Колесу.

Джонни рассеянно поднял руку ко лбу.

– Стойте, – быстро сказал он и кинул один из своих четвертаков на квадрат с цифрами 11-20.

– Уверены?

– Уверен, – сказал Джонни.

Хозяин крутанул Колесо, и оно завертелось в кольце из лампочек, черный и красный цвет слились. Джонни рассеянно потирал лоб. Колесо стало останавливаться, и теперь было слышно, как с размеренностью метронома пощелкивает маленькая деревянная трещотка, скользя мимо шпилек, разделявших номера. Она дошла до 8, затем до 9, остановилась было на 10, но проскочила на 11 и, щелкнув напоследок, окончательно успокоилась.

– Дама проигрывает, джентльмен выигрывает, – сказал хозяин.

– Джонни, ты выиграл?

– Похоже, что так, – сказал Джонни, в то время как хозяин доложил два своих четвертака к его монете. Сэйра издала легкий вскрик, едва успев заметить, как хозяин смахнул десятицентовик со стола.

– Я же сказал, это мой счастливый вечер, – проговорил Джонни.

– Один раз – везение, два раза – счастье, – заметил крупье. – Эй-эй-эй!

– Давай, Джонни, – сказала Сэйра.

– Хорошо. Мне на тот же номер.

– Запускать?

– Да.

Хозяин снова крутанул Колесо, и пока оно вертелось, Сэйра тихонько прошептала:

– А они не жульничают с этими колесами?

– Было дело. А теперь власти их проверяют, так что приходится полагаться исключительно на везение.

Колесо замедлило вращение и щелкнуло напоследок. Стрелка проскочила 10 и вошла в поле Джонни, замедляя бег.

– Давай, давай! – закричала Сэйра.

Двое подростков, шедших к выходу, остановились посмотреть на игру.

Деревянная трещотка очень медленно миновала 16, затем 17 и остановилась на 18.

– Джентльмен снова выиграл. – Хозяин добавил еще шесть четвертаков к кучке Джонни.

– Ты богач! – воскликнула Сэйра и поцеловала его в щеку.

– Тебе везет, парень, – с готовностью согласился хозяин. – Никто не бросает такую везуху. Эй-эй-эй!

– Ставить опять? – спросил Джонни Сэйру.

– Почему нет!

– Давайте, давайте, – сказал один из подростков. На куртке у него был значок с Джими Хендриксом[5] – Этот тип ободрал меня сегодня на четыре доллара. Хотел бы я посмотреть, как его вздрючат.

– Тогда ты тоже, – сказал Джонни Сэйре. Он дал ей одну из девяти монет, лежавших столбиком. После короткого колебания она положила ее на 21. Отдельные цифры при выигрыше оплачиваются десять к одному – явствовало из правил.

– Продолжаешь, парень?

Джонни глянул на восемь четвертаков, лежавших столбиком на доске, и стал потирать лоб, будто чувствовал приближение головной боли. Внезапно он смел с доски четвертаки и потряс ими в сжатых ладонях.

– Нет, крутите для дамы. Я посмотрю.

Она удивленно посмотрела на него:

– Ты что, Джонни?

Он пожал плечами.

– Так, предчувствие.

Крупье закатил глаза, как бы говоря: «Боже-дай-мне-силы-вынести-этих-дураков», – и вновь запустил свое Колесо. Оно повертелось, замедлило ход и остановилось. На двойном зеро.

– Мой номер, мой, – пропел хозяин, и четвертак Сэйры исчез в его переднике.

– Это честно, Джонни? – Сэйра была задета.

– Зеро и двойное зеро дают выигрыш хозяину.

– Ты хитро сделал, сняв свои деньги с доски.

– Пожалуй.

– Ну что, крутить дальше или я пошел пить кофе? – спросил хозяин.

– Крутите, – сказал Джонни и выложил свои четвертаки двумя стопками по четыре на третий сектор.

Пока Колесо жужжало в кругу своей клетки из лампочек, Сэйра, не поднимая глаз от вращающегося поля, спросила Джонни:

– Сколько в этом заведении можно заработать за вечер?

Между тем к подросткам присоединилось четверо пожилых людей – двое мужчин и две женщины. Крупный мужчина, с виду рабочий стройки, сказал:

– От пятисот до семисот долларов.

Хозяин снова закатил глаза.

– Вашими бы устами… – проговорил он.

– Ладно, не прибедняйся, – сказал мужчина, похожий на строителя. – Лет двадцать назад я работал в такой лавочке. От пяти до семи сотен за вечер, две косых по субботам. Запросто. И это без всякого жульничанья.

Джонни следил за Колесом, которое сейчас вращалось достаточно медленно, так что можно было различить отдельные цифры, когда оно пробегало мимо. Промелькнуло одно зеро, другое, затем, медленнее, первый сектор, еще медленнее второй.

– Хорошего понемножку, – сказал один из подрост–ков.

– Подожди, – произнес Джонни как-то странно. Сэйра взглянула на него: в его добродушном лице вдруг появилась жесткость, голубые глаза потемнели, стали чужими и далекими.

Стрелка остановилась на 30 и замерла.

– Игра продолжается, игра продолжается, – тоскливо пропел хозяин, а небольшая толпа позади Джонни и Сэйры издала радостный крик. Мужчина, похожий на строителя, хлопнул Джонни по спине, да так, что тот покачнулся. Хозяин полез под прилавок, достал из сигарной коробки четыре монеты и бросил их рядом с восемью четвертаками Джонни.

– Может, хватит? – спросила Сэйра.

– Еще разок, – сказал Джонни. – Если выиграю, этот парень оплатит нам ярмарку и твой бензин. Если проиграю, мы потеряем всего полдоллара или около того.

– Эй-эй-эй, – пропел хозяин. Он приободрился и вновь затараторил: – Ставьте где хотите. Приходи, не стесняйся. Этот спорт не для зевак. Крутится-вертится Колесо, где остановится, не знает никто.

Мужчина, похожий на строителя, который назвался Стивом Бернхардтом, положил доллар на чет.

– А ты что, парень? – спросил хозяин у Джонни. – Оставляешь на том же месте?

– Да, – ответил Джонни.

– Ох, дядя, – сказал один из подростков, – с судьбой играете.

– Наверное, – сказал Джонни, и Сэйра улыбнулась ему.

Бернхардт оценивающе посмотрел на Джонни и вдруг переставил свой доллар на третий сектор.

– Чем черт не шутит, – вздохнул подросток, сказавший Джонни, что тот играет с судьбой. Он переложил пятьдесят центов, которые они наскребли с приятелем, на тот же сектор.

– Все яички в одной корзинке, – пропел хозяин. – Не передумаете?

Игроки стойко молчали. Двое чернорабочих подошли посмотреть игру, один из них с подружкой; теперь перед Колесом судьбы уже собралась довольно большая компания. Хозяин сильно крутанул Колесо. За его вращением наблюдали двенадцать пар глаз. Сэйра поймала себя на том, что смотрит на Джонни – какое чужое у него лицо в ярком и в то же время загадочном свете. Она вновь вспомнила о маске – Джекиль и Хайд, чет и нечет. У нее опять забурчало в животе, она почувствовала легкую слабость. Колесо замедлило бег и начало щелкать. Подростки стали кричать, как бы подталкивая его.

– Еще немного, крошка, – уговаривал Стив Бернхардт. – Еще немножко, дорогое.

Колесо дощелкало до третьего сектора и остановилось на 24. Толпа снова издала радостный возглас.

– Джонни, ты выиграл, ты выиграл! – закричала Сэйра.

Хозяин неприязненно присвистнул сквозь зубы и вы–платил выигрыш. Доллар подросткам, два – Бернхардту и двенадцать долларов Джонни. Теперь перед Джонни лежали на столе восемнадцать долларов.

– Игра продолжается, игра продолжается, эй-эй-эй! Еще раз, дружище? Сегодня Колесо с тобой на пару.

Джонни взглянул на Сэйру.

– Как хочешь, Джонни. – Ей вдруг стало не по себе.

– Давай, дядя, – подзадоривал подросток со значком Джими Хендрикса. – Одно удовольствие поглядеть, как отделывают этого типа.

– Ладно, – сказал Джонни. – Последний раз.

– Ставьте на что хотите.

Все взоры были обращены на Джонни, который стоял, задумчиво потирая лоб. Его обычно добродушное лицо застыло, стало серьезным и сосредоточенным. Он смотрел на Колесо в кольце огней, поглаживая пальцами гладкую кожу над правой бровью.

– Оставляю, – сказал он наконец.

По толпе прокатился вопросительный шепот.

– Ох, дядя, это уже чересчур.