Не помогайте мне. Я сделаю все сам - Валентина Ильянкова

– Я же Вам говорю, – смутилась педагог – класс, в котором учился Артем был самым дружным в нашей школе. Они все между собой дружили. Если Вы хотите что-то спросить у его друзей, то я могу Вам дать полный список учеников его класса, с домашними телефонами и адресами проживания. Сейчас они взрослые и, скорее всего, где-то продолжают обучение. Где именно учится каждый из них я Вам сказать не могу, но Вы можете позвонить их родителям, они Вам точно все скажут.

Проводить дамочку из директорского кабинета оказалось не так-то просто. Она все пыталась навязать Тимофею свою мифическую помощь, и якобы для этого положить в его карман листик бумаги со своим номером телефона. Когда она все-таки удалилась из кабинета, Тимофей скомкал бумажку и бросил в мусорную урну.

Следующим в директорский кабинет вошел физрук. Молодой человек не просто знал школьников, он их знал хорошо. Смерть Артема воспринял, как личное горе и зачислил в свои собственные недостатки в работе с учениками.

Артем и его трое друзей увлекались экстремальными видами спорта, в том числе паркуром. Как утверждал педагог, паркур хоть и экстремальный вид спорта, но очень красивый. Наблюдать, как трейсеры бегают по отвесной плоскости или перепрыгивают с одной крыши здания на другую, конечно, зрелище захватывающее: красиво, но страшно до сердцебиения. А вдруг…? Так вот. Чтобы хоть как-то застраховать ребят от этого «А вдруг…?» школьный учитель на школьном дворе начал заниматься с ребятами еще одним экстремальным видом спорта, правда, менее опасным чем паркур и, к тому же, под его надзором.

Физрук в свободное от занятий время играл с ребятами в поло на двухколесных электрических самокатах. Участник этой игры должен иметь навыки маневренного акробата, отлично управляющего своим телом. И что еще при этом замечательно, так то, что у игроков такого вида поло вестибулярный аппарат постоянно укрепляется и совершенствуется.

Учитель надеялся, что ребята увлекутся новым видом спорта и со временем отойдут и от паркура, и от зацепинга, да и по крышам домов перестанут бегать.

Но случилось ужасная трагедия – Артем погиб, и учитель часть вины за эту гибель взял на себя – не сумел отговорить, остановить, доказать, что пора остановиться, это крайне опасно.

Физрук в записную книжку Тимофея записал три фамилии и пометил: друзья Артема. Самые близкие, они же единомышленники по наполнению свободного времени экстримом и прочими развлечениями.

Физрук пожал Тимофею руку, сказал: «сожалею, готов нести ответственность» и вышел из кабинета директора.

Хозяин кабинета взял лежащую на столе записную книжку Тимофея, прочитал записанные там имена и согласно кивнул головой;

– Да, это друзья Артема. Но это неполный список подростков, с которыми общался и дружил Артем. Запиши туда еще одну фамилию – Кулешова Настя. Обычные ребята, из простых семей среднего достатка. Только Настя росла в неполной семье. Что-то там у ее родителей не сложилось, не получилось, в результате ее отец застрелился из охотничьего ружья. Насте в то время было десять лет. Отец застрелился практически на ее глазах. С тех пор у Насти не все в порядке с психикой. Очень красивая и талантливая девочка могла сорваться при виде капельки крови на чужом пальце. Настя находилась под постоянным присмотром нашего школьного психолога. Да, как видишь, последние годы в нашем школьном коллективе появился психолог. Старались в основном для Насти. Помог добиться нового штатного расписания с психологом один из родителей наших учеников, государственный чиновник. Не могли же мы отчислить Настю из школы только из-за того, что девочка перенесла огромный стресс из-за суицида отца. Настя тяжело перенесла, а вернее не перенесла, гибель Артема.

– Где она сейчас? – спросил Тимофей, – Я могу ее найти?

– Со дня гибели Артема Настя помещена в психиатрическую клинику, где находится и сейчас. – Сказал директор, – Мы пытались с ней поговорить, но она на контакт не идет. Сразу начинает кричать: «Артем, Артем, зачем, зачем», впадает в истерику, плачет и рвет на себе волосы. Врачи советуют оставить ее в покое и лучше не пробовать вступать в контакт. Продукты для нее передали, через стекло посмотрели… и все, домой. Но я недавно заметил странную вещь, вернее я нечаянно подсмотрел, как ведет себя Настя, когда считает, что за ней никто не наблюдает. Ты знаешь, вполне осмысленный взгляд и разумное поведение. Мне почему-то показалось, что у Насти не все так плохо, как она сама демонстрирует. Давай твою записную книжку, я тебе адрес клиники запишу. Вдруг тебе пригодится. Какая-то тайна в поведении Насти есть. Три с половиной года она уже в клинике и улучшения нет? Наш психолог всегда нас уверяла, что Настя после любой тяжести стресса очень быстро возвращалась в обычное состояние. Попробуй с ней поговорить. Может, тебе повезет?

– А друзья Артема, кто они? Если можно, то пару слов про этих ребят. – попросил Тимофей.

– Хорошо, – согласился учитель, – теперь о друзьях Артема. Денис Пузырев, он же Деня или Шарик, добрый, безотказный, отзывчивый ребенок. Обычно для всей компании готовил домашние задания по физике и математике. Следующий – Степа Пашкин, по кличке СтеПаша. Этот лентяй, но лентяй хитрый. Если нет личной заинтересованности, то СтеПаша в деле, игре, занятиях будет простым наблюдателем. И, наконец, Никита Царин, он же Царь, и он же Кит – парень лидер, надо признать креативный человечек во всех отношениях. К его мыслям и словам прислушивались учителя, а школьники, наверное, его больше побаивались, нежели, чем любили. Кое, что могу сказать и про Артема. Артем никогда не отличался безрассудностью и отчаянным героизмом. Это я к тому, мог ли он ночью залезть на крышу, чтобы сделать снимок? Не мог! Я был на той крыше – там по краю высокая парапетная стена, а на ней еще и решетка. В одном месте, там, где упал Артем, решетка проломана и нет парапетной плиты. Ее потом нашли недалеко от места падения Артема. Она упала вместе с Артемом. Что спрашивается Артем делал на парапете? Стоял на стене, фотографировал и оступился? Но решетка не позволила бы ему выпасть. Он мог сорвать решетку и парапетную плиту только в том случае, если бы на самом деле сорвался с крыши, но успел ухватиться за решетку или плиту и какое-то время висел там. Но тогда он там не фотографировал, а выполнял какие-то элементы паркура. Зачем? Для кого? Мозаика не складывается в картину. Парня не вернуть, но, возможно, это не несчастный случай, а преступление, причем, безнаказанное. Кстати, все три друга Артема сразу после похорон ушли из школы. Причина у всех одна – не могу быть там, где ходил живой Артем. Кем они стали сейчас, как сложилась судьба каждого из них, я не знаю. Но у тебя есть их домашние адреса, найти при желании можно. Это, Тимофей, все, что я мог тебе рассказать. Ты еще раз подумай, Тимофей, стоит ли ворошить прошлое? Кому от этого станет легче? Артему или твоим родителям? Может лучше оставить все так, как есть?

– Хорошо, – согласился Тимофей, – только думать уже поздно, я все решил. Мне нужна правда, достоверная информация о гибели моей семьи. Иначе никак нельзя. Не только душа болит, но и моя будущая жизнь поставлена под сомнение. Когда пойму зачем и почему, тогда и решу, как жить дальше и стоит ли вообще жизнь продолжать.

Тимофей пожал протянутую ему руку и вышел из школы. Уже сидя в машине, он решил, что первой навестит Настю.

Клиника находилась в лесу, сразу за чертой города. Тимофей оставил машину на маленькой стоянке возле въездных ворот в клинику и через калитку вошел на территорию клиники.

Сразу, возле ворот его остановил охранник. Куда, к кому, и разрешение на посещение – обычные вопросы от добросовестной охраны. Конечно, разрешения на посещение Насти у Тимофея не было. И официально его получить, конечно, не получится.

Тимофей вновь вернулся за ворота и решил, что здесь нужна помощь. Помощь человека, близкого к медицинским кругам. Это могла быть директор благотворительного фонда «Астрея» – Ольга Мазурова.

– Конечно, Тим, без разрешения администрации или хотя бы лечащих врачей, тебя к Насте никто не пропустит, – согласилась Ольга с действиями охраны клиники, – давай мы сделаем следующее. Жди меня возле клиники, я уже сажусь в машину и еду к тебе. Что-нибудь сообща придумаем. Дорогой я созвонюсь с главврачом клиники и, надеюсь, он подскажет как нам поступить или просто даст команду охране чтобы нас с тобой пропустили к Насте.

Тимофей сел в машину и приготовился долго ждать Ольгу. Но уже через полчаса возле его машины припарковался выхоленный, лоснящийся от заботы внедорожник и из него вышла Ольга.

– Нет, это не моя машина, – пояснила Ольга, заметив удивленный взгляд Тимофея, – попечители купили в дополнение к парку спецмашин скорой помощи. Нам иногда приходится транспортировать пострадавших людей по бездорожью. Сегодня я сама решила воспользоваться этой машиной. Все лучше, чем приехать на скорой помощи с мигалкой. Пойдем, Тимофей, нас ждет главврач.