Перерождение темного архимага IV. Повелитель тьмы - Amazerak

о том, что делать дальше. Я в который раз выразил сомнения, что повелитель тьмы придёт сюда в скором времени, но большинство с этим не согласилось.

Лично меня же радовало то, что император узнал о ещё одной моей способности. Неизвестно, конечно, чем это аукнется впоследствии, но сейчас могло сыграть на руку и мне, и всем нам, оказавшимся в столь непростой ситуации.

Что и произошло. Два дня мы сидели в лагере и ждали нападения повелителя тьмы, но этого так и не случилось. Разведка докладывала, что существо вперёд не продвинулось, я оказался прав. На третий же день Воронцова потащили к подполковнику, а вернувшись, капитан сообщил, что в ближайшее время наш батальон получит особое задание. Нам придётся снова отправиться на вылазку в тёмную область, только теперь не на два-три дня, а на неделю-другую. Что такого особенного в этом задании, никто пока не знал, а вот я, кажется, догадывался…

Глава 3

Наш отъезд состоялся через день, пятого января. Перед этим мне пришлось посетить полковой магический отдел, где измерили силу моего духовного огня и прочие параметры. Подросшие показатели немного удивили и начальника отдела, и подполковника Апраксина, который присутствовал при этом. Он уже знал о моей способности и после обследования хотел отвести меня к кладбищу убитых тенебрисов, но я сказал, что остатки силы улетучиваются из мёртвого тела максимум за сутки, поэтому на старых трупах прокачаться не смогу.

А пока меня обследовали, гвардейцы со своими денщиками собирались в дорогу. Прислуга тоже должна была отправиться с нами, поскольку вылазка предстояла долгая. Утром же пятого числа выдвинулись в направлении нашего нового места службы. Ехали мы не в чистое поле. Капитан объяснил, что нам предстоит разместиться в одной из старых крепостей.

Путь оказал долгим. Мы вначале проехали по бетонной дороге на запад, потом свернули на перекрёстке, и там через лес по расчищенной грунтовке выбрались к крепости. И тут я ощутил настоящее облегчение. Голос в голове, надоедавший мне последнюю неделю, пропал. Какое же это было блаженство!

Крепость оказалась старая, но стены из массивных бетонных блоков всё так же, как и сорок лет назад, когда их только возвели, возвышались грозным оплотом над поросшими редкими деревьями просторами. Разрушений снаружи видно не было. Похоже, люди его просто покинули, когда пришёл приказ оставить линию обороны. Да и туман сюда не дополз за все эти годы. Под стенами белели молодые берёзки, а чуть дальше на пригорке сосны вечнозелёными великанами гордо поднимали в небо свои макушки.

В крепости находился небольшой гарнизон. Солдаты открыли перед нами ворота, исчерченные защитными рунами, и впустили колонну, состоящую из «Титанов» и пяти гусеничных военных вездеходов.

Встретил нас обросший бородой капитан, которому на вид было лет пятьдесят.

Не знаю, чем солдаты здесь занимались, но точно не обороной. Обороняться им было, по сути, нечем. Из угловых башен торчали длинные стволы орудий, но они изрядно поржавели за последние сорок лет и вряд ли могли стрелять. А стены защищали лишь две зенитные установки. Но зато двор был очищен от снега и от всякого мусора.

Посреди территории стояли квадратом четыре двухэтажных здания с заплесневелыми, как снаружи, так и изнутри, стенами. Они образовывали единый периметр и служили не только казармами, но и чем-то вроде внутренней крепости. Об их двойном назначении говорили также узкие окна, похожие на бойницы.

Внутри было холодно, сыро, грязно, но это оказалось не такой уж большой проблемой. Прислуга сразу же взялась за дело: установила в каждой комнате походные печки, после чего принялась отчищать всё вокруг и заделывать оконные проёмы. Даже за дровами идти не пришлось — они были в достатке у гарнизона. Пока денщики приводили в порядок помещения, где нам предстояло жить, у меня выдалось свободное время, и я решил осмотреть крепость.

По узким, осыпающимся ступеням поднялся на стену, смотрящую на восток. На верхней площадке почти ничего не было, кроме ржавых пулемётных станков возле бойниц и всякого хлама вроде старых ящиков. На горизонте клубился туман серой пеленой.

Неподалёку на стене стоял часовой, и я подошёл к нему. Парень, как и все гарнизонные, оброс бородой. Здесь солдаты не слишком-то следили за внешним видом, но оно и понятно: не перед тёмными же красоваться.

— Давно здесь? — спросил я.

— Да уже месяц, ваше сиятельство, сидим тут, — рядовой шмыгнул носом. — Как прислали, так и не вылезаем.

— И как тут, спокойно?

— Относительно других участков — да. Хотя тоже бывает всякое. Тёмные и здесь шастают.

— Отбиваетесь?

— Да не, ваше сиятельство, кому тут отбиваться? Двадцать касок, а только капитан, прапорщик и два сержанта владеющие. Если тварей мало придёт, тогда можно и пострелять, а если много — прячемся. В подземелье бункеры есть, там и хоронимся. Мы тут больше наблюдаем, нежели не воюем. Форт хороший, не порушенный, ну и командиры решили, мол, надо занять. Вот и сидим, как видите, — парень достал платок и высморкался. — Простите, ваше сиятельство, простыл.

— Да тут это запросто. Морозы вон какие. А где ваши основные части?

— Южнее, — махнул рядовой рукой куда-то в сторону. — Бездны закрывают. Вот там жесть творится.

— А что там?

— Да бои идут постоянные. Слышите? Круглые сутки стреляют.

Я прислушался. До моих ушей донёсся далёкий звук автоматических пушек. Но они быстро смолкли. Всё-таки спокойное тут было место. Вокруг царила нетронутая, не поражённая тьмой природа, и лишь клубы тумана вдали навевали тревогу.

Я осмотрел крепость и окружающие просторы и спустился со стены. И тут раздался пронзительный звук свистка.

— Тёмные! — закричал часовой со стены.

Я тут же ринулся обратно. Прибежали два солдата и заскочили на зенитную установку, что стояла на одной из башен.

Противника я заметил сразу: вдали порхала небольшая крылатая тварь. По дракону стала работать зенитка. Прибежали несколько гвардейцев во главе с капитаном Воронцовым. Но существо полетало-полетало над горизонтом и скрылась в тумане, и на этом всё закончилось.

Потом мы вместе со слугами начали устанавливать пулемёты на треногах и зенитных станках. Четыре разместили на верхней площадке, ещё пять — во внутренней галерее стены. Огневая мощь крепости увеличилась в разы, особенно если учесть, что здесь теперь сидел гвардейский отряд.

Реальная атака тёмных началась лишь вечером, когда солнце почти закатилось за горизонт. Опять раздался свисток, солдаты забежали на стену, и вместе с ними — наш батальон. В сумрачном