Коготь динозавра - Виталий Коржиков

Он поднял бокал. А Церендорж, весело посмотрев на Светку, поднёс к бокалу три пальца и, прежде чем выпить, знакомо махнул ими вверх — будто отправил в воздух несколько капель.

Тем временем, набив рот бараниной. Генка посматривал в окно и подталкивал Колю: «Скорей! Скорей!»

Похлопав себя по животам, мальчишки выбрались из-за стола. И когда остальные тоже вышли во двор, они уже таскали к машине хозяйство экспедиции, а Бата ходил и проверял.

Канистра с водой есть. Ящик с консервами есть. Мясо есть. Хлеб есть. Запасные баллоны есть. Бензин есть.

— Нарзан тоже есть, — сказал Церендорж и улыбнулся.

Экспедиция была готова к походу.

Но тут председатель аймика, который приветствовал делегацию, сказал:

— Кстати, можете посмотреть наш маленький музей. — И он показал на домик, стоявший в стороне от других.

ДОМИК ИЗ СЕРОГО КИРПИЧА

Дом из серого кирпича был похож на контору, в которой ни один порядочный динозавр расположиться не мог. И стоило ли терять здесь время, когда впереди были такие чудеса!

Коля вопросительно пожал плечами.

Генка сказал:

— Какие-нибудь мелочи…

Василий Григорьевич почти согласился с ним. А Церендорж, усмехаясь, смотрел на экспедицию со стороны.

Но Людмила Ивановна снисходительно согласилась:

— Ну ладно! Зайдём!

Генка первым бросился в дом.

У входа он остановился, лицо его вдруг вспыхнуло, и он шёпотом позвал:

— Сюда!

В маленьком помещении трудно было повернуться, но вся экспедиция втиснулась в него разом.

На полу, на подоконниках, на стендах лежали предметы, в существование которых невозможно было поверить.

Выставив зуб, смотрел вверх пустой глазницей череп какого-то гиганта, по камню тянулись отпечатки древних папоротников. Из-под стола выглядывала окаменелая черепаха, а маленький окаменевший крокодил всё ещё пробовал хлестнуть кого-то каменным хвостом.

Между ножками стола громоздилась могучая кость, на которой обозначились зубы какого-то хищника. А на стендах кучкой лежали целые гроздья ядер — мелких и крупных, то в серой, то в рыжей, как глина, скорлупе.

— Что это? — спросил Генка.

— Это? — переспросил Церендорж и спокойно ответил: — Яйца динозапров!

Маленький домишко, как бомба, был набит динозаврами! Ведь из этих яиц 70 миллионов лет назад могли вылупиться невиданные гиганты, взлететь птеродактили!

Коля и Светка стояли у тумбы, на которой горстками высились цветные камушки. Но какие! На каждом из них виднелись то сколы, то зазубрины — для скребка, для стрелы, сделанные в пещере рукой первобытного человека. И Коля шептал:

— Неолит, верхний неолит!

Но самое главное, возле стены стояла громадная плита известняка, на которой был оттиснут метровый трёхпалый след динозавра. Да ради него одного, ради этого отпечатка стоило построить в музее целый павильон!

— Ничего себе мелочи! — сказал Василий Григорьевич. — Вот это мелочи! — И он быстро повернулся к Церендоржу: — И всё это нашли здесь? Всё?

— Псё! — сказал Церендорж. — Но наверное, что-нибудь ещё осталось…

Нет! Больше ждать было невозможно. Каждому хотелось совершить какое-нибудь открытие. Вперёд, на поиски, в Гоби!

Они подошли к машине и увидели Вику. Она тихо сидела в углу, обхватив руками колени.

Людмила Ивановна удивилась. Светка всплеснула руками.

— Ти что?! Тебя кто укусил?!

— Такое пропустила! — рассердился Генка.

Коля с сожалением посмотрел на неё.

Но Василий Григорьевич, подумав, показал ей на сиденье рядом с водителем: «Будешь вперёдсмотрящей!», подождал, пока Вика молча перебралась, и сам устроился на её прежнем месте.

Экипаж ждал рулевого.

Наконец из дома вышел Бата, положил между сиденьями ружьё и патронташ, пристроил топор и лопату — дело пахло раскопками и охотой на динозавров. Постучал ещё раз ногой по баллонам — хорош! И, выкрикнув что-то по-монгольски, дал газ.

— Что он сказал? — спросила Людмила Ивановна.

— Полный вперёд! — ответил Церендорж.

ЦАГАН УЛУ? НЭМЭГЭТУ? БАЙН ДЗАК?

Домики посёлка словно бы оторвались от земли, закачались корабликами на волнах зноя и уплыли в пески.

Всё впереди волнилось. Земля двигалась голубоватыми прозрачными волнами, камни и травы мягко колыхались, как на морском дне.

«Газик» быстро одолевал расстояния, будто летел с волны на волну, и было совершенно неудивительно, что у него на борту сидели люди в тельняшках. Правда, когда зной расступался, камни становились блестяще-сухими и почему-то начинали двигаться. Будто старались соскользнуть с этой раскалённой сковородки. Но на них не обращали внимания: весь экипаж вглядывался в очертания выемок, колдобин, ямок, разглядывал их узоры. И каждый надеялся вот-вот увидеть след динозавра.

Но среди песка качались только тонкие кустики, обмётанные песком. Церендорж, кивнув на них, сказал:

— Хурмык! Осенью путет ягода! Пкусна!

И однажды вдруг привстала и удивлённо покачала головой Вика: между кустами подпрыгнул и, поднимая пыль, пробежал толстый сурок.

— Тарбаган! — засмеялся Церендорж. — Лови!

Бата резко повернул руль и помчался за ним по кочкам. Но тарбаган, смешно дёрнув лапами, провалился в нору, оставив на песке след от толстого брюха.

Следов динозавров пока что не было.

— А где же мы будем их искать? — спросил вдруг Генка.

Бата посмотрел на Церендоржа и сказал:

— Нэмэгэту? Байн Дзак? Цаган Улу?

Ребята переглянулись, услышав незнакомые названия. А Василий Григорьевич подвинулся ближе к Бате. Тот называл места знаменитых палеонтологических экспедиций Ефремова, обнаруживших целые скелеты ящеров. От одних этих слов кругом шла голова. В них хрипели, скрипели зубами и дрались, в них так и колотили хвостами тираннозавры, стегозавры, парейазавры!

Но Бата показал глазами на север и, кивая, стал с азартом о чём-то говорить по-монгольски. Все смотрели то на него, то на Церендоржа. Церендорж и сам слушал Бату с удивлением, то поднимая, то опуская брови. Наконец он махнул рукой: «Стой!» — и сказал:

— Там на сефере нашли такой польшой дракон: десять машин можно поставить рядом — такой длинный. Говорят, ходил по воде — хуп, хуп, хуп!

— А, анкилозавр! — догадался Коля, и глаза его блеснули. Этого болотного ящера, который прятал в воду от хищников своё огромное тело, он хорошо запомнил по многим иллюстрациям.

— Ещё были. Один с клювом, у другого рога. А самый польшой фесь в костяном панцире — как танк!

— Рогатый — стегозавр! — улыбнулся Коля и выбросил перед глазами пальцы.

Светка вздрогнула:

— Фу! Ка-а-кой страх!

— Ха! Разве это страх? — сказал Генка. — Это же для защиты, как у коровы! Травоядные! Вот в музее — это страх. Это зубы.

— Как у злых духов! — сказала Светка.

И вдруг она подняла глаза и, улыбаясь собственному открытию, сказала:

— А я знаю, почему у духов такие зубы! Это нашли зубы динозавров и решили, что такие у духов!

Все засмеялись. Коля удивился: «Вот это догадка», а Людмила Ивановна обняла Светку и воскликнула:

— Ну и голова! Вот это голова!

— Стойте! Стойте! — закричал вдруг Генка, и все наклонились к окну.

— Что? Следы? — спросил Коля.

— Стойте! — крикнул ещё раз Генка.

Следов не было. На дороге он заметил какой-то камень, правда необычной формы. Но Бата и сам остановил машину, потому что впереди, на высохшем взгорке, поднимался островерхий пик, сложенный из камней.

Церендорж выпрыгнул из «газика», сжал пальцы в кулак и сладко потянулся. Василий Григорьевич тоже потянулся, и вдруг оба рассмеялись, схватили друг друга за плечи и стали вертеться в борьбе.

А Светка и Людмила Ивановна, вскрикнув, брезгливо поднялись на цыпочки: среди камней, поблескивая на солнце, шевелились, шелестели, потрескивали мириады каких-то пауков, скорпионов. Между ними, оглядываясь, пробегали коричневые ящерицы. На сотни километров вокруг — до самых далёких гор — шевелилось каменистое поле, окаймлённое лёгкими облаками.

Одному Генке ни до чего этого не было дела. Он отбежал от машины и, подняв камень, восторженно прошептал:

— Вот это да!

НЕУЖЕЛИ НАЧИНАЮТСЯ ЧУДЕСА?

На камне не было ни сколов, ни насечек, сделанных рукой первобытного человека. Но зато его край, острый, как снаряд, был обожжён космическим пламенем, бушевавшим вокруг него на тысячах звёздных километров…

— Что там? — спросила, приблизившись на цыпочках, Светка и усмехнулась: — Фи, булижник!

— Сама ты… — сердито посмотрел на неё Генка, но сдержался. Дилетантам эта находка ничего не говорила.

— Подумаешь! — пробормотала Светка и, осмелев, пошла, оглядываясь по сторонам: мало ли вокруг камней!