Попадос и два ствола 3 (СИ) - Андрей Мороз

По комплекции — так, вообще, подростки недокормленные.

Испуганые и оторопелые. Вот-вот в падучей затрясутся или в обморок брякнутся.

Смотрят на небритого, крепкого и взрослого дядьку, явно европейского обличия — как на воплотившегося в реальности персонажа ночных кошмаров, после просмотренного накануне ужастика.

— Н-не стреляйте. М-мы н-не х-хотим воевать! Мы… дезертиры, — после еле заметной паузы, всё-таки подбирает нужное слово мальчишка.

Приглядываюсь повнимательнее и понимаю, что чем-то он мне Санчо напоминает.

— Где ваше оружие?

— Вот, — он кивает на прислоненные к ближайшему дереву карабины.

— Короткие стволы?

В глазах парня непонимание.

— Пистолеты где!

— Да, сейчас, — его рука дрожит и не сразу расстегивает поясную кобуру.

— Стой! Я сам!

Держа свой «макаров» в левой, приближаюсь и изымаю два их ствола.

Отступаю на противоположную от костра сторону.

Тепло! Благодать!

— По нашему хорошо говоришь — откуда?

— Да, я знаю ваш язык, — кивает паренек, — Учил его в школе. У нас все учат либо английский, либо ваш.

— Как это — все? — недоверчиво переспрашиваю я.

Что-то он мне тут заливает!

— Все, — твердо кивает он, — Ну, а половина — английский, я же говорю.

— А чего тогда ваши солдаты дураками прикидываются и делают вид, что не понимают?

— Приказ, — пожимает плечами он, — Командующий запретил простым солдатам и младшим офицерам демонстрировать знание иностранных языков перед противником. Это можно делать только в случае крайней необходимости, когда рядом нет старших офицеров.

— Понятно. И что вы здесь делаете?

— Мы убежали из своей роты, от вашего поселка, под названием: «Форт-Полкан». Теперь скрываемся. Если нас найдут — сурово накажут за дезертирство. Может быть, головы отрубят. А может повесят, — парень вздыхает.

— Как тебя зовут?

— Меня — Пак Хэ Вон, а это — Ли Да Сом.

— Хорошо: значит ты — Хэ Вон, а твоя подружка — Да Сом. Так?

— Совершенно верно.

— И сколько же вам лет, солдатики?

— Мне скоро восемнадцать, а Да Сом недавно исполнилось шестнадцать.

Киваю и гляжу на все еще испуганно молчащую девушку.

И хотя азиатская экзотическая красота меня никогда, слишком уж не привлекала, вынужден признать, что эта куколка — просто красотка.

А её сексуальность не искажает даже камуфло, которое в принципе асексуально.

Заметив, что мой взгляд задержался на девице, пацан смешно набычился. Смотрит на чужака, как тигр на дрессировщика и похоже — готов в любой момент убить, покусившегося на честь девчонки или даже без раздумий умереть за нее.

— У вас любовь, что ли? Она твоя гёрлфренд?

Поняв, о чем я спрашиваю, по одному английскому слову, без полного перевода, девчушка конфузливо вспыхнула, а парень даже глаза округлил.

Хмыкаю и качаю головой. Говорю же — совсем еще птенцы желторотые. Ромео и Джульета с берегов Желтого моря.

— Ладно, я все понял, приношу извинения — вы просто товарищи по убеждениям, — хохотнул я, — Сорри, янг лэди.

Девчушка кивает, но все так же упорно молчит.

— А как вас зовут? — набирается решимости её друг.

— Зови меня Кот. И обращайся «на ты».

— Интересное имя, — деликатно замечает он, — А…

— Нет, меня назвали так, не в честь любимого животного моей мамы. Кот — это прозвище. Понимаешь, что это такое?

— Да, — кивает мальчишка.

— А у вас хорошо учили языкам, — отмечаю я.

— Я даже олимпиады выигрывал, — гордо сознается пацан, — А как вас…

— По паспорту, меня зовут Кирилл, Но мне будет проще, если вы будете обращаться ко мне, как я сказал. Лады?

А вот это слово победителю олимпиад явно не знакомо.

— Лады — синоним слова «хорошо», — увеличиваю его интеллектуальный багаж я.

— Понял, — улыбается он.

Смотри ты — даже «синоним» у него проблем не вызывает. Смышленый пленный мне попался.

А вообще, пока мы оба во взаимном выигрыше от недолгого общения. Он пополнил словарный запас, я получил знание о том, что любого корейца можно допросить. Не на нашем, так на английском. Пусть и не все такие продвинутые пользователи, как этот Хэ Вон, но ведь даже у двоечника со сквозняком в башке, хоть что-то должно отложиться.

— Я хочу еще спросить, — поняв, что ни убивать, ни насиловать их сейчас не станут, парень немного расслабился и осмелел.

— Спрашивай, — разрешаю я.

— А вы откуда здесь?

— Откуда и ты, — я усмехаюсь.

— Тоже дезертировали?

— Нет, — смеюсь, — Тоже от ваших убежал. В плену был.

— Долго? — сочувственно уточняет Хэ Вон.

— Пару дней. А, вообще — я из осажденного поселка. Того самого, который «Форт-Полкан». И, кстати — про второй городок, под названием: «Доусон» — у вас там ничего не говорили?

— Насколько мне известно — около него до сих пор идут бои. Но это старые сведения. О нем говорили, пришедшие несколько дней назад. Может три или четыре.

— Ну, и то ладно, — я киваю и уточняю, — И что вы хотели делать дальше?

— Не знаю, — сознается парень, — Но стрелять мы ни по кому не станем. Ни по вашим, ни по немцам, ни по своим.

— Ну, это я уже и сам понял. А по зверям?

— По животным можно, — кивает он.

Покачав головой, усмехаюсь:

— А если звери будут в облике человека и захотят твою подружку изнасиловать, а тебя убить, а может и тоже перед этим попользовать?

Такая постановка вопроса ставит его в тупик. Парень крепко загружается.

— Ладно, пацифики — со стрельбой, если понадобится, я уж как-нибудь сам справлюсь. Ну, а на вас: наблюдение, костер, дрова и прочая альтернативная служба.

Значение этого термина ему непонятно. Приходится объяснять.

Пак Хэ Вон улыбается и заявляет:

— У нас такого нет. А было бы хорошо. Нам с Да Сом подошло бы.

— Не переживай — у нас тоже уже нет. Хотя, вроде, была когда-то. Давно, — и без перехода уточняю, — Со мной пойдете?

— А ты разве не взял нас в плен? — снова округляет глаза парень.

— Да сдались вы мне! — я фыркаю, — Один карабин возьму и патронов к нему. А вам два все равно без надобности.

— А куда ты хочешь идти? — поговорив с