Королева - Шарон Сэйл

Все трое одновременно указали на горы.

— Наверху?!

Они закивали.

— Далеко?

Они снова закивали.

— Тогда как же вам удалось спуститься вниз?

Донни улыбнулся, и, несмотря на данное себе обещание не принимать все близко к сердцу, Квин смягчилась.

— Донни привез нас сюда на папином пикапе, — ответил Уилл, указывая на красного цвета автомобиль по другую сторону улицы.

— И ты сам его вел?! — изумленно воскликнула Квин. Донни кивнул:

— Я вожу машину уже много лет.

— И сколько же тебе сейчас? — спросила Квин, пряча улыбку.

— Тринадцать.

Квин задумчиво вздохнула: ей оставалось только выполнять задуманное. Но сейчас главное — разобраться с пропитанием.

— Ты знаешь, где здесь магазин? — спросила она. Донни кивнул.

— Тогда пошли. Купим продукты и поедем к вам домой. И давайте быстрее, у меня нет ни малейшего желания ехать по горным дорогам в темноте, да еще по незнакомой местности.

Все четверо дружно двинулись к машине. Джей-Джей сунул свою ладошку в руку Квин, и та непроизвольно сжала ее. Позже она будет размышлять, что заставило ее сделать это: необходимость перевести его через дорогу или подсознательное нежелание отпускать его?

Донни не знал, правильно ли он поступает, но решил, что так будет лучше, и потому, стоило лишь Квин поднять свой багаж, как парень красноречивым жестом остановил ее. Их взгляды встретились, зелень погрузилась в голубизну, и между ними моментально возникло взаимопонимание. Донни Боннер ей обязан, а Боннеры всегда платят по счетам.

Квин, выпрямившись, кивнула и стала переходить улицу.

Донни поднял сумку и, подтолкнув Уилла, последовал за ней. Так началось их путешествие.

— Так, значит, здесь вы и живете?

Удивлению Квин не было предела. Крепкий, построенный из кедровых бревен дом, совсем не походил на жилище неудачника. Широкая веранда из красного дерева по всему периметру была приподнята над землей и придавала дому сказочный вид. На веранде стояла почти новая дачная мебель под красное дерево. Квин тотчас представила, какие приятные мысли, должно быть, приходят в голову под вечер, когда сидишь на этой веранде и любуешься закатом.

— Я хочу есть, — шепнул Джей-Джей. Его слова прервали красивые мечты Квин.

— Тогда бери сумку и показывай дорогу, — скомандовала она, взъерошив его волосы. — Я тоже проголодалась.

Донни раздал братьям пакеты с продуктами, причем предусмотрел, чтобы вес был паренькам по силам. От Квин не ускользнула такая забота. Ясно, что он делает это по привычке, а не для того, чтобы произвести впечатление на нее. Девушка тотчас вспомнила себя в таком же возрасте, и вместе с этим воспоминанием пришла и злость на отсутствующего папашу. Судя по всему, такой же безответственный тип, как и Джонни Хьюстон! И куда он только запропастился, этот несчастный Коди Боннер!

Забрав оставшиеся продукты, Квин взбежала вверх по лестнице, прыгая через две ступеньки. У нее вдруг засосало под ложечкой. Конечно, прошло уже много времени с тех пор, как она завтракала, а неожиданное приключение еще больше разожгло аппетит.

Интерьер поразил ее не меньше. Такого она не могла себе и представить: везде чистота и порядок, лишь кое-где лежит неубранная детская одежда, да под лестницей одиноко стоят ботинки, словно ожидая, когда их отнесут наверх.

При виде этих ботинок внутри у нее все сжалось — ну и размер! Обувь, видимо, принадлежала пропавшему отцу.

Двигаясь вслед за братьями на кухню, Квин старалась не думать о том, каким огромным должен быть мужчина, который носит эти ботинки.

Донни замер у окна гостиной и всмотрелся в темноту. С наступлением ночи его радостное настроение, вызванное тем, что они вернулись домой, исчезло. Он зябко повел плечами, тяжело вздохнул и быстро заморгал, чтобы прогнать навернувшиеся на глаза слезы. Борясь с собой, он бросился на ближайшую софу и закусил губу — не хватало еще разрыдаться, как ребенок! Правда, никогда в жизни он не был так испуган, как теперь, если не считать дня похорон матери. Но тогда рядом с ним был отец, который взвалил все заботы на свои плечи. Сейчас же он совсем один… ну, правда, появилась еще эта рыжеволосая женщина.

Она была хорошенькой… для своего возраста, конечно. По мнению Донни Боннера, все, кому перевалило за девятнадцать, были людьми среднего возраста. Вытерев глаза, парнишка снова вздохнул, надеясь, что его никто не слышит. Если Джей-Джей и Уилл увидят его слезы, они моментально заплачут вместе с ним.

Квин остановилась на пороге комнаты, увидев, что мальчик напряжен. Плечи его опустились, голова поникла.

Заметив вдруг, что он украдкой вытирает глаза, она все поняла. Ей стало его жалко, но чем еще она могла ему помочь?

— Ты наелся? — спросила она, отвлекая его от грустных мыслей.

Вздрогнув от неожиданности, Донни быстро повернулся и опустил глаза, чтобы она не заметила слез.

— Наелся, — буркнул он. — А где братья?

— В ванной. Я велела им готовиться ко сну. Правильно? — уточнила она, не собираясь превышать своих полномочий. Донни посмотрел на часы и кивнул.

— Самое время, — ответил он со вздохом и поднял глаза. — Все чудесно.

— Где я буду спать? — спросила Квин. Немного подумав, Донни решительно заявил:

— На кровати отца. Можно, конечно, и на раскладушке, но я хочу, чтобы вам было удобно.

Квин кивнула, решив предоставить ему роль хозяина. Так он наверняка быстрее справится с собой и решит, как действовать в кошмарной ситуации, в которую они попали.

— Пойдемте, — сказал он, подхватив ее сумку. Квин двинулась следом, но, дойдя до лестницы, снова невольно посмотрела на черные ботинки, которые почему-то здорово ее смущали. Ох уж этот ей пропавший отец! Донни остановился напротив двери у самой лестницы.

— Папина комната. У него есть своя собственная ванная. Располагайтесь там, тетя… я хочу сказать, мисс…

— Чепуха. Я еще никогда не была тетей, мне даже нравится.

Почувствовав себя хозяином, Донни взял себя в руки. Он порывисто шагнул к Квин и быстро обнял ее.

— Спасибо, — сказал он. — Просто не знаю, что бы я без вас делал.

Квин попыталась не думать о том, что ей приятно душевное тепло Донни. Уже второй раз за один день она ощутила детское внимание и теперь забеспокоилась, что начнет привыкать к этому.

Глава 3

Солнце еще только взошло, знаменуя наступление нового дня, и Квин, стоя перед зеркалом, с трудом расчесывала спутанные волосы.

Спать в постели королевских размеров оказалось делом нелегким. Она все время просыпалась, ибо ей чудилось, что большой сердитый мужчина, склонившись над ней, тычет в нее пальцем и обвиняет в незаконном вторжении. Вновь взглянув в зеркало, висевшее над раковиной, Квин упрямо вздернула подбородок. Нет, она не станет извиняться, когда он вернется. Она просто выскажет ему все, что о нем думает.