Королева - Шарон Сэйл

— Я бы никогда их не узнала, — покачала головой Квин и, присев на корточки, заглянула в лицо Уилла, которому на вид было лет десять. — Вы, ребятки, слишком высоки для вашего возраста.

— Все мужчины в роду Боннер отличаются высоким ростом, — поспешно добавил Донни, — мой папа, Коди, все равно выше всех!

Квин выпрямилась и заглянула поочередно в три пары голубых глаз разного оттенка. Она, должно быть, совсем свихнулась. Выкинуть такой номер! Впрочем, она бы не смогла жить спокойно, бросив мальчиков на произвол судьбы.

Квин решила пока пожить здесь и дождаться их отца, чтобы как следует пропесочить его. Спешить ей особенно некуда, продолжить путь всегда успеет.

— Черт возьми! — воскликнула она, услышав клаксон автобуса: водитель приглашал пассажиров занять места. — Я оставила там свою сумку. Подождите меня, шериф. Я сейчас вернусь, и мы решим, что делать дальше.

Квин с быстротой молнии рванулась к автобусу и через минуту вернулась с багажом.

— Насколько я понимаю, у нас проблема, — сказала она. — Интересно, где это носит моего сводного брата? Он звонил мне несколько недель назад и просил приехать, чтобы помочь ему.

Донни решил объяснить истинное положение дел, чтобы неожиданная спасительница не ошиблась, импровизируя дальше.

— Она приехала помочь нам, потому что наша мама умерла, — объяснил он шерифу. — Мы переехали в Колорадо всего несколько недель назад. Папа рассчитывал на ее помощь до тех пор, пока мы… не устроимся.

Его слова повергли Квин в шок, но волна жалости мгновенно захлестнула ее, поскольку свежи были воспоминания о том, что их с сестрами постигла такая же участь.

— Раньше я приехать не могла, — пояснила она. — Своих проблем пруд пруди. На прошлой неделе умер мой отец, Джонни Хьюстон. Только похоронив его, я сочла возможным уехать из Теннесси.

Шериф Миллер нахмурился. Все вроде бы вполне правдоподобно, но он обязан проверить изложенные факты. Он был шерифом в Сноу-Гэпе вот уже пятнадцать лет, а Боннеры приехали сюда совсем недавно, и ему ничего не известно ни о них, ни тем более об их родственных связях.

— Не нравится мне все это, — заявила женщина из социальной службы, которая представилась как Эдит Суттер. — Думаю, лучше забрать детей с собой, пока все не прояснится. Во всяком случае, нельзя оставлять их с совершенно незнакомой женщиной.

Квин, досадуя, тотчас привлекла к себе Донни.

— Весьма сожалею, мадам, — хмыкнула она, — но вы с шерифом для них большие незнакомцы, чем я.

Джей-Джей снизу вверх посмотрел на высокую женщину, обнимавшую его обожаемого Донни.

— Ты действительно моя тетя? — спросил он. Квин кивнула, стараясь ничем себя не выдать. Бывает же ложь во спасение.

— Я хочу пойти с тетей Квини, — заявил Джей-Джей и, отпустив шею Донни, перекочевал на руки Квин. Он уткнулся заплаканным лицом ей в шею, чтобы таким образом спрятаться от сложившейся ситуации.

Повинуясь порыву, Квин крепко прижала к себе крошечное тельце. Она ласково погладила его по спинке и костлявым плечикам. Когда-нибудь они наверняка станут широкими и сильными, а сейчас еще слишком малы, чтобы все это выдержать.

— Так и будет, Джей-Джей, — ответила она, — и Уилл тоже пойдет с нами.

Протянув руку, она откинула со лба мальчика прядь черных волос. На его лбу выступила холодная испарина — Уилл, по всей видимости, был в панике и потому молчал.

Шериф Миллер вздохнул.

— Мне придется справиться о вас по телефону, — сказал он.

Квин кивнула:

— Позвоните в Кредл-Крик, штат Теннесси. Поговорите с кем угодно. Вам любой скажет, что мы жили бедно, но дочери Джонни Хьюстона всегда были честными и порядочными девушками. Там вам подтвердят, что наш отец умер. Другого выхода я не вижу.

— У вас есть водительские права? — спросил шериф Миллер.

Квин протянула ему права, радуясь в душе, что научилась водить машину, несмотря на то что отец давным-давно проиграл их автомобиль в карты. О том, чтобы купить другой, и речи быть не могло.

Целых пять минут «тетя» и мальчики Боннер топтались на улице под пристальным взглядом Эдит Суттер. Взгляд работницы социальной защиты не смягчился даже тогда, когда шериф, вернувшись из здания автобусной станции, приподнял шляпу и отдал Квин права.

— Теперь мне все ясно, — кивнул он. Думаю, — лучше оставить все как есть.

— А как же наш отец? — спросил Донни. В голосе мальчика прозвучала неподдельная тревога. Возможно, отец семейства отсутствует по уважительной причине, но Квин лучше выяснить это самой. А пока не стоит делать поспешных выводов.

— Я думаю, нам надо подать заявление об исчезновении вашего отца, — сказала Квин. — Сейчас, мальчики, мы пойдем в офис шерифа Миллера, и вы поможете мне изложить ему все факты. Я мало что о нем знаю, так как мы годами не перезванивались. Мне кажется, за это время его роскошная шевелюра изрядно поредела. Готова спорить, что он здорово растолстел. Наверное, весь седой, поскольку всегда слишком любил сладкое.

Уилл отрицательно покачал головой:

— Папа совсем не толстый, и у него все еще черные волосы.

Квин улыбнулась. Сами того не понимая, дети давали ей столь необходимую в данной ситуации информацию об отце. Мальчики были удивительно похожи друг на друга: крепкие тела, курносые носы и упрямые подбородки. Она подумала, что ей еще никогда не приходилось видеть таких черных волос в сочетании с такими голубыми глазами, как у мальчиков Боннер. Все это они явно унаследовали от своего пропавшего папаши. И все-таки лучше бы перед ней был не его мысленный образ, а он сам во плоти. Она только что вступила в новую жизнь, и опекать брошенных детей не входило в ее планы.

Часом позже, взявшись за руки, все четверо вышли из офиса шерифа. Донни заметно нервничал. Ему наконец удалось убедить власти начать поиски Боннера-старшего, но в то же время он нарушил запрет отца: доверился незнакомому человеку.

Квин тем временем оглядывалась по сторонам, изучая маленький, расположенный в предгорье городок. Поймав устремленные на нее взгляды мальчиков, она спросила:

— Когда вы ели в последний раз?

Донни вздохнул: она хотя бы беспокоится о них.

— Сегодня утром, — ответил он.

— Но только кашу без молока, — добавил Уилл. — Мы уже проголодались.

— Папа должен был купить продукты, — поспешно вмешался Донни, обеспокоенный тем, что Квин осудит их отца: тот, мол, плохо о них заботится.

Квин в своей жизни столько раз слышала подобные слова, произнесенные виноватым тоном, что сейчас они не затронули ее сердца.

— Понятно, — кивнула она, отлично понимая, что за отца Донни будет стоять на смерть. Сунув руку в карман, Квин постаралась отогнать от себя мысль, что ей придется тратиться на чужих детей. — Где вы живете?