Камиль. Залог (СИ) - Аверина Екатерина "Кара"

Брат уходит в дом, а я решаю подойти к своей кукле. Интересно, надела она мой подарок или нет.

Медленно иду по выложенной диким камнем дорожке. Легкий теплый ветер уже доносит до меня ее запах. Ясна пахнет мёдом и корицей. Я запомнил.

Как матерый хищник, затягиваюсь этим запахом и... раздраженно разворачиваюсь, услышав шаги за своей спиной.

— Догнала, — кокетливо улыбается жена. — Давай прогуляемся вдвоем, — берет меня под руку и ведет прямо туда, к скамейке, где сидит ничего не замечающая вокруг себя Ясна с головой погрузилась в чтение. — Мы с мамой сегодня были у врача, — щебечет Индира. Мы ровняемся с Ясной. Девушка поднимает на нас взгляд. Индира поворачивает голову к ней, а говорить продолжает со мной: — Сегодня ночью мы можем попробовать зачать твоего сына, любимый.

— Это вряд ли, — отвечаю жене.

Едва кивнув съежившейся под нашими внимательными взглядами Ясне, так и не успеваю разглядеть на ней свою цепочку.

Увожу жену дальше по дорожке, ощущая, как воздух вокруг нас начинает накаляться.

— Я сейчас уеду и вернусь только к утру. Бухой. Не лучшее состояние для зачатия здорового ребенка. Ты познакомилась с Ясной? — задаю простой, но в то же время провокационный вопрос.

Индира тут же напрягается и впивается мне в руку ногтями. Отдергивает кисть, но я уже поймал все ее эмоции. Злость, ревность, обида.

— Не трогать, — холодно заявляю жене. — Мне тут еще бабских разборок не хватало.

— Моему мужу понравился Залог? — цедит она сквозь зубы, стараясь при этом сохранять лицо.

— Тебя это не касается, — пресекаю ответную провокацию.

Оставляю Индиру на дорожке, а сам ухожу в дом. Быстро переодеваюсь в черные брюки и темно-синюю рубашку с серебряными запонками на рукавах. Застегиваю тяжелый браслет часов на запястье, на среднем и указательном пальце поправляю кольца с такими же черными бриллиантами, как кулон Ясны.

Смотрю в свои дикие глаза в отражении. Мне точно надо напиться сегодня. Не уверен, что получится, но я постараюсь.

Сбегаю на первый этаж по ступенькам. Выхожу из дома и поворачиваю голову в сторону скамейки, где сидела девчонка. Пусто. Только книга осталась сиротливо лежать под фонарем.

— Кого потерял? — улыбается подошедший Адиль.

— Сейчас вернусь.

Иду к скамейке, забираю книгу, прошу охранника закинуть ее ко мне в кабинет. Пока не знаю, зачем. Потом придумаю, как это можно использовать.

Выходим с Адилем за ворота. Как раз на такси подъехал Расул. Ловлю брата, подтаскиваю к фонарю и заглядываю в глаза. Бесится, зубами скрипит, но терпит.

— Уже лучше. Сейчас поешь что-нибудь и ложись спать, — отпускаю, хлопаю его по плечу.

Нас догоняет Аяз и под недовольным взглядом самого младшего из нас, мы втроем грузимся в одну машину в предвкушении плодотворной и приятной ночи.

Глава 7

Ясна

Язык мой — враг мой. Не надо было отвечать его жене. Она тут хозяйка после мужчин. Глупые нервы развязали мне язык, и я посмела огрызнуться.

Глядя в окно своей спальни, думаю, расскажет мужу о строптивом Залоге или нет? Он может наказать. Страшно представить, что тогда со мной будет, если он в обычное время такой грубый и пошлый. Его «монстр» разорвет меня на куски?

Господи, ну что я за дурочка? В следующий раз молча выслушаю, кивну и уйду, как и положено тому, у кого прав в разы меньше, чем обязательств.

Камиль официально не представлял нас с его женой друг другу. Мне Самира сказала, как ее зовут и что характер у нее… как у настоящей молодой хозяйки. А еще она сказала, что жена его любит. Их брак готовили несколько месяцев, Камиль бывал в доме ее родителей. Они с Индирой успели познакомиться до свадьбы и уже тогда она влюбилась в него. Самира говорит, ей повезло любить мужчину, которого выбрала для нее семья. У меня же выбора не было.

Его жена красивая. Очень яркая представительница местных женщин. Длинный шелк темных волос, яркие карие глаза, губы, искусно выделенные помадой, и уверенный взгляд. Ей можно смотреть на мужа, говорить с ним, гулять с ним под руку, как было сегодня.

Меня вдруг задел сам этот факт — ее свобода, которой у меня никогда не будет. В груди засаднила дурацкая детская обида, но я смогла сдержать ее в себе, пока хозяин смотрел на меня. Под его взглядом едва удержалась от того, чтобы дернуть пальчиками в миг нагревшуюся золотую цепочку, спрятанную под туникой. Я побоялась демонстрировать его подарок при его же жене. Сама не знаю, почему.

Они ушли, я выдохнула, отложила книгу и смотрела в ясное, звездное небо, когда вернулась Индира и высокомерно заявила:

— Запомни, ты — всего лишь Залог. Ты даже не человек здесь. Не смей думать, что сможешь заполучить его себе. Я не позволю! Ночь, что он провел с тобой, ему даже не понравилась, потому что потом мой муж вернулся в нашу спальню и накинулся на меня как голодный зверь. Ты ни на что не способная гарантия соблюдения договоров. Никто. Просто вещь. Вот и веди себя, как подобает вещи. Тихо и незаметно покрывайся пылью в дальнем углу!

— Я не вещь! — вскинулась я. Стало обидно, я ведь ничего не сделала. Не грубила ей, не говорила с ним. Даже в глаза ему старалась не смотреть, когда они подошли. — Я — живой человек!

Подскочила и убежала, бросив на скамейке книгу. Теперь вот едва дышу. Глупенькая Ясна! Не зря меня няня ругала. Не зря.

Прислоняю дрожащую ладошку к стеклу и удивленно смотрю, как в него бьют редкие капли. Откуда взялся дождь? Еще недавно небо было совсем чистым. Только ветер разгулялся. Наверное, он и принес с собой редкую тучку.

И тут я вспомнила про книгу. Она же там промокнет и испортится! А это не мое. Да и неважно. Жалко. Книги — чуть ли не единственное, доступное мне развлечение. И то не все. Доступ к ним строго фильтровался няней. Сейчас никто не контролирует, но историю я все равно выбирала со страхом, не зная, можно ли мне читать романы. Они, как говорила няня, вселяют в невинный девичий мозг несбыточные мечты. В моем случае мечтать вообще опасно, но так захотелось погрузиться в то, что раньше было нельзя, что я решилась взять именно этот жанр из доступной мне библиотеки.

Выбегаю из своей комнаты, проношусь по коридорам, приподняв полы длинных свободных брюк. Выскакиваю на улицу, попадая под крупные, теплые капли. Они оставляют мокрые пятна на каменных дорожках, попадают за шиворот и щекотно стекают по позвоночнику.

Добегаю до скамейки, а книги нет.

— Ой… — прикрыв рот ладонью, проверяю, может книга упала. Но как? Это же не легкая газета, которую может сдуть ветер.

Книги нигде нет.

Мамочка, что за вечер сегодня такой?!

И добивает меня закончившийся дождь. Не мог он перестать капать раньше, когда я еще не промокла, пытаясь спасти то, чего тут уже не лежит?!

В комнату возвращаюсь совсем растерянная. Сама набираю себе ванну. Оставляю влажную одежду сушиться на вешалках и погружаюсь в воду, прокручивая подушечками пальцев черную драгоценную каплю, застывшую у меня на груди.

В воде сижу, пока она не остыла. Потом долго вожусь с длинными волосами, стараясь их хорошенько прочесать. Выбираю новую ночную сорочку и забираюсь под воздушное, но теплое одеяло. В комнате тепло, меня немного знобит от нервов.

Притаившись, смотрю в одну точку, представляя свое наказание за дерзость. Воспаленный мозг подкидывает такие картинки, от которых становится и жарко, и стыдно, и очень страшно.

Справлюсь ли я с этим мужчиной?

Индира сказала, ему не понравилось со мной. Самира говорила, что подарок говорит об обратном.

— Ммм…!!! — мычу, тукнувшись лбом о подушку.

Я запуталась! Я ничего не понимаю!

Заснуть с зудящими под кожей нервными мурашками никак не выходит. Кручусь, сминая под собой простыню и переползая с подушки на подушку. Кровать уже выглядит так, будто приходил Камиль со своим голодным «монстром» и не церемонился со мной.

Вздрагиваю, когда дверь спальни открывается и комната наполняется запахом сигарет, алкоголя, улицы и его.