Дом вдали от мира - Арндис Тораринсдоттир

не было, а бабушка куда-то запропастилась. Наши сумки всё ещё стояли у входной двери. Вдруг из-под кровати вытянулись мохнатые лапы, а затем выскочил и сам Герой, приветствуя меня лаем.

— Герой, тише! — зацыкали мама с папой.

— Ты… — папа откашлялся. — Уже осмотрела остров?

— Вечером будет большой праздник, — сказала мама и улыбнулась.

Я не обрадовалась. Мне совсем не хотелось встретить этих ребят вновь. Всё, что мне было нужно, так это поскорее уехать.

— Может, мы вернёмся домой? — предложила я. — Бабушка явно нам не рада, да и помощь ей не нужна. А перед отъездом можно сходить в какой-нибудь музей или взобраться на мыс. Как вам идея?

Родители переглянулись.

— Здесь нет никакого музея, милая, — сказала мама. — Это не такое место.

Из кухни послышались удары костылей об пол. И снова, уже ближе.

Бабушка Островитянка появилась в дверях.

— Ты, — сказала она мне. Затем посмотрела на Героя. — Уже сделала что-нибудь полезное?

— Полезное? Ну… Я ходила смотреть на картошку.

— Ну да, конечно же, — фыркнула бабушка. — И тебе показалось, что это пошло картофелю на пользу?

Я что-то промямлила.

— Нет, — сказала бабушка. — Так я и думала. В нашем обществе все должны помогать друг другу. Твой брат уже начал трудиться на главной кухне, а ты не приносишь никакой пользы.

Наверное, она была права. Я жалобно взглянула на маму и папу. Им следовало объяснить бабушке, что я не местная, что у меня, вообще-то, каникулы и я не обязана приносить никакой пользы.

Но мама и папа молчали и смотрели себе под ноги.

— Кстати, — продолжила бабушка. — Я говорила с Учительницей Янсиной, у неё в спортивном зале есть маты, на которых вы могли бы спать. Ты должен их помнить, Атли, их купили, когда тебе было семь. Очень уж увлекались спортом в то время.

Папа покачал головой, не поднимая глаз.

Я уставилась на родителей.

Маты, которые использовали в каком-то спортивном зале уже более тридцати лет, как-то не вызывали доверия.

— Тут разве… — начала я.

— А ты, ребёнок, — перебила меня бабушка, — пойдёшь и заберёшь эти маты. Если, конечно, вы не хотите спать на линолеуме. Решать вам.

— Спасибо, дорогая Бриет, — сказала мама. — Я быстренько сбегаю с Дрёпн…

— Ребёнок прекрасно справится сам, — одёрнула её бабушка. — Я сказала Магнеа, что вы с Атли поможете на кухне. Нужно готовиться к празднику. Почистить много картошки. — Бабушка Островитянка глянула на мамины ногти, покрытые светлым лаком.

— Но… — пискнула я.

— Школа на восьмом этаже, — повысила голос бабушка. — Поднимешься туда по лестнице. Спортивный зал отыщешь сама.

Сначала я хотела возразить, что лучше уж помогать на кухне, а мама и папа пусть сами возятся с тяжёлыми матами. Но единственное, что я могла сказать, было:

— А зачем подниматься по лестнице на восьмой этаж? Есть же лифт.

Бабушка Островитянка расхохоталась. Её смех был похож на хриплый вой.

— Лифты у нас на случай необходимости. А ты, дочь моего сына, не «случай необходимости».

Она неторопливо развернулась и поковыляла к себе на кухню.

Я уставилась на родителей. Неужели они так и будут молчать?

Но они даже не посмотрели на меня.

— Идём, Фанней, — тихо сказал папа маме. — Если Магнеа нас ждёт, мы должны поторопиться.

— Удачи тебе с матами, милая, — сказала мама.

И они просто ушли.

Некоторое время я стояла не двигаясь. Затем покосилась в сторону кухни и решила идти искать этот спортзал с матами.

Я схватила Героя и вышла за дверь. Нужно было не только подняться на четыре этажа, но и тащить на себе пса. Хорошо бы он научился ходить по лестнице сам!

Входная дверь в классы была разрисована цветными красками и заперта на замок, но рядом была ещё одна, открытая.

Я заглянула внутрь. Должно быть, это и был спортивный зал. Кто-то прикрутил старую лестницу к стене. Её использовали как шведскую стенку.

Но со шведской стенкой у неё было мало общего.

С потолка свисал потрёпанный канат. Герой вцепился в него и потянул. Сверху посыпалась побелка.

На полу стояли пять перевёрнутых вёдер. Это был самый грустный спортивный инвентарь в мире. В углу лежало несколько мячей, некоторые из них были дырявыми.

Единственным, что напоминало о спорте, была небольшая груда тонких, старых и противно пахнущих матов.

Матов, на которых нам предстояло спать.

Нет, они вам не покажутся такими уж тонкими, если вы займётесь на них физкультурой. Но они точно покажутся вам слишком тонкими, если вам придётся на них спать.

А если вы решите протащить их вниз по лестнице много этажей, то они покажутся вам и толстыми, и тяжёлыми.

Я взялась за один. Он не хотел ни сворачиваться, ни складываться. Не помог мне и Герой, который улёгся сверху.

Но вскоре мои усилия были вознаграждены.

Я начала один за другим затаскивать маты на лестницу. Если я перекину их через ограждение, упадут ли они на лестничную площадку седьмого этажа? А может, сразу шестого?

Я схватила один из матов и постаралась закинуть его на перила. Он всё время выскальзывал из рук и никак не хотел поддаваться.

Вдруг я услышала чьи-то вздохи и оглянулась.

На лестнице стояла то ли Херборг, то ли Дирлейв и смотрела на меня с негодованием. Только её мне и не хватало.

— Чего тебе? — спросила я, забыв, что она не услышит меня. — Мне нужно их перетащить, потому что я буду спать на матах.

Девочка всплеснула руками. Она повернулась и куда-то умчалась. А в чём, собственно говоря, дело? Неужели она подумала, что я их ворую?

Я пожала плечами и продолжила возиться с вонючим матом.

— О нет, — услышала я сзади.

Я оглянулась и увидела Ворона. Он выглядел расстроенным.

— Херборг сказала мне, но я не поверил, — проговорил он.

— Что она тебе сказала? — спросила я.

— Что ты загромождаешь проход, — ответил Ворон. — Она пошла за Пожарным инспектором, Дрёпн! Дело плохо.

— О чём ты вообще? — разозлилась я. — Бабушка велела мне притащить эти маты, и они на полпути к её квартире. Страж дома, помнишь? Та, которая всем распоряжается и которую все любят.

— Ох, Дрёпн, — расстроенно сказал Ворон. — Наверняка Страж дома велела тебе принести каждый мат по отдельности. И я совершенно уверен, что Страж дома не разрешила бы тебе загромождать проход всеми матами сразу. Ты могла подвергнуть кого-нибудь опасности, сбрасывая маты в лестничный пролёт!

Я стащила мат с перил.

— А кто говорит, что я собиралась их сбрасывать в пролёт? — спросила я невинно.

— Ох, Дрёпн, — повторил Ворон и огорчённо потряс головой.

— Что?

— Однажды наш Портной получил выволочку от Пожарного инспектора за резиновый сапог, который он оставил в коридоре перед