Все не так, как надо (СИ) - Фохт Герд

Эрвиль Тог, комендант крепости также принадлежал к элите острова. Он отвечал за оборону Семи Ветров и снабжение. По характеру Тог представлял собой нечто среднее между неугомонным Симом и дипломатичным Аландором, был весьма дружен с Леноксом, несмотря на то, что тот постоянно подшучивал над комендантом. Тог и Ленокс нередко вели себя, как расшалившиеся дети, но Эрвиль всегда знал грань, когда пора отбросить шутки и стать серьёзным и сосредоточенным; Сим, казалось, этой грани даже не представлял. Тог в первый же день был покорён прекрасной путешественницей, занесённой волей небес в цитадель мятежа. На суровом острове, лишённая ставших уже привычными горничных и камеристки, да и самого обычного дамского платья, Алиса стала, тем не менее предметом поклонения. Эрвиль не стеснялся демонстрировать своё восхищение и не прятал чувства, в отличие от Андриса, который скрывал свой интерес, не смея конкурировать с владетелем. Благодаря Тогу девушка ощущала себя привлекательной, и это прибавляла ей уверенности не только в себе, но и в завтрашнем дне. Встречи с комендантом излечивали раны, нанесённые столкновениями с язвительным Симом.

К Алисе на острове отнеслись благожелательно, а вот Бальт чувствовал себя неуютно, ему приходилось сражаться с местными котами, отстаивая достоинство и превосходство. Беспородные и невежественные, с шерстью, не знающей ни щётки, ни шампуня, покрытые следами битв и боёв, они откровенно презирали новичка и драли его почём зря, несмотря на внушительные размеры бывшего конфедерата. Бальт не привык к такому обращению, а гордость не позволяла отступить. Бедный кот страдал, но боролся за честное имя и положение в обществе.

Лис прониклась тактикой повстанцев и всячески препятствовала крупным столкновениям между животными, оберегая драгоценного любимца. Несносный Сим выступал за право котов сражаться за свою честь и соорудил специальную арену для кошачьих боёв. Он даже предлагал делать ставки на победу того или иного кота. А раз Алиса не верит в успех своего любимца, то брался преподать Бальту уроки военного мастерства. Однако Лис, сомневаясь в военных талантах молодого эрлана, забрала кота и пригрозила пожаловаться Аландору. Ленокс было обиделся, но вскоре потерял интерес к кошачьим битвам, обзавёлся ёжиком и гордо носил зверька с собой повсюду, пока через пару дней несчастному животному не удалось сбежать на волю.

***

Алиса постоянно сравнивала дни в крепости с двумя месяцами своего замужества.

Подданные империи Рокруа были весьма набожны. Они верили в Создателя и воздаяние — не только посмертное — за праведную жизнь и грехи. Религия играла большую роль в жизни имперцев, а потому к язычникам эрланам и тхарлам они относились настороженно, а порой и враждебно. Скоропалительный брак одного из самых влиятельных владетелей Конфедерации и юной рокруанки шокировал всех.

Дипломатический корпус Империи, имея представление о взбалмошном характере эрланских правителей и осознавая, что может последовать за отказом выдать подданную Рокруа замуж за сиятельного владетеля, настоятельно рекомендовал епископату проявить лояльность и даровать разрешение на этот брак. Поскольку речь не шла о представительнице лучших семейств, имперская церковь решила взять грех на душу, Алиса и Элеондор были обвенчаны в маленьком храме неподалёку от посольства. Разумеется, никто — ни влюблённые, ни служители культа — не хотели огласки. Всё прошло очень тихо и скромно. Свадебный обряд по эрланской традиции состоялся двумя неделями позднее в Гай-Аргоне, столице Аргон-Дайрана.

Алисе было нелегко привыкнуть к огромным высоким залам резиденции владетеля, к тому немыслимому количеству слуг и охраны, которые теперь её опекали. Элеондор не мог уделять супруги много внимания. Однако времени скучать или маяться бездельем у неё не оставалось. Изучение сложного эрланского этикета, основ необычного для человеческого слуха языка, знакомство с культурой и искусством эрланской нации — день Лис был расписан по минутам. Правда, супруг, заметив усталость драгоценной половины, запретил вести столь интенсивные занятия, а жене велел больше времени проводить в парке или в саду. Неизменным спутником в прогулках стал Бальт, гордо вышагивающий у ног молодой владетельницы. Правда, временами кот забывал о правилах приличия и бросался вдогонку за мышью или птицей, не обращая внимания на призывы свиты. Добычу, если охота бывала успешной, Бальт вручал хозяйке. Морщиться или брезговать подношениями было нельзя, кот смертельно обижался, его надо было хвалить и восхищаться его доблестью. К величайшей радости Алисы и окрестных грызунов, удача улыбалась Бальту нечасто.

Усердные занятия языком дали свои плоды. Лис быстро начала понимать фразы и общий смысл бесед. Правда, когда пыталась говорить на нём она сама, получалось мяуканье, а не членораздельная речь.

— Я учу язык, чтобы говорить на нём с тобой, — жаловалась Алиса Элеондору, — а беседовать могу только с Бальтом!

— Он это ценит, от голода ты здесь никогда не умрёшь, даже если я разорюсь. Мясными блюдами ты будешь обеспечена.

— Лучше бы ты был так же внимателен, как твой кот. Я вроде не за него замуж выходила.

Знатный супруг был чрезвычайно занятым эрланом: управление владением, политическая жизнь Конфедерации, военные миссии отнимали много сил и времени. Порой Алиса не видела своё сокровище сутками. Элеондор редко рассказывал о том, чем занят, считая, что политика, да и вообще государственные дела не для женского ума. Стоит ли утомлять даму рассуждениями, которые она всё равно в силу своего пола не в состоянии понять, если всегда можно найти более интересную ей тему. Его же волей окружение Лис было весьма ограниченным. Дайран не желал, чтобы молодая супруга была посвящена в тонкости Дайорского культа, который исповедовала семья владетеля. В отличие от основного эрланского вероисповедания, культ допускал наличие нескольких жён, чем и воспользовался Элеондор. Первый раз он женился, будучи наследником, по настоянию своего властного отца. Теперь же заключил брак по собственной воле, но не стал сообщать невесте о наличии её старшей коллеги. Он справедливо рассудил, что рокруанка-монотеистка едва ли согласится на расширенную версию семьи.

Свидание двух леди Аргон-Дайран состоялось не сказать чтобы случайно. Старшая жена Ильвин приехала в земли супруга, дабы взглянуть на нового члена семьи. Эта встреча стала незабываемой для Алисы. Известие о многожёнстве Элеондора ввергло трепетную рокруанку в ужас. Первому браку явно не хватало страсти, и Лис обеспечила полный спектр эмоций. Молодая владетельница ворвалась в Дайран-холл, будто преследуемая нечистой силой. Она и сама напоминала исчадие ада: глаза, горящие неземным светом, растрёпанные рыжие кудри и пергаментно-серое лицо. Достойная пара Диксандирку. Поистине, Элеондор родился под счастливой звездой, а дан`айры были необычайно добры к своему чаду — в это время Аргон-Дайран отсутствовал во дворце. Он и не предполагал, что тем самым избежал страшной смерти: быть растерзанным любящей супругой, поддавшейся первозданной ярости, воспетой эрланскими легендами.

Отсутствие жертвы несколько охладило пыл Алисы.

— Господи! Вторая жена! Ха! Любимая младшая жена! — рокруанка расхохоталась. Заливистый смех перешёл в истерические рыдания. Бальт недоумённо взирал на захлёбывающуюся слезами и издающую непонятные звуки хозяйку. Он осмелился приблизиться и был тут же схвачен и судорожно сжат, по шерсти покатились мокрые капли. Кот никогда не был поклонником ванн, тем более сдобренных солью, но попытка обрести свободу к успеху не привела. Бальту пришлось смириться с ролью носового платка.

Лис решила вернуться на родину. Обсуждать что-либо с мужем она не хотела. Девушка не была уверена, что встреча с супругом не ослабит её решимость уехать домой. Лис не знала, как сможет жить без него, но и простить была не в силах. Конечно, её отъезд был равносилен побегу… Другого выхода она просто не видела. «Домой, домой!» — стучало в висках. Далёкий Норбург, где жила девушка до замужества, показался таким милым и надёжным. Опекун простит и поможет ей, в этом рокруанка не сомневалась.