Красавчики. Художники XX века. Истории, которые потрясли мир - Полина Вадимовна Касперович

обращение к наготе, к чему-то интимному, какие-то намеки на то, что он сам сидит на этом завтраке среди женщин, мы должны понимать, что в его случае это была своеобразная терапия, потому что в реальной жизни он не мог даже допустить того, чтобы оказаться в подобной ситуации, в подобной компании. И даже когда он обращался к натурщицам, ему было очень неловко с ними работать.

https://images.eksmo.ru/images/great-artists/sezann/7.jpg

На данный момент сохранилось чуть больше 800 работ авторства Поля Сезанна, однако скорее всего их было значительно больше, возможно в разы. Просто поскольку он был еще и самокритичен, как только ему работа не нравилась, он моментально ее рвал на кусочки и уничтожал. Такая участь постигла и портрет Эмиля Золя, который он заказал другу, чтобы его поддержать. Как вы уже поняли, ничего не вышло.

3. Поль Польевич и тайная семья

Любопытно, но Сезанн, несмотря на все свои комплексы, странности, брезгливость и нелюдимость, все же умудрился создать семью. И счастливой обладательницей нашего красавчика стала девушка по имени Мари Ортанс Фике. Поль познакомился со своей будущей супругой в Париже в 1869 году, она была его натурщицей. Ей было 19 лет, а ему 30. Ортанс была швеей, но подрабатывала натурщицей. Как правило, девушки, промышлявшие таким заработком, были дамами легкого поведения. Но об Ортанс мы подобными сведениями не располагаем.

Язык не поворачивается назвать отношения Ортанс и Поля романтическими, потому что они были весьма сухими. То есть у нас вообще мало доказательств того, какими были эти взаимоотношения. Мы располагаем всего двумя письмами, автором которых является Ортанс Фике, и оба они обращены не к мужу. Мы знаем немного отзывов о ней современников Поля Сезанна, его биографов и друзей, и все они, прямо скажем, не самые лестные. Из них мы можем сделать выводы, что

Ортанс была необразованна, ей вообще было все равно на картины мужа, на его искусство.

Она была очень меркантильна, нехороша собой, достаточно груба, и вообще часто в ее описаниях можно найти такие слова, как стерва, грубая, то есть не самая приятная женщина. Среди друзей Сезанна она быстро получила прозвище La Bul, что переводится как «шар».

И вместе с тем именно эта женщина стала спутницей Поля Сезанна вплоть до его смерти. И он написал более 20 ее живописных портретов.

Через два года после того, как они начинают жить вместе, у Ортанс и Поля родится сын, которого они назовут Поль. Такой Поль Польевич Сезанн. Поль Сезанн-старший души не чаял в своем сыне, он его просто обожал. Но знакомить Ортанс и сына с родителями не спешил, да и в официальный брак с Ортанс вступать не собирался. Все потому, что все еще боялся отца и его гнева.

Казалось бы, чего отцу гневаться? Ведь он сам в свое время завел отношения с простой женщиной, вне брака у них родились сын Поль и дочь Мари, и лишь после рождения второго ребенка они с мамой Поля официально поженились, и лишь младшая девочка родилась в законном союзе. Поль Сезанн, можно сказать, хоть в чем-то взял пример с папы! Но! Вспоминая историю Луи-Огюста Сезанна, который изо всех сил пробивался к хорошей жизни и желал подобного своим детям, можно предположить, что в качестве жены своего наследника он видел как минимум девушку из благородной, аристократической семьи. А Ортанс такой, ясное дело, не являлась. Узнай отец об их связи – он был бы в ярости! И поскольку он все еще являлся главным спонсором жизни Сезанна, наверняка воспользовался бы методом кнута и урезал бы холостяцкое содержание, которого и так на семью из трех человек не хватало катастрофически.

Поэтому Поль Сезанн на протяжении восьми лет будет скрывать жену и сына от своего отца.

Они поселились в Эстаке – пригороде Марселя, откуда Сезанн в одиночку наведывался к родителям в Экс, чтобы они ничего не заподозрили. Вскоре мама и сестра художника все же узнали про тайную семью. А вот Луи-Огюст узнает об этом случайно, вскрыв письмо для своего сына, в котором его друг просит передать привет Мадам Сезанн… О, какой же это был скандал. В тот день живые могли позавидовать мертвым.

Пока же тайна хранилась, напомню, что отцовских ста пятидесяти франков не хватало. Тем более малыш Поль часто болел. В этот сложный период своего друга очень поддержал уже успешный и уважаемый Эмиль Золя. Из их переписки мы видим, что Сезанн с периодичностью раз в месяц просит Эмиля выслать его супруге Ортанс 60 франков, и Эмиль никогда в этой просьбе не отказывает.

Все это время Сезанн не терял запал и активно старался развиваться как художник. Он всю жизнь, до самых последних дней не останавливался в поисках своего уникального видения и техники. Когда малыш Поль Польевич был еще крохой, Сезанна к себе в гости пригласил художник Камиль Писсарро.

В этой поездке Сезанн многому у него научился. Он никогда не станет писать так, как Писсаро, его живопись всегда будет другой, но можно все же увидеть след его влияния, а именно: более упорядоченными становятся мазки, более светлыми краски. Камиль посоветовал Полю выключить фантазию и писать то, что он видит – свое личное восприятие, не надо ничего додумывать. Он даже попытается научить Поля Сезанна писать тремя базовыми красками: красной, синей и желтой и ближайшими производными от них. Но этот план провалится, потому что Поль Сезанн будет писать довольно богатой палитрой.

Хотя Сезанна все равно нельзя назвать абсолютным последователем школы Писсарро, о Камиле он будет отзываться следующим образом:

«Он был мне словно отец, словно добрый Бог»[10].

И когда, будучи уже пожилым человеком, Поль Сезанн передаст в музей Экса свою картину на выставку, он подпишет ее не «Поль Сезанн», он подпишет ее «Ученик Писсарро».

Писсарро, в свою очередь, вот что писал: «Наш друг Сезанн превосходит все наши ожидания, я видел, и у меня есть дома его картины. Они поразительны по своей силе и энергии. Если, я надеюсь, он пробудет немного в Овере, где собирался поселиться, то еще поразит немало художников, поспешивших осудить его»[11].

В 1873 году происходит событие, которого Сезанн ждал долгие годы. Он впервые сумел продать свою работу! Он продал свою картину «Олимпия», вдохновленную одноименной картиной Эдуарда Мане.

Покупает эту картину доктор Гаше – врач и известный ценитель искусства из города Овер. Он