Красавчики. Художники XX века. Истории, которые потрясли мир - Полина Вадимовна Касперович

в Париж». Он понимал, что сам Поль не осмелится принять такое решение, и его нужно подталкивать.

И вот, с одной стороны, на него давит отец своим авторитетом, а Эмиль Золя со своей стороны старается настаивать на своем и давать уверенность Сезанну в том, что он должен заниматься живописью. В итоге Золя побеждает в этой неравной схватке, в такой неофициальной дуэли, потому что Поль Сезанн год с горем пополам отучился на юриста, после чего заявил Луи-Огюсту, что он не намерен это продолжать, что он хочет уехать в Париж и заниматься искусством.

Для отца это был удар, потому что в его системе ценностей это решение – полная глупость, абсолютная ерунда и блажь. Луи-Огюст страшно злился и говорил: «Это он его сманивает! Этот бездельник, эта рвань без гроша в кармане. Он думает, что когда Поль окажется в Париже, я буду кормить заодно с сыном и всех его дружков?»[5]

О, знал бы Луи-Огюст тогда, что совсем скоро Золя станет очень богат, купит поместье и будет регулярно высылать деньги его сыну Полю…

Тем не менее хоть Поль и не пошел по следам папы в бизнесе, кое-что он все же унаследовал от родителя. А именно, упрямство и настойчивость. Плюс на сторону Поля стали его мама и сестра Мари, которые, справедливости ради, тоже не понимали ничего в искусстве, но всегда поддерживали начинания сына и брата. Для них было главным, чтобы он был счастлив, а чем он для этого хочет заниматься – не так уж важно. Вместе они смогли дожать Сезанна-старшего, он горько вздохнул и согласился.

В Париж Луи-Огюст отвез сына лично, чтобы снять для него жилье и прикинуть, сколько денег потребуется ребенку в месяц, чтобы не нуждаться, но и чтобы он не начал содержать своих неудачников-дружков. В итоге было назначено содержание в 150 франков в месяц, чего молодому холостяку было вполне достаточно.

Поль, надо сказать, не просто погулять в Париж приехал. У него было несколько целей – поступить в Школу изящных искусств и выставлять свои картины в Парижском салоне – ежегодной престижной выставке, куда мечтали попасть все французские художники. Поскольку вступительные экзамены в Школу были строгими, Сезанн начал активную подготовку, посещая в Париже мастерскую Сюиса, где молодые начинающие художники за относительно небольшие деньги могли получить возможность писать с натуры. Каждый день галерея открывалась в восемь утра, и особенно старательные ученики приходили раньше, чтобы занять лучшие места для рисования. Среди них был и наш красавчик Поль, который всегда отличался своим трудолюбием в живописи.

В Париже Сезанн наконец дорывается до настоящего высокого искусства. Часами он сидит в Лувре, перерисовывая шедевры творцов разных стран и эпох.

Безусловно, он много времени проводил и с Эмилем Золя, с которым они будут видеться практически каждый день, будут очень рады воссоединению своего союза в столице и решат, что больше никогда в жизни не расстанутся. Ох уж эти наивные мысли молодости. В основном они будут проводить время в парке, где иногда Поля Сезанна можно было обнаружить спящим на лавочке, подложив ботинки под голову, будто подушку, опасаясь что их кто-то украдет, благодаря чему

обрел среди местного населения имидж городского сумасшедшего.

Золя все пытался привлечь Сезанна в свою богемную «тусовку». Он считал, что Сезанну ничего не добиться без нужных знакомств. Он все время хотел таскать замкнутого друга с собой по всем кафе и клубам, чтобы он обзаводился связями. Но для нелюдимого Сезанна все эти «тусовки» были скорее стрессом. Он не умел себя вести и часто производил впечатление, прямо скажем, не очень любезного человека, чем многих отталкивал.

Поль Сезанн проведет год в Париже, будет ходить в мастерскую, в Лувр, готовиться к поступлению в Школу искусств, но провалит экзамены. А поскольку Сезанн был человек очень ранимый, то любой отказ, любая критика воспринималась очень болезненно. Поэтому, не поступив в Школу, он разочаровывается и решает уехать домой.

Знаете, как сейчас многие уезжают на Бали на зимовку или в принципе переезжают туда, если есть возможность работать удаленно, и потом говорят «остров меня не принял» или «остров меня принял», в зависимости от тех обстоятельств, которые у людей там сложились. Так вот, в XIX–XX веках вообще все представители художественной культуры, будь то изобразительное искусство, музыка, да мода, что угодно, – все мечтали об этой Мекке – о Париже. Переехать в Париж, жить там, работать, общаться, развиваться. Но если кому-то удавалось там зацепиться, то кому-то удача улыбалась в меньшей степени. В общем, если бы у людей в те времена были социальные сети, они бы писали у себя в «статусе» «Париж меня принял» или «Париж меня не принял».

В общем, вы поняли, что с первой попытки Париж Поля Сезанна не принимает, и он вынужден вернуться обратно в Экс и, на радость отца, заняться «серьезной профессией». Но очень скоро он утверждается в своем мнении о том, что все-таки его призвание – это искусство. Ему было скучно, и он даже написал следующее двустишие:

Сезанн-банкир глядит с отчаяньем во взоре,

Как сын художником становится в конторе[6].

Потому что любое свое свободное время он тратил на рисование, поскольку очень рано понял, что для него время, потраченное не на рисование, – это время, потраченное впустую.

Своими рисунками он заполонял поля документов.

Кстати, знаете ли вы, что рисунки на полях были очень популярны в Средневековье и назывались «маргиналии» – от латинского слова marginalis – «находящийся на краю»? Причем в Средние века можно было встретить очень скабрезные сцены на полях, и именно от них произошли такие слова, как «маргинал» или «маргинальное поведение», означающие нечто непристойное. Вот вам несколько примеров.

Средневековые маргиналии

https://images.eksmo.ru/images/great-artists/sezann/3.1.jpg

https://images.eksmo.ru/images/great-artists/sezann/3.2.jpg

https://images.eksmo.ru/images/great-artists/sezann/3.3.jpg

https://images.eksmo.ru/images/great-artists/sezann/3.4.jpg

https://images.eksmo.ru/images/great-artists/sezann/3.5.jpg

Вернувшись домой, попытавшись снова стать на путь истины, каким считал его отец, и поработав в конторе, Поль Сезанн еще больше понимает, что все познается в сравнении. Да, в Париже непросто, да, у него не получилось с первого раза поступить в Школу изящных искусств, но все равно, попробовав такую жизнь и другую жизнь – профессию серьезную и профессию любимую, он осознает, что, несмотря на всю сложность, он все-таки выбирает именно творческие поиски. Отец окончательно смиряется с иным путем сына и снова отпускает его покорять столицу и писать картины.

Поль отправляется в Париж, снова начинает работать в мастерской Сюиса[7], по наказу отца пытается снова поступить в Школу изящных искусств. Знакомится с тогда еще малоизвестными и пока непризнанными Клодом Моне, Камилем Писсарро, Огюстом Ренуаром