Пришествие Второго - Dr. Bile

и просилось в ладонь. Мальчик сделал широкий взмах, и наконечник рассёк воздух. Оружие следовало испытать на ком-то могущественном. Райзел оглядел низину. Дымка сошла, открыв изъеденные эрозией обломки. Фрагменты небоскрёбов утопали в пепельных наносах. Под ними угадывались очертания дороги с монорельсами. Около тесла-башен возились крошечные силуэты, но с такого расстояния было трудно понять, какому виду принадлежали эти существа. Кем они станут: верными союзниками или смертельными врагами?

— Надеюсь, вы злодеи, — объявил Райзел. — Я хочу с кем-то подраться.

* * *

Флеминг вышел на подворье цитадели, чтобы немного проветрить голову. После той находки в душевой Эсса находилась не в лучшем расположении духа, и Лоренц не смог бы себя уважать, если бы оставил её наедине со страхами. Рациональная беседа помогала плохо, так что хирургеон применил более приятные методы успокоения. Сама жизнь в Яргулёме играла ему на руку. Скитарии гоняли себя до полного изнеможения, а клирики-мужчины баловались грязными ноотропами. Эти препараты усиливали мозговой кровоток и немного повышали интеллект, но делали из человека бесчувственный и флегматичный механизм. Поживи в таком болоте с недельку — уже взвоешь от тоски, а бедная девчонка варилась тут годами.

У парапета обнаружился Картер. Вояка раскуривал сигару, щёлкая бензиновой зажигалкой.

— Ты здесь? — удивился хирургеон.

— А где мне быть? — проворчал тот. — Пока ты обхаживал магоса, я имел сомнительное удовольствие познакомиться с остальными марсианами. Знаешь, она почти нормальная на их фоне. Понятно, за что этих железок никто не любит.

— Что они сделали?

— Заперли в сейфе наши карабины и расселили моих ребят по казармам. Нас покормили какой-то бурдой из трупного крахмала, но охранять даже не собираются. По-моему, в Яргулёме служит от силы десяток скитариев, и те бездумно патрулируют два с половиной коридора.

Доктор хмыкнул. Эта новость выглядела скорее хорошей, чем плохой. При желании морпехи смогут без труда захватить винтокрыл. Побег упирался в неочевидное, но значимое препятствие. Им было упрямство Картера и его любовь к армейской уставщине. Пока ризничий де Тревиш разгуливал на свободе, о возвращении на корабль не могло быть и речи.

Кто-то прошаркал в отдалении. По плацу растеряно брёл аскари. Так называли местных жителей, ставших солдатами в добровольно-принудительном порядке. Полы грязной шинели волочились по рокриту. Шею, покрытую алыми чирьями, натирал воротничок цвета плесени. Похоже, о необходимости хотя бы иногда стирать одежду здесь не слышали. Оружием выступало нечто, весьма отдалённо похожее на самодельный мушкет. Горе-воин прошёл мимо, не обратив никакого внимания на конфедератов.

— Вот как здесь не курить? — риторически спросил офицер. — Я не понимаю, что такие доходяги забыли в колониальных войсках.

Медик пожал плечами.

— «Несите бремя белых, и лучших сыновей на тяжкий труд пошлите за тридевять морей», — процитировал он строчку из какого-то древнетерранского стиха. — В рядах аскари много идиотов, но через поколение-другое они превратятся в людей. Дай им немного времени.

— Солнца погаснут быстрее, — мрачно предрёк Джереми. — Толку от этих дегенератов — как с ящера молока. Они только и могут, что сидеть на базах, жрать наши консервы и по-тихому торговать наркотой. Реально здесь воюем только мы да рыцари. Остальные занимаются своими делами.

— Ты удивлён?

— Честно? Да. Нам обещали крестовый поход, а кинули в цирк с недоразвитыми.

— Ничего нового, — успокоил хирургеон. — Вадистан — это фронтир цивилизованного мира. Здесь мёдом намазано для всякого сброда. Но если мы не выдавим этот гнойник, то подобное начнётся у нас дома.

— Знаю, — выдохнул полковник. — Ты же видишь, я пытаюсь делать хоть что-то. Раньше мне казалось, что у техножрецов суровая дисциплина, но вместо неё мы видим тот же самый разброд и шатание.

Стрельба началась ровно в полдень, словно подтверждая его слова. Автоганные очереди, сопровождаемые весёлым рёвом, прокатились вдоль минных полей и проволочных заграждений. Боевики под чёрным флагом тащились на двадцати грузовиках в сторону Пешравара. Следуя мимо укрепрайона, они решили попрощаться с марсианами и немного потрепать их нервы.

— Вот сволочи! — процедил Картер, глядя в магнокуляры. — Где ответный огонь? Почему шестерёнки молчат?

Флеминг настроил прицел на снайперской винтовке. Дружба с техножрицей давала много преимуществ: например, ключ-карту с допуском в арсенал. Он мог запросто снять пару-тройку бандитов, но в этом не было смысла. Что изменится от их смертей? К тому же, реагировать на столь явную провокацию — значило подвергнуть Яргулём риску очередной осады.

— Некий Гектор, секьютор Техногвардии, заблокировал командные протоколы. Сказать по правде, нам бы они мало помогли. Эсса — такой же кастелян, как я — балерина. Ты будешь долго смеяться от её познаний в тактике. Если вадистанцы полезут на штурм, мы не сможем отбиться.

Полковник решительно крутанулся на каблуках.

— Говори за себя! Пусть только сунутся — я лично выбью из этих животных всю дурь!

— В другой раз, — посоветовал агент. — Вспомни: нам приказано схватить Тревиша, а не влезать в местные разборки.

Аргумент подействовал. Офицер неохотно покинул наблюдательный пункт. Смотреть, и правда, было не на что. Варбанда Шайтановых Братьев зародилась прошлой весной. Её костяк состоял из аборигенов, сначала научившихся стрелять, а потом — говорить. Упитанные, злые и бородатые горцы любили сравнивать себя со снежными барсами, но редкий хищник мог сравниться с ними в злобе и жажде насилия.

Ватагой правил Абдуль Гоибназар, также известный как Слепой Паломник, человек аномальной подлости, но по-своему хитрый. За минувший год он так погулял по нагорному краю, что от него отвернулись даже союзники.

Гоибназар не воевал за древний тракт и старался поменьше мелькать перед глазами Шпиц-Эстерлена. Крестоносцы могли дать серьёзный отпор, а такое бандитам не нравилось. Они предпочитали бродить от кишлака к кишлаку и заниматься любимым делом: разбоем. В скором времени головы Шайтановых Братьев закружились от безнаказанности. Ренегаты начали грабить караваны таш-джарганцев, своих лучших друзей и работодателей. Еда, тёплая одежда и медикаменты перестали доходить до передовой, зато появились на чёрном рынке в огромных количествах.

Вскоре султан Иблис догадался, что пригрел на груди змею. Гнев тирана был страшен, а ответ — решителен. Целые корпуса избранных головорезов Востока оставляли позиции и шли в глубокий тыл, чтобы выловить и наказать этих сумасшедших маньяков. Янычары загнали Шайтановых Братьев на север, в безжизненные скалы Ноголомного хребта. С одной стороны располагались блокпосты хаоситов, с другой — бастионы Коллегии Механикум. Отравленный Гяндж делал изгиб, надёжно запирая террористов меж двух огней.

Гектор отослал Техногвардии самые кровожадные приказы. Киборгам надлежало истреблять всё, что просто подумает шевельнуться в зоне покрытия био-сканеров. Гоибназар отлично знал, где располагались слепые зоны. Чтобы не испытать на себе оружие марсиан, он просто не ходил к Яргулёму. Жестокая политика