Дети двух Миров - Татьяна Толстова

- Расскажи ему все, - попросил Олег Павлович Еву.

Они втроем присели на спортивную скамью, и девушка объяснила Тельтусу, что с ней произошло. Повернув ее руку ладонью вверх, эльф стал внимательно рассматривать, бормоча себе под нос что-то на эльфийском, Олег Павлович и Ева наблюдали за ним. Тельтус замолчал, и несколько минут прошли в полной тишине.

- Ну! - первым не выдержал Олег Павлович.

- Что "ну"? - переспросил эльф.

- Чего молчишь, старая кочерыжка! Знаешь ведь, что нам не терпится узнать, в чем тут дело! - по-дружески ругнулся физрук.

- А будешь обзываться, то тебе не скажу ни слова, только одной Еве объясню, - дал сдачи эльф.

И они оба - Тельтус и Олег Павлович засмеялись. Ева улыбнулась тоже.

- Ну, вот и хорошо, - глядя на нее, сказал эльф, - вот и разрядили обстановку, и ты повеселела. А то сидела вся такая напряженная и испуганная.

- Вообще-то я не очень испугалась, - возразила Ева.

- Не из пугливых, значит. Это хорошо, - одобрил Тельтус

- И все-таки, почему меч обжег ее ладонь? - поинтересовался физрук.

Эльф отпустил Евину руку.

- Я вам сейчас кое-что расскажу, а выводы сделаете сами, - ответил Тельтус, - Слушайте. Существует старинное эльфийское предание, что во времена Серой Смуты, только двое, чьи контуры Трилистника на ладонях совпадут до самой мельчайшей черточки и при их соприкосновении вернется к жизни Дарующий Трилистник, самый древний амулет, который поможет достать Конхен - Великий из Великих эльфийских мечей. И справедливость будет на их стороне.

- Но я не эльф, - возразила Ева.

- А в предании не говорится, что эти двое - эльфы, - ответил Тельтус.

- С чего ты взял, что все это относиться к Еве? - не понял Олег Павлович.

- Ты же не думаешь, что у каждого, кто дотронулся до эльфийского клинка, на ладони Трилистник проявляется? Раз Трилистник показался у нее, значит, и у второго Избранного в скором времени проявится точно такой же.

- Надо об этом обязательно сообщить Алле, - сказал Олег Павлович.

- Непременно, - согласился эльф.

Ева разглядывала свою ладонь. Ожог почти прошел, осталось только слабое покраснение на коже.

- И как же искать этого второго? - задала она вопрос эльфу.

- Насколько я знаю, - наморщил лоб эльф, - есть только один способ определить второго носителя Трилистника. Чем ближе ты будешь подходить к Избранному, тем ярче будут светиться контуры на твоей ладони и соответственно у него или у нее. И знаю еще одно, что найдешь ты его только в мире за Барьером. Избранники - Дети двух Миров.

- Эх, Ева, Ева… Скажи ты нам об этом тогда, все сейчас было бы по-иному… - вздохнул Олег Павлович.

- И что бы было? - немного рассердилась девушка, не понимая, почему физрук так расстроен этим.

- Долго объяснять, да и не вижу необходимости, - коротко ответил Олег Павлович.

Ева досадливо подернула плечиком - не хочет говорить, ну и не надо.

- Все, заканчиваем дебаты, - урезонил их эльф, - Айда к Алле. И не забудь взять меч, - добавил он, обращаясь уже к Олегу Павловичу.

- Мне придется опять браться за клинок? - недовольно спросила Ева.

- Придется, девочка, придется, - ответил эльф, - надо активизировать контуры Трилистника.

Ева вздохнула. А вдруг опять обожжет? Но если надо, значит надо.

Глава 3. Пробуждение

Алла Феоктистовна жестикулируя руками, рассказывала Константину Григорьевичу о случившемся с Евой. Онсмотрел на нее и никак не мог взять в толк, почему это произошло, и как они упустили. Расскажи Ева сразу, еще во времена учебы в университете, что эльфийский клинок отреагировал на прикосновение именно ее руки, многое бы изменилось.

Его отдел, помимо разведки в Магическом мире, всегда занимался поиском Избранных. Возрождение Конхена каждый раз вызывало определённые проблемы, связанные со стабильностью Барьера. Константин Григорьевич предпочитал держать такие события под контролем, чтоб не допустить нежелательных последствий. Ко всему прочему Избранные постоянно доставляли массу хлопот

В последний раз ими оказались эльфийка и гном. Ох уж и пришлось тогда повозиться с ними, учитывая врожденное высокомерие эльфов по отношению к гномам, и гномье пренебрежение к эльфам. Но все же Дарующий Трилистник был возрожден и Конхен найден. Сослужив службу, он опять исчез.

Теперь ситуация сложилась и вовсе неординарная. Такое было большой редкостью и происходило раз в тысячу лет, чтобы носителями Дарующего становились Дети двух Миров. То, что второй Избранный из Мира Магии, Константин Григорьевич не сомневался. Только вот кто он? Великий Конхен обладает большой силой, и судьбы двух Миров зависят от тех, в чьих руках он окажется. По крайней мере, успокаивало, что одним из них является Ева - светлый маг.

Что ж, теперь все меняется, все его планы относительно этой девушки рухнули как карточный домик. А переиграть нельзя - машина запущена. Мысли лихорадочно крутились в голове, Константин Григорьевич искал выход. Появления Трилистника на ладони Евы, он никак не ожидал. Получается, что она теперь просто обязана идти за Барьер. Но вся загвоздка в том, что теперь Еву ни в коем случае нельзя отправлять одну. Да уж… Задача с двумя неизвестными: в одиночку Ева не справится, а кого-либо еще посылать за Барьер - большой риск.

Помимо этого возникает проблема с Большим Советом. Константин Григорьевич скрыл от его членов, что собирается направить девушку за Барьер. Хотя в его состав входили люди уважаемые, все же подозрения, что кто-то ведет двойную игру, не отпускали Смирнова ни на минуту. Даже своего учителя и друга, ректора университета, Никанора Кузьмича Полежаева, он не посвятил в свои планы.

Нет, он доверял Полежаеву как самому себе, жизнь готов отдать за учителя, если на то возникнет необходимость. Просто не хотел подставлять старика под удар. Шеф разведки вёл свою игру, и чем меньше людей будут посвящены в его планы, тем спокойней. Ведь если, не дай Бог, кто прознает о случившемся, то Никанору Кузьмичу может не поздоровиться.

И все же Константин Григорьевич надеялся, что о тайной миссии Евы никто не узнает. В Алле Феоктистовне, Олеге Павловиче и Тельтусе он не сомневался - люди проверенные. Тем более, что Алла Феоктистовна и Тельтус были членами группы, занимающейся поисками Избранных. Но в жизни все может случиться, поэтому - береженого Бог бережет.

Смирнов перевел взгляд с Аллы Феоктистовны на эльфа, а затем на девушку. Ева выглядела отрешенной, полностью ушедшей в себя. Ее мысли блуждали далеко-далеко. Она размышляла о том, что в течение каких-то двух дней ее жизнь сделала резкий поворот. От тихой, размеренной, предсказуемой и безопасной - к новой, неведомой. Ева не знала нравится ли ей это, по душе ли. И не могла дать ответ. Боялась ли она? Скорее всего - нет, потому как сложно бояться того, чего не ведаешь. Пройдет время и все встанет на свои места. А еще Ева думала о том, справится ли со всем этим. Вот ведь, что самое главное - не подвести, сделать все правильно.