Врата скорби (Часть 3) - Александр Афанасьев

Стараясь держаться в тени – лодки останавливались. Для того, чтобы еще сильнее затруднить опознание их как угрозы – русские выкрасили в черный цвет стандартные маскировочные сети, набросали на них водорослей и накрыли ими свои лодки. Со стороны – все это выглядело как плавающий островок из водорослей, каким-то чудом заблудившийся и приплывший в порт. Человеческий глаз – останавливается на прямых линиях, не обращая внимания на бесформенные – потому что в природе человека определять и идентифицировать все, что попадается ему на глаза, а все, что имеет прямые линии – создано не природой и должно быть идентифицировано как опасное или безопасное. Созданное природой – опасным обычно не является.

Боновое заграждение – несмотря на откровенное разгильдяйство и крайне ослабленный режим безопасности англичане все-таки не забывают про службу. Боновое заграждение предназначено для предотвращения внезапной торпедной атаки и проникновения в порт подводных диверсантов. Оно подвижное – его ставит и убирает специально выделенный для этих целей буксир, к корме которого оно и принайтовлено. На буксире – постоянно присутствует дежурная смена, три или четыре моряка. Сам буксир – вооружен полудюймовым пулеметом Виккерса[13], давно устаревшим, но все еще годным. Сам буксир довольно крупный, больше пятидесяти футов длины, списанный с активной службы и определенный сюда доживать свой век. Кроме того, у моряков было личное оружие – но не было гранат, что было крайне серьезным упущением.

Одна из лодок отклоняется в сторону. Четыре тени – без всплеска падают в воду – это надо уметь, входить в воду без всплеска. На каждом из них – специально подобранный пробковый пояс, позволяющий поддерживать плавучесть, близкую к нейтральной. Каждому, прямо в воду передают оружие. Это револьверы Нагана, трехлинейные, но не русского – а оригинального, бельгийского образца. Единственные револьверы в мире, которые позволяют использовать их с глушителем, и при том оружие, относящееся к числу таких, которые можно опустить в воду, а потом стрелять. Патроны – специально отобранные, автоматики в револьвере нет – поэтому он не боится воды, тем более, если его покрыть специальным покрытием на основе темного хрома. На глушители конструкции Максима, которые начинаются сразу от рамки – надеты изделия господина Кондома, дабы предотвратить попадание воды в глушитель – может разорвать. Скоба, защищающая спусковой крючок – сделана специально увеличенной, рукоятка более плоская – дабы можно было стрелять в водолазной перчатке. Внешний курок срезан, как на некоторых североамериканских моделях, спуск сильно облегчен – практически идеальное, не боящееся воды, бесшумное оружие. Но боевые пловцы – все равно не рискуют, держа оружие в вытянутой руке. Не касаясь ей воды, они бесшумно подгребают ногами и свободной рукой, приближаясь к буксиру.

Так, касание. Замереть. Резина – едва слышно трется о старые, изъеденные соленой водой покрышки. Это наподобие кислоты, не выдерживает ничего, ни сталь, ни резина. Покрышки – здесь уже давно, они разъедены и висят почти лохмотьями. Но остались витки толстой проволоки, ржавые, но еще годные для того, чтобы взобраться на палубу.

Для того чтобы взобраться на палубу очень важно – действовать с обоих бортов одновременно. Корабль небольшого водоизмещения – обязательно закачается, накренится – если на него из воды будет взбираться боевой пловец. Это не заметит какой-нибудь салага – но на палубе может быть и опытный человек, который насторожится и снимет оружие с предохранителя. А одной очереди хватит, чтобы переполошить весь порт. Вряд ли – им придется здесь столкнуться с их коллегами из Пула[14] или Королевской морской пехоты, в составе которой есть противодиверсионные подразделения, занимающиеся защитой морских гаваней, где отстаивается Флот Его Величества. Но они помнили: если ты раз что-то сделаешь спустя рукава, по «облегченной» программе, потом ты сделаешь так же и второй раз, и третий. И рано или поздно – неприятности настигнут тебя, именно тогда, когда ты этого меньше всего ждешь. Упражнение по проникновению на малую лодку называлось «резидентская виза», оно выполнялось по минутам – с двух сторон, не видя друг друга, боевые пловцы двигались абсолютно синхронно, подгадывая любое движение по стрелке часов. Со стороны – это, наверное, выглядело бы скучно и непонятно – вот только увидеть такое доводилось немногим. Разве что в учебном синематографическом фильме с пометкой на коробке «совершенно секретно».

Не видя друг друга, но на сто один процент, будучи уверенными в том, что другой не подведет – двое боевых пловцов рывком разогнулись, появляясь над бортом и ловя в прицел свои цели. Нападение с двух сторон – безумие по меркам любого армейского подразделения, так не делается ни одна засада – солдаты вместо врага перестреляют друг друга. Но тут – выхода нет, да и боевые пловцы, подводные диверсанты – попадают в цель в ста случаях из ста, других в отрядах не держат. Хлоп – и пойманная между тремя тускло светящимися точками прицела голова матроса у пулемета взрывается брызгами. Хлоп – и падает на палубу недоуменно повернувшийся матрос. Хлоп – и сникает еще один у штурвала. Хлоп – и падает обратно в хрустнувшее ротанговое кресло последний, очевидно – унтер – офицер, поставленный присматривать за этими обалдуями. Игра честная, кто бы что не говорил – у них был крупнокалиберный пулемет с прожектором, еще один ручной, личное оружие и самое скверное – мощный пневматический гудок, способный поднять на ноги всю бухту. У русских – только два револьвера. Если вы и так проигрываете… ну, извините…

Ничем помочь не можем.

Трупы… нет, не в воду – какой идиот придумал, что трупы – обязательно в воду. Чтобы сбросить труп в воду – надо сначала вспороть ему живот, чтобы он не всплыл, заниматься этим ни у кого нет ни времени, ни желания. Если же просто спихнуть труп в воду – он поплывет непонятно куда и запросто может привлечь внимание любого часового на корабле. А поднятая тревога – никому не нужна. Поэтому трупы – в рубку, на них бросить сверху мешковину, чтобы не было так заметно. Ослабить натяжение боновой сети – лодки пройдут, а вот более крупный корабль – уже нет. Все просчитано и продумано до мельчайших деталей…

Чуть подработав двигателями, буксир сдает вперед. Вынутый из пулемета затвор – летит в воду, под ящик с боеприпасами – кладется граната с выдернутой чекой и замененным запалом – теперь он рассчитан на мгновенное срабатывание. БРЕН и подсумок с лентами – осторожно передают в бесшумно притершуюся к буксиру лодку. Их огневая мощь – ограничена весом оружия и боеприпасов, но если по пути попадается трофей – они имеют полное право его использовать. А еще один пулемет – может крепко выручить на отходе.