Дымная гора - Эрин Хантер

Бросившись к Каллик, Луса крепко прижалась к плечу белого медведя.

— Квопик! — прошептала она.

— Он умер, — глухо проговорил стоявший сзади Уджурак.

«Так просто?» — не поняла Луса, растерянно глядя на огромную груду грязного белого меха.

День был теплый, и тонкие шерстинки Квопика весело колыхались на легком ветерке. И все-таки что-то изменилось. Там, где раньше было ощущение усталости и тревоги, теперь была одна лишь пустота. И эта пустота была огромнее молчания и страшнее неподвижности. Дух Квопика покинул его тело.

Луса огляделась по сторонам, в надежде увидеть отлетающую душу умершего. Квопик был таким огромным, наверное, его душа должна переселиться в самое большое дерево на берегу? Или у белых медведей все иначе? Они ведь не рождаются в лесу, может быть, и души их не уходят в деревья? А что бывает, если белый медведь умрет вдали от своих родных ледяных просторов? Найдется ли ему тогда место среди деревьев?

— Что происходит с душой белого медведя после смерти? — шепотом спросила она у Каллик. — Души черных медведей переселяются в деревья. Иногда в коре дерева можно увидеть морду его обитателя. А у вас как?

Каллик опустила голову и посмотрела на Лусу. В глазах ее была тревога.

— Наши умершие уходят в лед, — ответила она. — А когда лед тает, они переселяются на небо. Но я не знаю, что бывает с теми, кто умер вдали ото льда. Может быть, его душа сразу улетает на небо? — Она посмотрела в голубое небо, сиявшее в просветах между листьями.

— Наверное, так и есть, — заметил Уджурак.

Подумав, Луса тоже согласилась с предположением Каллик.

— Все равно это очень грустно, — вздохнула она. — Квопик всю жизнь мечтал дойти до Последней великой глуши и умер, не увидев ее. Это несправедливо!

Каллик встала и обошла мертвого медведя кругом.

— Даже не знаю, что делать, — пробормотала она. — Мне кажется, мы должны что-то сказать, но я не знаю правильных слов. Мама не успела научить меня, — голос ее сорвался, и она уткнулась носом в шерсть Квопика.

— Ты не знаешь, Уджурак? — спросила Луса.

Тот отрицательно помотал головой.

— Гризли забрасывают своих мертвых травой и листьями, — сказал он, — чтобы их духам проще было найти дорогу к Великой лососевой реке. Может быть, нам тоже надо так сделать?

— Не можем же мы просто бросить его! — кивнула Каллик. — Он выглядит таким… таким одиноким!

Луса отлично поняла, что хотела сказать ее подруга. Отломив от ближайшего куста веточку с оставшимися на ней листьями, она бережно положила ее на спину Квопика.

Каллик сгребла лапой целую охапку листвы и засыпала передние лапы умершего.

— Я хотела бы, чтобы это был снег, — прошептала она. — Мне очень жаль, что ты умер, так и не дождавшись льда.

Луса рассыпала листья над головой Квопика, но их было слишком мало, чтобы прикрыть его морду.

— Прощай, — шепнула она. — Надеюсь, твой дух будет смотреть, как мы закончим начатое тобой путешествие. Ради тебя и в память о тебе мы постараемся добраться до Последней великой глуши.

— Будь счастлив, дух Квопика, — торжественно произнесла Каллик. — Надеюсь, ледяные духи разыщут тебя. И еще я надеюсь, что мы увидим тебя снова, танцующего в небесах над краем Вечного льда.

Уджурак положил немного мха на бок Квопика и низко склонил голову:

— Прощай, Квопик. Пусть дух твой невредимым доберется туда, куда стремится.

Подцепив когтями сброшенную ветром ветку с листьями, он с усилием положил ее на тело мертвого медведя.

Луса и Каллик помогли Уджураку аккуратно расправить листья и мелкие веточки.

— Как хорошо, что мы повстречали тебя, Квопик, — сказала Луса.

Склонив голову, Каллик задумчиво посмотрела на Лусу и медленно сказала:

— Если бы мы не спустились к этому озеру, мы никогда бы не встретили Квопика. А если бы мы его не встретили, то не узнали бы о Последней великой глуши!

— И правда, — осторожно заметила Луса, догадавшись, к чему клонит подруга.

— Выходит, хорошо, что мы послушались Таккика? Может быть, ему тоже было предназначено пойти с нами?

Луса поморщилась. Нет, ей вовсе не нравилось это предположение. Более того, ей совсем не хотелось, чтобы Таккик и дальше продолжал во что бы то ни стало настаивать на своем! Если он будет всю дорогу спорить с Уджураком, путешествие превратиться в настоящее мучение.

Услышав сзади шаги Токло, она обернулась. Большой гризли нес в зубах еще одного зайца. Посмотрев на присыпанного травой и листьями медведя, он низко опустил голову и замер. Судя по всему, Токло сразу понял, что произошло.

Тут под деревом послышался шум, и проснувшийся Таккик, широко зевая, поднялся на лапы. Подбежав к остальным, он громко крикнул:

— Эй, этот старый вонючка наконец помер? — Поглядев на неподвижное тело, он кивнул и проворчал себе под нос: — По крайней мере, выглядит он как мертвый. Да и пахнет тоже.

— Таккик! — возмущенно крикнула Каллик. — Как тебе не стыдно? Квопик был добрым и мудрым медведем, он рассказал нам, куда идти дальше.

— С каких это пор старый — значит мудрый? — нагло поинтересовался Таккик. — Иногда старый — это всего лишь выживший из ума медведь с растаявшим снегом вместо мозгов.

— Квопик много знал о нашем путешествии, — напомнила Каллик.

— С какой стати мы должны слушать каждого блохастого пожирателя падали? — парировал Таккик.

— Прошу вас, не надо ссориться над телом Квопика! — взмолилась Луса. — Оставьте его в покое!

Шерсть ее отяжелела от жалости к старому медведю, и ей было невыносимо слушать гадкие слова Таккика. Повернувшись, Луса побрела к озеру.

Возле самой воды ее нагнал Токло. Бросив дичь на камни, он спросил:

— Ты в порядке?

Стоя в воде, Луса задумчиво провела когтем по галечному дну, глядя, как след быстро затягивается песком и водой.

— Да, просто… Просто мне очень грустно, что он так и не закончил свое путешествие. Трудно смириться с тем, что можно умереть на пути к своей мечте и уже никогда не увидеть места, к которому стремился всю жизнь. До сих пор мне никогда и в голову не приходило, что кто-то из нас может… ну, ты понимаешь?

— Мы дойдем, — пообещал Токло. — Все до единого.

— А Квопик уже не дойдет, — всхлипнула Луса. — Как его дух узнает, куда идти? Что если он больше никогда не увидит льда?

Вокруг ее лап тихонько плескалась вода, подкрашенная желтым светом пробивающегося сквозь листву солнца.

— По крайней мере, он умер не один, — глухо сказал Токло. — Может быть, он был рад возможности рассказать нам, куда идти. Он умер, зная, что мы попытаемся завершить начатое им путешествие.

— Может, ты и прав, — задумчиво кивнула Луса. Выбравшись из воды, она подбежала к Токло и уткнулась носом ему в бок. — Спасибо тебе.

Когда все поели, Каллик и Луса пересказали остальным последние слова старого Квопика.

— Понимаете, что это значит? — сверкая глазами, воскликнула Луса. — Теперь мы знаем, куда идти! Квопик указал нам дорогу к Последней великой глуши!

— Нашли, кого слушать! — презрительно фыркнул Таккик. — Мало ли чего наболтал этот выживший из ума брехун? Разве он сам был там? То-то! — победоносно посмотрев на Лусу, он принялся лакать воду из озера.

— Нет, Квопик там не был, — признала Луса. — Но он нам все рассказал! Он предупредил нас насчет Дымной горы. — Она растерянно посмотрела на Каллик, ища ее поддержки.

— Все это гнилые сказки для тюленеголовых деток, — проворчал Таккик. — Ни один нормальный медведь никогда в такое не поверит!

— Я верю, — сказал Уджурак.

— И я, — поддержала его Каллик.

— Это только подтверждает мои слова, — усмехнулся Таккик и встряхнул головой, обдав медведей тучей брызг.

— Значит, нам нужно сначала дойти до Большой реки, потом до Ледяного моря, а там уже лапой подать до Последней великой глуши? — спросил Токло, не обращая внимания на выступление Таккика.

— Да! — закивала Луса.

— Так и пойдем! — поддержала Каллик. — Ты пойдешь с нами, Таккик? Прошу тебя, пойдем.

Таккик громко вздохнул и кивнул:

— Ладно. Раз вы все согласны, то я спорить не стану.

С этими словами он оторвал здоровенный кусок зайца и улегся под деревом, чтобы как следует насладиться едой.

Шерсть у Лусы зашевелилась от радостного волнения. Ей было наплевать на выходки Таккика. Впервые за все это долгое время перед ними лежал путь к месту, где они все будут в безопасности. Там их ждут леса, полные дичи, много места для всех — и никаких плосколицых!

Как жаль, что Квопик этого никогда не увидит…

ГЛАВА V

КАЛЛИК

Дождавшись, когда Токло, Уджурак и Луса спустятся к озеру напиться, Каллик подошла к брату. Таккик сидел на земле и громко чавкал, преувеличенно широко разевая пасть.