Четыре сестры-королевы - Шерри Джонс

– Людовик не больше вашего хочет потерять свою независимость.

– И все равно до десяти тысяч нам далеко, – замечает Маргарита.

Ромео пожимает плечами. У графа может не быть самих денег, но у него есть земли.

– Нужно только заложить поместья и замки, тогда приданое соберем. Многие с вожделением смотрят на Тараскон, который недавно укрепили. Поскольку Марго все равно наследует Прованс, вы ничего не теряете – а приобретаете союз с Францией.

Мама встает и заключает Маргариту в объятия. Ее глаза полны нежности и гордости.

– Королева Франции! – говорит она. – Девочка моя.

Маргарита вдыхает мамины духи и прижимает лицо к ее груди в надежде, что на шелковой сорочке не останется пятен от слез.

Маргарита

Деревенщина

Санс, 1234 год

Ее будят фанфары – и внезапная остановка кареты. Маргарита поднимает голову с колен Эме и видит за окном бородача дядю Гийома.

– Мы в Сансе?

Неужели она так долго проспала?

– Нет еще. Но твой муж, похоже, нас ждет не дождется. – Дядя сияет. – Король Людовик приближается, моя дорогая.

Эме задергивает занавеску. Ее пальцы пробегают по голове госпожи, укладывая волосы под креспин (поскольку она теперь замужем, уже выдана за короля Людовика по доверенности римского папы), затягивая под подбородком желтый барбет и увенчав зубчатым обод-ком. Служанка прикладывает к Маргаритиным губам красную охру:

– Пока я с вами, вас никто не застанет врасплох.

Снова снаружи трубят трубы. Маргарита отодвигает занавеску и видит прованских лошадей, накрытых полосатыми красно-золотыми попонами, а вдали – шпили собора. Вот и пришла ее пора. Маргарита глубоко вздыхает.

Опять стучит Гийом.

– Ты заставляешь Его Милость ждать?

– Иди. Скорее! – Эме выталкивает Маргариту в дверь. – Ступай, очаруй своего короля и спаси всех нас.

Опершись на дядину руку, Маргарита ступает на землю.

– Не знаю, кто больше волнуется от предстоящей встречи – ты или Эме.

– Думаю, король затмит нас обоих.

Маргарита видит его, и у нее захватывает дыхание.

– Согласен, ma chère, но не вздумай смеяться, – шепчет дядя.

Однако ей дозволяется улыбнуться, и она пользуется этим – насколько может растягивает губы, то заглядывая ему в глаза, то отводя взор, не задерживая взгляда на его кольчужном доспехе из ослепительного, изумительного, невероятного золота.

– Мой господин, – низко приседает она.

– Пожалуйста, не робейте. Я так оделся, чтобы произвести на вас впечатление, но под доспехами я смиренный человек.

– И в высшей степени блистательный, мой господин.

Такой голубизны в глазах она не видела ни у кого.

Ее о чем-то спрашивают, но Маргарита ничего не отвечает. У нее есть свои вопросы, но сейчас не время – пока она не завоевала его любви.

Блеск его наряда слепит ее. Она отводит глаза. Король подходит к ней.

– Вы гораздо красивее, чем кто-либо говорил. – Он стоит так близко, что Маргарита ощущает отражение солнца от его наряда. Комок застрял у нее в горле. – Месье де Флажи не вполне описал вас.

Песня никчемна,Если идет не из сердца, —

тихо напевает Марга-рита.

Король в замешательстве хлопает глазами.

– Простите?

– Это песня Бернара де Вентадура.

Он приподнимает бровь.

– Не обращайте внимания. Лишь недавно я очнулась от сна, наполненного трубадурами и песнями.

– Трубадурами? – Его лицо с облегчением проясняется. – Поговорите с мамой. Она знает о них все.

Значит, Белая Королева разделяет Маргаритину любовь к песням? Если так, подружиться с ней будет не столь уж трудно.

Подходят молодой мужчина с мальчиком и кланяются. Король представляет их: его братья – Роберт, высокий и широкоплечий, образец придворного рыцаря, если не считать – глупой ухмылки, и Альфонс, маленький черноволосый чертенок.

– Добро пожаловать во Францию, моя госпожа, – кланяется Роберт. – Смеем надеяться, общество нашего брата доставит вам больше радости, чем нам.

Альфонс хихикает:

– Да, пожалуйста, развлекайте его почаще. Мы устали прятаться и бегать от него.

Король морщит лоб, а Маргарита представляет ему своих дядюшек.

– Полагаю, вы знакомы с Гийомом, архиепископом Валенса, и с Томасом, графом Пьемонта.

– Кто же не знает этих представителей Савойской династии? – улыбается король, а они преклоняют перед ним колени. – Говорят, император Священной Римской империи на днях советовался с вами, – обращается он к Гийому.

Гийом встает:

– Да, я обедал с ним две недели назад, мой господин. А неделей раньше – с римским папой. Мне доставит величайшее удовольствие поделиться с вами своими догадками…

– Да, конечно, вы должны поговорить с моей матерью. – Людовик обращается к Маргарите: – Что же, поедем в Санс, дорогая? Мама ждет, чтобы принять вас там.

Он берет ее руку и, наклонившись, целует воздух над ней.

У Маргариты по коже пробегают мурашки, словно он коснулся ее губами. Король поворачивается и шагает к своей лошади, братья следуют за ним. Дядя Томас рядом с племянницей поднимает брови, а Гийом пожимает плечами.

– Королю не до политики, – говорит он, вместе с братом сопровождая Маргариту обратно к карете. – И кто упрекнет его в этом? Завтра у него свадьба.

– Он очарован своей невестой, – подмигивает Томас. – Как и все мужчины в его окружении. Ты заметила, Марго, как они уставились на тебя?

– А ведь на тебе даже нет золотого наряда, – поддакивает Гийом.

У Маргариты болят ноги после долгой поездки в карете. Ей хочется пройтись, но, конечно же, нельзя, потому что собравшаяся вдоль дороги толпа засосет и проглотит ее. Ей хочется уклониться от протянутых рук, но улыбки и приветственные крики удерживают у окна кареты.

– Vive la reine![10]

Ее руки покрываются гусиной кожей.

– Vive la reine Marguerite![11]

Она отваживается помахать рукой, не зная, как отвечать этим франкам, бедным крестьянам, босым и грязным, в грубых одежках, только что с полевых работ. Какая-то девочка протягивает ей пучок полевых цветов; Маргарита прижимает их к носу, словно душистые розы. Она посылает воздушный поцелуй в ответ; толпа одобрительно кричит. Стоя так близко, не могут ли эти люди услышать ее мысли? От пыльцы щекотно в носу, однако Маргарита боится чихнуть на толпу.

По мере приближения к городу дорога становится все более разбитой. Люди толпятся на мосту, мешая про-ехать карете. Временами она вообще останавливается, и тогда руки дотягиваются до окна.

– Как они вас любят! Вот-вот разорвут, – говорит Эме.

Маргарита поднимает руки, касается пальцев и ладоней, принимает благословения и добрые пожелания.