Тень Арднейра - Анна Клименко

Как и следовало ожидать, все были в сборе. Хозяин подземелья, погруженный в мрачную задумчивость, восседал на своем каменном троне (а как же иначе? Младший владыка Арднейра – и без трона? Нет уж, будем следовать традициям). Зиннур насвистывал мелодию, песнь Ледяного убийцы, и старательно разглядывал барельефы. Невзирая на то, что видел их не одну тысячу раз. Малышка Лирри зябко куталась в шерстяную шаль и спорила с Гвиором о тех законах милосердия, которые тот безуспешно пытался насадить в подвластных землях… В общем, делом была занята только Цитрония: ползая на четвереньках по гладкому полу, шеннита указательным пальцем возила по камню. Штрихи, ложбинки складывались в грубый набросок карты – Ланс увидел плавные линии рек, пятна озер, вздыбленную чешую горных хребтов…

– Ты вовремя, – сухо обронила Цитрония, – видишь, помогать мне никто не желает. Сама работаю.

Ее голос гулко отразился от сводов подземелья.

– Это Дхэттар? – уточнил Ланс.

– По крайней мере, та его часть, что будет под тенью Арднейра.

Она, стоя на коленях, выпрямилась и взглянула в упор на Ланса.

– Пощупай карман, Ланс. Я тебе уже положила туда карту, которую давеча набросала. Места, где нужно будет возвести пирамиды, обозначены крестиками… Боковые протоки, как я и говорила.

– Да я уж как-нибудь и сам бы догадался, – не удержавшись, буркнул шеннит. В конце концов, она что его, за дурачка деревенского держит?

– Ох, будь любезен, не язви, – Цитрония нервно передернула плечами, – дело-то серьезное. И опасное, между прочим. Они все, – она широким жестом обвела собравшихся, – знают прекрасно, что это может закончиться для тебя печально. Ты ведь уже не будешь богом в чужом мире, не забывай… И кровь твоя наверняка утратит целительные свойства. А потому все и делают вид, что слишком заняты. Чтобы только в глаза не смотреть!

И на бледных, но пухлых и чувственных губах мелькнула печальная улыбка.

Словно в знак протеста, неслышно подошла Лирри и взяла за руку. Ланс рассеянно улыбнулся маленькой шенните, но взгляд его, будто сам собой, прилип к карте Дхэттара.

– Я, кажется, догадываюсь, какой дорогой мне туда отправляться. Разъятие материи, да?

– Кажется, это мы уже обсудили. Именно поэтому мы все здесь и по этой же причине отправляется только один.

Цитрония сделала еще несколько штрихов в северной части карты и ловко поднялась на ноги. В ее широко распахнутых глазах билось, играло синее пламя; тоненькая морщинка подрагивала в уголке красивого рта.

– Время, Ланс. Время настало. Ты готов?

Он только развел руками.

– Из чего прикажете пирамиды строить? Насколько большими они должны быть?

– Ребра по четыреста локтей каждое, – Цитрония рубанула ладонью воздух, словно отметая все возможные альтернативы, – и материал, Ланс… Он должен быть однородным, а рассеивание света в нем – чем больше, тем лучше.

– Алмаз, надо полагать?

Цитрония кивнула. А Лирри сильнее сжала пальчики на его руке.

Потом каждый подошел к нему и попрощался; кто как – Лирри всплакнула, оставив пару слезинок на жилете, Зиннур обнял – да так, что Ланс забеспокоился о целостности собственных ребер, Гвиор – так тот вообще ограничился прохладным кивком.

– Все, пора, – Цитрония кивнула в сторону карты, – тень надвигается на Дхэттар… Помни, Ланс, о сроке… Да ты сам почувствуешь когда тень начнет уходить. Твое дело – пирамиды. Ну же, становись… Да не сюда, ближе к центру. Вот тут, видишь, приметная гора будет, сразу поймешь, в Дхэттар попал или нет…

Она стрекотала и стрекотала, так что шеннит вдруг почувствовал себя смертельно уставшим от всей этой суеты. Ему захотелось вернуться домой, в скалу-клык, и продолжать себе ожидать законного конца правления старших шеннитов, пусть даже ожидание могло затянуться на эоны времени.

«Но тогда тебе придется еще долго приходить на пепелище и здороваться с призраком. Быть может, месть старшим даст ей вечный покой?»

– Ну, взялись! Все вместе! – гаркнул Меррокс, – открываем, живее, живее…

Ланс прикрыл глаза. Исчез, распался в ничто камень под его ногами; тело медленно, но неотвратимо сползало в холодную воронку. Разъятие материи… Его родичи, младшие шенниты, сейчас изо всех сил трудятся над тканью мира – чтобы вытолкнуть прочь одного-единственного младшего бога Арднейра, и спровадить его через образующуюся кишку пустоты прямиком к небесному куполу того мира, на который упала тень.

… Холод добрался до пояса.

… До груди, заставляя сердце трепетать, как жалкого, перепуганного птенца.

… До шеи.

Мир перестал существовать. Звуки и краски стерлись, исчезли, растворились в вязкой тишине.

«Как все странно», – подумал Ланс, пытаясь услышать хотя бы собственное дыхание. Но тщетно. Стояла такая тишь, что, казалось, еще чуть-чуть, и она обретет твердость камня, расплющит, раздавит в пыль рассудок… И было неясно, двигается ли он куда-либо, или повис между мирами? Там, где вообще нет ничего?

Внезапно в лицо хлестнул бешеный порыв ветра. Перевернул, играючи, через голову и швырнул куда-то вбок. Ланс только успел разглядеть с головокружительной быстротой приближающуюся землю.

– Ну что, видишь Дхэттар? – голос Лирри раздавался так ясно, будто она стояла рядом; шеннит даже покрутил головой, так, на всякий случай… Но нет, конечно же, рядом никого не было…

– Мы еще сможем говорить с тобой, пока тень падает на Дхэттар, – ехидно пояснил голос Цитронии, – но ты там совершенно один. Помни, помочь тебе будет некому.

– Спасибо за пояснения, – не удержался Ланс и тут же захлебнулся ледяным ветром.

Его крутнуло еще раз, бросило в облако – клок холодного, мокрого тумана; через несколько мгновений шеннит вновь увидел землю. Лунные блики рассыпались по тоненькому шнурку реки, курчавился, словно шкурка ягненка, лес, и луга спали, опутанные туманной паутиной.

Ланс улыбнулся. С высоты птичьего полета Дхэттар показался ему удивительно красивым, как далекий детский сон – когда он еще не знал, что его предназначение – когда-нибудь сменить старых богов Арднейра…

Затем, спохватившись, шеннит начал уплотнять под собой воздух, неторопливо и постепенно. Так, что спокойно сошел на землю – как будто с пуховой перины.

Глава 2. Дхэттар. Дремлющие земли

Порой Вейре казалось, что их всегда было трое: она, Жильер и Тоэс Мор.

Хотя, конечно же, «всегда» – звучало слишком громко для последних десяти лет. И, уж конечно, совершенно не подходило для обозначения того времени, которое Тоэс Мор провел в Айруне. Ведь объявился он каких-нибудь три года назад.

Что до самой Вейры, то она жила в Айруне «всегда». Потому как это самое «всегда» отмеряло годы, начиная с ее самого первого вздоха; до этого мига для нее самой времени просто не существовало.