Лис. Сказания Приграничья (СИ) - Дмитрий Кузьмин

Разумный человек всегда будет сомневаться. Колебаться, становиться менее защищенным, менее опасным из-за страха — а вдруг я ударю так, что убью? Или покалечу? Урка не думает, как нейтрализовать опасность, он просто выбирает оптимальный путь убийства. Не мыслит себя добычей, лишь охотником.

Я подбежал к пешему рыцарю. Затормозив, я присел в привычную боевую стойку — колени согнуты, полубоком к противнику, левая нога впереди.

— А ты кто такой? Откуда взялся? — спросил рыцарь. Он выставил меч перед собой, держа меня на расстоянии.

Я выровнял дыхание и уставился на кончик лезвия. Несколько явных зазубрин указывали, что мечом пользовались часто, и вряд ли только на тренировках.

Рыцарь осмотрел меня, задумался на мгновение. Снял свободной рукой шлем. Солнце осветило карикатурно небольшую голову, выглядевшую из-за раскаченной шеи так, словно она крепилась сразу к плечам. Короткая бородка, щуплые щеки, ежик на голове. Глубоко посаженные маленькие поросячьи глаза пробежали по мне взглядом.

— Бродяга с местной деревни, — сделал вывод рыцарь и сделал выпад — короткий, лезвие пронеслось в полуметре от меня.

Черт! Тело среагировало, отпрянуло назад. Руки задрожали, дыхание сдавило. Это не тренировочный деревянный меч, как на мастер-классе по айкидо. А настоящее железо, созданное только для одной цели — служить орудием убийства.

— Решил поиграть в спасителя принцесс? Отец не объяснял тебе, что это владения Ольстерров, а господам нужно кланяться? — толстые губы рыцаря разошлись в усмешке. Почуяв, что перед ним легкая добыча, он, не скрываясь, пошел вперед, держа клинок в вытянутой руке. Ждать. Снова ждать. Опять выпад — рыцарь пугал, а не пытался напасть. Он почуял нотки страха, почуял, что я дал слабину, бросившись от того удара. Теперь он думает, что я легкая добыча.

На этот раз я среагировал на выпад по-другому. Поднырнул под клинок, что целил мне в грудь. Проехался на коленях по мокрой от росы траве и ударил рыцаря палкой по голени. Тот завопил и замахнулся мечом. Не останавливаясь, я рухнул на живот, перекатился в сторону. Спину обожгло, словно мечник ударил плетью. Я почувствовал, как футболка сзади становится влажной. От росы? Или от моей крови?

— Ну все! — рыцарь замахивался во второй раз, и, судя по затуманенным злостью глазам, этот удар может быть для меня последним. Краем глаза я заметил, как один из мечников, теснивших защитников, отвлекся на бой и бросился на помощь рыцарю. Нет, с двумя мне не справится.

Еще один перекат. Еще один. Я оказался в двух шагах от рыцаря. Вскочил на ноги, взмахнул корягой, отбивая удар меча.

— Пожалуй, не все, — буркнул я сквозь зубы. Конечно, палка — плохая идея против закаленной стали, но немного продержаться я смогу.

Есть такая поговорка, что у хорошего бойца меч — это продолжение руки. Мне всегда казалось, что это вранье. Замахнувшись, я бросился в атаку. Справа, слева, еще раз слева — я старался достать корягой рыцаря, найти место, где слой доспеха минимален, где крепятся его части, и тело защищено лишь клепками.

Махать палкой удавалось все лучше — тело вспоминало немногочисленные уроки кендо, полученные еще в прошлом мире. Взбешенный рыцарь, забав об осторожности, зарычал и понесся на меня, высоко подняв меч. В чем-то он был прав — палкой мне все равно доспех не пробить, оставалось только…

Я испытал удачу и второй раз провернул трюк с уходом под летящий в голову меч. И опять повезло — рыцарь, неповоротливый в латах, был медленнее меня, и подкатиться к нему удалось. Но теперь противник не стал ждать или играть, он просто изменил траекторию удара и обрушил лезвие на мой незащищенный затылок. Кувырок — клинок срезал несколько волос с взъерошенной головы.

Подхватив меч рыцаря за гарду, я не дал ему выпрямиться и сделал подсечку. Неповоротливая груда железа, ругаясь, с грохотом рухнула на землю. Я уцепился взглядом за поверженного противника, который силился встать. Резкий удар локтем, не меняя положения, кувырок, еще один удар. Кулак разорвал толстые губы, на лице рыцаря скользнуло удивление. Прыжком вернувшись в положение стоя, я охнул и подавил желание схватиться за поясницу. Все-таки сильно меня приложило.

— Айрин, справа! Уходи! — в сознание ворвался грубый мужской баритон. Я оглянулся — защитников кибитки теснили, лошадь под одним из них подставилась под удар мечом и сейчас хрипела в безумном танце. Всадник держался за седло, не забывая отмахиваться от летящего в него града ударов.

Опасность! Я рухнул на землю, откатился, вскочил на колено и выставил вперед корягу. Вовремя! Там, где я стоял секунду назад, просвистел меч — пеший воин все-таки отвлекся от рыцарей и решил помочь разобраться со мной. Клинок ринулся вперед, ударил в корягу. Расколол ее на две части. Я остался без оружия.

Мечник улыбнулся, подошел к товарищу, помог подняться. Теперь передо мной стояли двое тяжело дышащих разозленных мужчин. Один в доспехах, с расквашенной губой, другой — с неглубокими порезами на руках, оставленные в битве с рыцарями.

— Допрыгался, герой? — засмеялся толстый рыцарь. Мечник промолчал, только сжался будто в пружину. Нет, не от страха. Для атаки.

— Нападайте, — предложил я, повернувшись к ним полубоком. Странно, но волнения я не ощущал. Двое на одного, вооруженные против безоружного. Но уверенность не отпускала. Так же как и силы. Я смотрел на воинов и понимал, что драка вымотала их. Там, чуть дальше, от усталости были готовы вывалиться из седла всадники. Мечники уже не размахивали мечами, а старались наносить колющие удары. И я, раненный, вдоволь напрыгавшийся, без единого следа нехватки сил. Будто что-то подпитывало меня в этом мире.

Додумать не удалось — пружина распрямилась, и мечник бросился на меня. Рыцарь только охнул, наблюдая за стремительным выпадом товарища. А я остался собранным.

Шаг назад. Отставить левую ногу. Выпад. Поймать руку, согнуть в кости. Воин завопил от боли, выронил оружие. Не останавливаясь, локтем по хребту, руку в захват, вытянуть сустав. Я почувствовал, как кость противника выходит из плеча, как по ней, под слоем кожи и мяса, ползут трещины. Толчок. Противник повалился на землю, поскуливая. Я подобрал меч и двинулся на толстого рыцаря.

Информация с тренировок, из видеозаписей, из наблюдений за опытными бойцами с турниров. Все это смешалось в шипучий клубок знаний во мне. Я всегда был неплохим бойцом. Но сейчас, в этом мире, против вооруженных противников, привычных к виду смерти, я чувствовал себя необычно легко. Так, словно дерусь не я. Отточенные годами практики рефлексы взяли верх над разумом и управляли телом без вмешательства разума.