Портрет любимого - Кэтрин Джордж

Она села за столик и, отставив костыль, улыбнулась Элени такой довольной улыбкой, что та засмеялась и потрепала ее по плечу:

– Вам лучше? Прекрасно, прекрасно. А теперь поешьте. – Она сняла серебряную крышку с аппетитно го омлета и вышла, предоставив Изабель возможность поесть в одиночестве.

К своему удивлению, Изабель почувствовала, как с первым же куском к ней возвращается аппетит. Она съела весь омлет и немного салата с хлебом. Выпив воды, она откинулась на спинку стула и устремила взгляд в сад. Ее внимание привлек залитый светом бассейн. Она с удовольствием поплавала бы в нем перед своим возвращением в коттедж. Но такое было несбыточно с этим мистером Андреадисом…

Стук в дверь спальни вывел ее из задумчивости. Она взяла костыль и медленно вошла в комнату, улыбнувшись Элени:

– Это был замечательный ужин. Я приняла таблетки и чувствую себя сейчас намного лучше.

– Прекрасно. Прекрасно, – проговорила женщина с широкой улыбкой. – Я принесу вам еще йогурта для лица. Намажьтесь перед сном. А сейчас я помогу вам пройти в ванную.

– Нет, спасибо. Я могу справиться сама.

– Тогда я вернусь позже, когда вам пора будет ложиться спать.

– Хорошо, Элени, – вздохнула Изабель. – Но перед уходом не смогли бы вы придвинуть кресло к дверям веранды? Большое спасибо.

Изабель придирчиво всмотрелась в свое отражение в большом зеркале в ванной комнате. Под глазом красовался синяк сливового цвета, но глаз, по крайней мере, уже почти открылся, и краснота на лице немного спала благодаря йогурту. Хромая, она снова вошла в комнату и села в большое удобное кресло.

– Войдите! – крикнула она в ответ на ожидаемый стук.

Лукас вошел и внимательно посмотрел на ее лицо:

– Вы выглядите лучше. Элени сказала мне, что вы почти все съели за ужином.

– Да. Все было очень вкусно.

– Я могу присесть?

– Конечно.

Лукас подвинул стул от туалетного столика поближе к Изабель и немного постоял возле него.

– Хотите, я принесу ваш блокнот? Поскольку вы так сильно пострадали ради того, чтобы взять интервью, я решил дать его вам.

Изабель в недоумении уставилась на него:

– Интервью?!

– Я собирал ваши вещи на пляже, – объяснил он. – Среди них был блокнот, а в вашей сумке – несколько карандашей. Вы же не будете отрицать, что вы журналистка, мисс Джеймс?

Изабель сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, потом вынула блокнот из рюкзака, лежащего рядом с ней, на полу, и протянула ему:

– Посмотрите сами.

Лукас, поджав губы, перелистывал страницы рисунков.

– Что это?

– Мне казалось, это очевидно, мистер Андреадис. Я рисовала яхты с веранды коттеджа в тот день, когда приехала, а другой рисунок сделала сегодня утром на пляже, соседнем с вашим. Я предпочла бы рисовать акварелью, но не могла спуститься вниз по такой крутой тропинке с красками. – Изабель холодно взглянула на него. – Некоторые люди любят делать курортные фотографии. Я же делаю зарисовки.

– Что более изысканно, – медленно сказал он, перелистывая снова блокнот.

– Спасибо.

Лукас провел ладонью по своим густым волосам и так долго молча смотрел на Изабель, что ей стало не по себе.

– Теперь моя очередь извиниться, – сказал он наконец.

– Принято. – Она с любопытством взглянула на него. – Вы не любите журналистов и очень ревниво оберегаете свое уединение, мистер Андреадис. Должно быть, вы какая-то знаменитость здесь, в Греции?

Он покачал головой:

– Нет, просто успешный бизнесмен, мисс Джеймс. Занимаюсь транспортными перевозками, а в последнее время обо мне много говорят в связи с моим удачным приобретением одной из частных авиакомпаний. – Уголки его рта опустились. – И я не женат, что тоже подогревает интерес прессы ко мне.

– Подозревают, не гей ли вы? – Изабель с удовольствием отметила про себя негодующее выражение, появившееся на его лице.

– Какая чушь! Может, у меня и нет жены, но широко известно, что я предпочитаю женское общество. А вы подумали, что я гей? – строго спросил он.

– Разве можно что-то сказать при таком коротком знакомстве?

Его прищуренные глаза блеснули.

– Даже несмотря на физический контакт между нами с первого же момента встречи?

Изабель вспыхнула:

– Большую часть этого времени я, как вы помните, находилась без чувств. А теперь, когда я в полном сознании, в дальнейшем контакте нет никакой необходимости. Хотя не могу сказать, – добавила она поспешно, – что я не оценила вашу помощь.

Он пожал плечами:

– У меня не было другого выхода, как оказать ее, мисс Джеймс.

– Вы ясно дали мне понять это… но я тем не менее вам благодарна.

Его взгляд смягчился, и он сочувственно спросил:

– Неудачное начало отпуска?

– Уж точно. – Она откинула волосы со лба. – Так что, если вы найдете завтра время, чтобы отвезти меня в мой коттедж, буду очень благодарна, мистер Андреадис.

– Вы одна там пока не справитесь, – покачал он головой.

– Наверняка справлюсь. Я же перемещаюсь по этой комнате и с таким же успехом смогу делать это в коттедже.

– А как вы будете питаться?

Изабель была готова к этому вопросу.

– Если Элени купит мне продукты, я прекрасно справлюсь на первых порах. Моя лодыжка уже не так сильно болит, – солгала она. – Через день-два я вернусь к нормальной жизни.

С минуту он молча смотрел на нее:

– Прежде чем вы сбежите с виллы «Медуза», пожалуйста, удовлетворите мое любопытство. Расскажите кое-что о себе. Судя по вашим рисункам, ваш интерес лежит в области искусства, мисс Джеймс?

– Да, у меня ученая степень по искусствоведению.

– Вы преподаете?

– Нет. Я заведую художественной галереей.

– Вы живете с… семьей?

Изабель опустила глаза:

– Нет. Меня вырастили мои замечательные бабушка и дедушка, но сейчас их нет в живых… Я живу одна, в квартире над галереей. По договоренности мне можно выставлять в этой галерее мои работы и продавать их.

Лукас слегка подался вперед:

– А родители?

– Я никогда их не знала. Они погибли в автокатастрофе… Я была еще грудным ребенком…

– Печальная история. – Лукас помрачнел. – Но вам повезло, что у вас были дедушка и бабушка, которые заботились о вас.

– Это правда. Они были единственными родителями, которых я знала и лучше которых и быть не могло. А теперь… Зато мне повезло с друзьями! – сказала Изабель, стараясь не обращать внимания на усиливавшуюся головную боль. – Раньше я проводила отпуск с одной из своих подруг, но с тех пор как она вышла замуж пару лет назад, я путешествую одна…