Ритм. Дилогия (СИ) - "Ach"

На территории Фронтира в активном ходу техника шестого поколения, а вот пятого, предвоенных и военных годов считается устаревшим уже и там, но ее еще хватает. Поэтому целый ящик чипов с базами, большой ящик, меня очень заинтересовал, я уже понял, какая ценность здесь обладание знаниями! Стараясь не показать своей заинтересованности, я небрежно поинтересовался у местного повелителя склада, за сколько он их хочет отдать. Тот, глянув на ящик, сообщил, что весь ящик отдаст за пятьсот кредитов. Поторговавшись, отдал за четыреста пятьдесят. И судя по довольному выражению лица избавился от страшнейшего неликвида. Еще я поинтересовался старыми модулями для расширения возможностей моей нейросети. Современные, к сожалению, она не поддерживала. Нашлись на этом складе и они, один модуль ускорения с вычислителем для пилотов, два модуля на расширение объема памяти по 50 единиц каждый, один на увеличение интеллекта на 50 единиц. Это было лучшее оборудование на время его производства, пятое поколение, модулей с более высокими характеристиками тогда еще не существовало. Все предложенные мне нейромодули были изготовлены незадолго до войны и точно подходили к моей нейросети. За все про все удалось сторговаться на две тысячи кредитов. Пришлось добивать деньгами с обезличенного чипа, найденного в сейфе бота. Из разговора с кладовщиком понял, что старых нейромодулей и нейросетей на складе еще хватает, их давно списали в Корпорации Нейросеть и должны были уничтожить, но ушлый родственник этого кладовщика, работавший тогда кладовщиком в отделении Корпорации, списал их по документам и вместо уничтожения передал их ему на реализацию. За пару десятков лет с тех пор большую часть из них он уже распродал, но оставшихся нейромодулей еще хватало, и он предложил мне отдать их все оптом за пять тысяч кредитов. Я попросил скинуть мне их спецификации и прайс. Судя по полученному списку, очевидно, что кладовщик распродал наиболее интересные позиции, еще сохранявшие хотя бы минимальную актуальность. Сейчас же на складе осталось одно откровенное старье, четвертого-начала пятого поколения, которое если и можно продать, то только в полной глуши дальнего Фронтира или в диких мирах, поэтому я пока решил воздержаться от их покупки.

Небольшой остаток суммы на чипе добрал довоенными пайками. Расстались мы взаимно довольными друг другом. Кладовщик явно впарил мне неликвид, а я набрал то, что мне с большой вероятностью понадобится и вроде за очень недорого.

Далее, я вызвал автоматизированное такси и за пять кредитов добрался до гостевой посадочной платформы, где припаркован мой бот. Загружая закупленное, посмотрел на него уже другими глазами. Если раньше я считал полученный мною бот просто устаревшей рабочей лошадкой, то только теперь осознал, какую древность мне спихнули в счет моей доли в имуществе пиратов.

Хотя, с другой стороны, даже если бы я был в курсе подробностей по поколениям техники и цен на нее, навряд ли расклад по переданному мне имуществу сильно бы изменился, все равно всучили бы неликвид.

Глава 9

После возвращения на бот из Центра регистрации граждан, я буквально рухнул на койку от усталости. Вроде прошло всего три с небольшим часа, а сил ушло будто весь день лопатой махал. Слегка отвалявшись, заказал в синтезаторе и съел порцию с розовой кашкой. На мой вкус этот вариант бортпитания был самым приемлемым из имеющихся. Далее прилег и погрузился в поиск информации в галосети. Самое главное, что меня интересовало в данный момент, это все упоминания об аномалиях, перемещения через которые приводили к эффекту старения или омоложения. Этим занимался несколько дней, с перерывами на прием пищи, а также восстановление и сон в медкапсуле. Прорвавшись через кучу перекрестных ссылок и досужих рассуждений на близкие темы, так и не обнаружил ни одного прямого упоминания в сети по данной проблематике. Удалось найти только одно косвенное упоминание по интересующей меня теме. Старая история еще более старого пилота, который в молодости делал доставку оборудования для научной экспедиции на своем допотопном уже тогда корабле. Экспедиция до войны проводила исследования найденной в дальнем космосе аномалии, запуская в нее разведывательные и исследовательские зонды. Зонды при проходе через аномалию теряли связь с кораблем научников. Когда были истрачены все имевшиеся у них зонды, научники предложили доставившему оборудование пилоту запустить имевшийся у него на борту разведывательный зонд. Зонд был старый, еще второго поколения, но рабочий, и пилот потребовал за него денежную компенсацию как за аналогичный современный, в то время пятого поколения. Научники были в нетерпении, других вариантов у них не было, и они согласились. Этот зонд также ушел в аномалию и, как и все предыдущие потерял связь с кораблем. Пилот получил свою компенсацию за потерю имущества и довольный, улетев по своим делам, забыл об этой истории. Вскоре началась война с архами, которую он, оказавшись вдалеке от вторжения, к счастью своему, пережил. Каково же было его удивление, и вся история сводилась именно к этому, когда уже после войны, спустя более ста лет, пролетая транзитом в одном из секторов дальнего Фронтира, отвоеванного у архов в зад, он обнаружил отклик давно списанного на потери своего разведывательного зонда. По маяку, имевшемуся в зонде, он разыскал его среди облака металлической пыли. Из полученных с искина выловленного зонда данных следовало, что зонд провел в состоянии ожидания 440 циклов. Однако этим данным противоречил процент износа зонда, который хоть и увеличился с момента его запуска в аномалию, но меньше, чем изменился бы за 440 лет в режиме ожидания.

Пилот решил, что произошел технический сбой в работе искина, на который повлияла аномалия. Других зондов он не нашел, справедливо решив, что они либо разрушились, о чем свидетельствовало облако металлической пыли, либо, даже если часть из них прошли через аномалию без повреждения, с учетом их новизны, их мог присвоить себе любой, их нашедший, а его старым зондом могли и побрезговать или не найти. Он отразил в отчете названия системы, где находилась аномалия и системы, где он подобрал свой потерянный зонд. На место нахождения старого зонда прибыла исследовательская группа, взяла образцы металлической пыли, подтвердила, что они по своему составу соответствовали составу корпусов запущенных в аномалию моделей зондов.

На космических картах аномалию обозначили как особо нестабильную, при проходе через которую техника разрушается, обозначили с какой системой под контролем арахнидов она соединена, поставили на выходе из аномалии автоматическую боевую станцию, на случай прорыва через нее арахнидов, и на этом та история благополучно забылась, ведь теперь эта информация вряд ли кого могла заинтересовать, потому что если вторая система находилась хоть и в дальнем Фронтире, но в человеческой части обитаемого космоса, и оставалась доступна, то первая система в настоящий момент находилась в секторе дальнего космоса, который после войны остался под контроль арахнидов. И ни у кого после тяжелейших ста лет войны не возникло ни малейшего желания отправиться в сектор арахнидов что-то там исследовать.

Во всей этой истории оставалось много неясностей, но моя интуиция радостно верещала, что я похоже нашел то, что мне нужно. У меня теперь были потенциальные точки входа и выхода с возможным временным разрывом в триста с лишним циклов. Эта цифра у меня получилась при вычислении времени, которое прошло между запуском зонда и его последующим нахождением его хозяином, эти даты разделила столетняя война с архами, плюс несколько лет до нее и пару десятков лет после. Эту цифру я отнял из 440 циклов, которые зонд находился в режиме ожидания. Так что с вероятностью это была аномалия, подобная той, через которую я попал в это время.

Проблемой было, что полет туда будет связан с изрядным риском для жизни, зато, пусть это и звучит как парадокс, этот риск дает мне шанс выжить и жить дальше.