Эротические рассказы Рунета - Том 1 - Автор неизвестен Эротика и секс

Бороться с превращениями я могу. Адари меня научила. Пусть я только устраняю последствия, сгодиться и это. Узнаем подробности, справимся и с причинами.

Эти размышления успокоили меня. Чувство страха исчезло. Определенность и решительность в дальнейших своих действиях вселило надежду, что все разрешиться хорошо. На меня навалилась усталость, и сон забрал меня в свои объятия.

Оказывается о всех проявлениях магии столько много написано, что в этом может разобраться только сумасшедший или истинный маг. Правда, на сколько я понял, маги специализируются только в одной области или направлении. Такое обилие разносторонней информации, может охладить желание любого, кто в этом не разбирается. Я не разбирался. Поэтому изучать всю эту литературу не стал, а переключился на поиск по ключевым словам.

Как назло, по этому пункту ситуация была совершенно противоположна. Упоминания о необходимых мне именах, связанных с магией, оккультизмом и прочими паранормальными эффектами не наблюдались вообще.

Но на этом сюрпризы не закончились. В школе Оксанка избегала меня, пребывая все время в обществе своих подруг. Но время от времени она бросала на меня взгляды, в которых сквозил немой вопрос. Надо было поговорить с ней, но после школы девчата сбежали вместе.

Беспокоиться по этому поводу я счел нецелесообразным и занялся более актуальными проблемами, а точнее поисками информации. Сначала библиотека, потом Интернет. К концу дня голова уже гудела, и я решил пораньше отправиться спать. На этот раз никаких превращений не было. И то хорошо.

На следующий день в школе все было без изменений, разве что, на меня с интересом смотрели как Оксанка, так и остальные девчата из их нашего тесного круга. К чуму бы это? Оксанка поделилась своими впечатлениями? Вполне возможно. Но зачем? Вызвать девчонок на откровенность не удавалось. Как и все представительницы слабого пола, они ловко уводили разговор в сторону. Во мне начало накапливаться раздражение. Я поймал на перерыве Мишку и уговорил поговорить его с Галиной Александровной о Вальрисе и ее «компании».

Во второй половине дня настроение не улучшилось. Девчонки, вновь смылись в неизвестном направлении. Напрашиваться в гости не хотелось, тем более ничего нового об этой Вальрисе я не узнал. Размышления о поведении Оксаны и неопределенность в вопросе превращений, мучили меня и вечером. Я сидел у себя в комнате, слушал музыку и хмурился. И тут я почувствовал, что сейчас начнется трансформация. Сначала я оцепенел, потом бросился к двери и заперся. В этот момент начался процесс. Удлинившиеся волосы волной упали на плечи, грудь потянуло вперед, а пах назад. Я с трудом удержал равновесие, схватившись за дверную ручку. Наличие опоры помогло, когда отключилось сознание. Когда вернулось восприятие, я уже был Валентиной.

Теперь я заметил, что хотя у нас с ней одно и тоже тело, но пропорции различны. Одежда теперь на мне выглядела мешковато. Если придется расхаживать в виде Вали, надо будет переодеться. Я прошелся по комнате в ставших великоватых тапочках по комнате. Ни одного зеркала. Вот что значит комната парня — отсутствует привычка любоваться самим собой.

Усевшись на кровати, я потянулся сознанием к своим атрибутам и инициировал обратный процесс трансформации. Эта операция становилось привычкой. Хорошо, что атрибуты действуют безотказно. Но вызывало беспокойство, что преобразование произошло не ночью. Следовательно, я могу попасться с этим делом в любой момент. Нашлось и кое-что полезное из сегодняшних превращений: я почувствовал начало. Это давало возможность хоть немного смягчить последствия внезапного проявления моих новых особенностей.

На третий день удача улыбнулась мне. Мишка сказал что, Галина Александровна хочет со мной встретиться около трех часов дня в одном кафе. Я знал это место, поэтому поблагодарил его и постарался отделаться от него под благовидным предлогом, чтобы у Мишки не возникли вопросы по этому поводу.

Честно говоря, на встречу я не рассчитывал. Мне казалось, что Галина Александровна просто передаст, где и как можно получить информацию или в какой именно области оккультизма искать.

Повезло и с Оксаной — мы вновь оказались с ней вдвоем по пути домой. На мои попытки доискаться причины ее поведения в предыдущие дни, она отшучивалась тем, что любопытство меня погубит и т. д.

В конце концов, я спросил ее напрямик.

— Ответь мне, женщина, я чем-то тебя обидел?

— Успокойся Валик, все хорошо.

— Может тебе не понравилось?

— В том-то и дело что понравилось. Это меня и пугает, — призналась, наконец, Оксанка.

— Как это пугает? — не понял я. — К чему все это приведет.

Наконец-то стало проясняться: она боится моих притязаний на более откровенные действия. Как говориться «и хочется, и колется». Покажем себя с лучшей стороны.

Выпятив грудь и приняв гордую осанку, положил руку на грудь.

— Леди, Вы видите перед собой честного рыцаря Галахада, который и не позволит никому обидеть вас. И будет годами ждать вашей благосклонной улыбки.

Это буффонада заставила Оксанку улыбнуться.

— Шут гороховый, — она слегка толкнула меня в грудь. — Я волнуюсь о другом.

— Я весь внимание.

— Придешь делать алгебру? — попыталась она спросить беспристрастно.

Смена темы немного озадачивала. Да и по алгебре не было таких уж сложностей. Значит, она хочет, чтобы я пришел. Может это и есть решение проблемы. Она боится себя? Того, что может позволить больше чем думает? Как уже говорилось — «и хочется, и колется»… Интересная получается «алгебра»…

Мы уже подходили к ее дому.

— Приду, — согласился я. — Надо помочь Оксанке, а там посмотрим, что произойдет. Правда, надо будет быть осторожным вдвойне. — Только у меня в три дело одно. Как только закончу, сразу зайду.

Кажется, ей хотелось узнать об этом моем деле и как можно больше. А что я ей скажу? Я пока сам в потемках.

— Я подожду.

Бах! Такого я не ожидал. Открываются новые просторы в наших отношениях. Как все не вовремя. Или это всегда так: где-то теряешь, где-то находишь…

— Обязательно приду.

Ее лицо осветила улыбка. Так мы и расстались.

По дороге домой меня остановила Соня-Адари.

— Здравствуй, Валик!

— Здравствуйте… — тут я замялся, не зная как ее назвать.

— Соня, — улыбнулась Наставница. — Надеюсь, ты не забыл, что меня зовут Соня.

В ее голосе звучало лукавство.

— Нет. Не забыл.

— Тогда почему не заходишь?

«Нужно мне это больно».

— Да пока не было возможности, — промямлил я, выдумывая причину на ходу.

— Тебе надо учиться.

— Хорошо, — согласился я. «Все хотят учить меня».

— Зора хочет тебя видеть.

«Хочется — перехочется. Какое ей дело до меня».

— Прямо сейчас? — попытался я съехидничать.

— Сейчас не получится, тебе надо подготовится.

— Как только — так сразу, мне надо идти, — не дожидаясь продолжения, я двинулся дальше.

— Приходи поскорей! — донеслось мне в спину.

«Как рак на горе свистнет».

Надо было кончать с этим. Но как? Может быть, Галина Александровна подскажет мне ответ.

На встречу я пришел за пять минут до назначенного времени. Как ни странно Галина Александровна уже ждала меня. С ней находился мужчина лет так под сорок, с неброскими чертами лица.

— Добрый день, Валик, — встретила она меня приветствием, когда я подошел к столику.

— Здравствуйте, Галина Александровна, — отдал я дань вежливости.

— Познакомьтесь. Виктор Андреевич. Валик, — представила нас женщина. Мы с мужчиной обменялись положенными «добрыми днями». После этого я устроился за столиком на предложенном стуле.

— Очень интересные у тебя вопросы, — сразу начала Галина Александровна. — Сразу я даже не могла ничего сказать. Однако созвучие интересующих тебя имен потревожило ассоциативное восприятие. Я решила поспрашивать знакомых. Сначала, никто ничего не мог сказать, но потом посоветовали обратиться к Виктору Андреевичу. Его заинтересовали твои вопросы, и он попросил меня устроить вам встречу. Надеюсь, ты не против?

— Нет.

Что я еще мог ответить? Тем более если у этого типа есть какая-то информация.

— Я хочу спросить тебя, — начал Виктор Андреевич, — откуда тебе известны имена Зонгана и Вальрисы.

И как же отвечать на этот вопрос?

— Я прочитал в книжке… — начал я.

— Валентин, — мягко перебил меня мужчина. — Мне не хотелось бы придерживаться линии обмана и лжи. Если ты не можешь или не хочешь говорить правду, то лучше так и скажи.

Вот так-то. Меня сразу уличили в неискренности и мягонько так направили на путь истины.

— Хорошо, — вздохнул я. — Я не буду вас обманывать. Но почему вы решили, что я лгу?