Фантастика 2025-129 - Денис Старый

притаился. Будь они чуточку смышлённее, у меня бы ничего не получилось. Опять моя беспощадная удача решила пошутить.

Вдруг я заметил, как на одном из экранов появились люди. Несколько человек шли прямо сюда по коридорам, и выглядели они намного серьёзнее болванов-сторожей. Вооружённые, в военной форме, и среди них шагал офицер.

Так, надо скорее что-то придумывать.

В трёх других камерах находились заключённые. В первой неспокойный мужик в потрёпанном костюме бродил туда-сюда. Во второй находился огромный бугай-японец со свирепой рожей. В третьей, кажется, сидел его брат-близнец. Такой же здоровяк в широких штанах, подвязанных толстой верёвкой, босые и в кожаных жилетах. И лысые, что среди японцев вообще-то было редкостью. На вид конкретные бандосы.

— Отлично, это мне и нужно!

Какой экран в какую именно камеру вёл, мне понять не удалось. Знал только, из какой выбрался сам. Поэтому я быстро открыл все двери с криками на английском и японском:

— Выходим! Вы свободны! Идите, идите!

Первым показался мужичок в пиджаке. Рыжий, зеленоглазый, с неряшливой щетиной и большим красноватым носом. Он опасливо высунулся наружу, щуря глаза, заметил меня и спросил:

— Ч-что происходит?

Ответить я не успел. Вышли близнецы-здоровяки. Они сначала приняли меня за британца и направились ко мне, но быстро сообразили, что это именно я их освободил, и успокоились.

— Ты кто? — пробасил тот что слева.

И, неожиданно, на русском!

— Разин Игорь Сергеевич. Граф Российской империи… А вы кто?

— Я — Бат.

— А я — Батар.

Второй близнец даже голосом походил на брата.

— Вы говорите по-русски!

— Мы монголы, — рыкнул Бат.

— Отлично, отлично…

Я нихрена не знал о монголах в этом мире. Вот как-то не додумался изучить вопрос. Но они говорили на нашем языке, и территория Монголии была в границах империи, если мне не изменяет память. Исходя из этого…

— Там, мужики. Сюда идут пятеро солдат с офицером. Последний, скорее всего, маг, поэтому справиться с ним будет непросто. Предлагаю объединиться.

Бат и Батар переглянулись, затем снова взглянули на меня и кивнули:

— Идёт!

— Эм… извините, господа, — на корявом русском заговорил мужичок в пиджаке.

Британец в британской тюрьме вместе с тремя подданными Российской империи — это, конечно, интересный кадр. Но шаги из коридора становились всё ближе, и лясы точить не было времени.

— Потом, — махнул я. — Спрячься у себя в камере и не отсвечивай, понял?

Он послушался и нырнул обратно за дверь. А мы с монголами ворвались в камеру, где меня держали, и быстро оглушили надсмотрщиков.

Действовать приходилось быстро, на счету была каждая секунда. До нас уже доносился голос офицера, который показался мне знакомым, но думать об этом просто не было времени.

Нужно было подготовить засаду, ударить быстро и стремительно. Хорошо хоть Бат с Батаром оказались с военной выучкой и почти сразу включились в процесс поспешной подготовки.

Оглушённых охранников мы раскидали по разным местам. Двух посадили за стол перед экранами, будто заснули на посту. Это быстро раскроют, но нам и потребуется всего пара секунд замешательства. Двух других охранников закинули в уборную. Монголы вернулись в свои камеры, потому что нигде больше не поместились, да и в камерах должны маячить их весьма заметные туши. Я же притаился в углублении стены возле двери в дальнюю камеру.

Успели. Британцы появились через несколько секунд после того, как подготовка закончилась. И почти сразу раздался истеричный голос офицера:

— Эй, стража! Шевелите задницами и откройте мне третью камеру! Живее!

Третья камера была моей. Как раз между Батаром и Батом. Офицер, судя по звуку шагов, остановился прямо напротив неё. А я, кажется начал припоминать, кому принадлежал этот противный голос, хотя пока что не мог выглянуть, чтобы его рассмотреть.

— Вы что, оглохли⁈ Томас, выведи этих бездельников и дай мне ключи!

Раздался грохот спешных шагов.

— Они спят, мой лорд, — отозвался через несколько секунд Томас.

— Что они делают⁈ — возмутился офицер. — Немыслимо! Сейчас же разбуди их и приведи ко мне!

Да, точно. Засранец считал себя слишком благородным и важным, чтобы самому зайти в каморку охранников или даже заглянуть туда по пути к камере. Я даже отчётливо представил, как он с важным видом стоял напротив двери, пока «чернь» суетилась по его велению.

— Они не просыпаются, сэр! — снова отозвался Томас. — Эм… Сэр, кажется они…

— Да что там такое, Томас! Ты не можешь разобраться с какими-то!..

— Лорд Артур Де Клер! — воскликнул я, выскочив из укрытия.

Британский офицер, который гнался за мной из деревни Аико до самой границы. Уублюдок, убивший её отца.

На его лице сначала отразилось удивление, затем страх, и только потом полное осознание.

— Ты…

Но слишком поздно. Я в секунду оказался в шаге от него и замахнулся для удара. Де Клер успел выхватить саблю и она со свистом разрезала воздух в том месте где я только что стоял. Но в последний миг я оттолкнулся от стены и плечом врезался в дверь камеры, за которой прятался Батар.

Здоровяк понял сигнал, выскочил наружу с диким рёвом и врезался в группу солдат, собравшихся в коридоре за своим командиром. Де Клер умудрился увернуться от этого чудовища, снова подставив под удар собственных подчинённых. Шустрый, зараза!

Но я шустрее. Схватил его, коленом врезал между ног, и гадёныш согнулся, выронив саблю.

Тем временем выскочил из укрытия Бат. Близнецы с особой жестокостью разобрались с растерявшимися солдатами. Одному из них даже почти удалось сбежать, но Батар выхватил ружьё у ближайшего противника и метнул, словно копьё, в спину беглецу.

Штыка на стволе не было, но враг хрюкнул, выгнулся и рухнул на пол. Подоспел Бат. Поднял ружьё и завершил дело брата прикладом по черепушке.

Под хруст костей я схватил Де Клера за волосы и приподнял, чтобы посмотреть в лицо.

— Где мой меч, сукин сын⁈ — прорычал я.

— Иди в!..

Ещё один удар прервал его на полуслове. Но тут я почувствовал, как сгущается магическое поле.

— Ах, ты, падла! — рыкнул я, выхватывая его руку.

На тонком узловатом пальце блеснула золотая печатка с алым камнем, переливающимся магией. Я грубо сдёрнул её, оставив на коже ссадину, и добавил ещё один удар по печени в качестве наказания за попытку сопротивления.

— Повторяю в последний раз, мудила. — «Мудила» сказал по-русски — не знал, как перевести. — Говори, куда дели мой меч, или сдохнешь так, что весь твой грёбаный род не отмоется от позора. Например, с собственной саблей в заднице. Как тебе такое, а?

О, да! Кажется, я попал в точку. Ещё и для пущей убедительности ткнул этой