Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

рядом с ним лежало еще красное платье, которое выглядело как смесь зимнего пальто и кимоно. Оно было теплым, мягким и имело то непревзойденное преимущество, что мне не нужна была помощь в одевании – несмотря на дрожащие руки. Мешочек с драгоценностью я спрятала за широкий матерчатый пояс. Обуви не было, впрочем, при всех коврах здесь, она мне, наверное, и не понадобится.

Поэтому я подошла к занавеске, которую задернул Ноар, чтобы побаловать себя уединением. Позади слышались голоса, разговор, смех. Мне не хотелось мешать, поэтому я проскользнула сквозь тяжелую ткань так же тихо, как и прошла. Ромэ, Паш, Киза и Ноар сидели за одним из длинных столов, болтали друг с другом и ели. В камине пылал огонь, а в воздухе витал восхитительный запах, напомнивший мне, что я уже несколько дней ничего не ела. Хотя я не издала ни звука, Ноар сразу поднял глаза. В его взгляде все еще тлели отблески нашего спора.

Его друзья замолчали и повернулись ко мне.

Юху, я в центре внимания…

Я изо всех сил старалась не показывать свою слабость. Мне нужна была не жалость, а помощь. Во всяком случае, это был мой вывод после часа раздумий в горячей воде: я бы попросила Ноара о помощи. И для этого мне нужно было, по крайней мере, создать впечатление, что мои колени не сдались бы уже через два метра. Киза первой нарушила неловкое молчание.

– Платье тебе идет больше, чем мне, – дружелюбно сказала она. – Пойдем, ты, должно быть, голодна.

Она наполнила чистую миску какой-то тушенкой и поставила ее на свободное место рядом с Пашем. Мне показалось странным находиться в этом кругу избранных. Я чувствовала себя инородным телом. Но мой голод победил, и поэтому я как можно незаметнее устроилась рядом с безумным воином теней со спутанными волосами. Тушеное мясо оказалось дымящимся рагу. У меня слюнки потекли. Но когда я потянулась за ложкой и хотела начать есть, мои пальцы дрожали так сильно, что я неизбежно бы все пролила. Быстро отложив ложку, спрятала руки под стол, надеясь, что этого никто не заметил. Но так мне не повезло. Золотисто-коричневый ястребиный взгляд Ромэ мрачно уставился на меня. Потом он скривился и укоризненно посмотрел на Ноара.

Тот пожал плечами и сказал:

– Она не хотела, чтобы я ее вылечил.

– Неудивительно, – буркнул Паш с полным ртом, вздрогнув от пинка под столом. Наверное, от Кизы, сидевшей напротив него.

Ромэ закатил глаза и протянул мне руку.

– Может, будет лучше, если я это сделаю?

Ноар так энергично поставил свою кружку на стол, что я съежилась. Принц теней мрачно уставился на своего белокурого генерала, что тот проигнорировал, так как, в свою очередь, мрачно уставился на меня.

Киза вскинула руки в воздух.

– Вы ведь понятия не имеете о том, как вести себя с женщинами, не так ли?

– Может быть, – вмешался теперь Паш. – Но я знаю, в чем настоящая проблема! – он украл мою ложку и демонстративно поднял ее в воздух. – Это всегда социальные правила, которые приносят нам неприятности. Без них… – он бросил ложку в высокой дуге позади себя и представил свои пустые руки, как в волшебном трюке, – … мир не перестает крутиться!

Потом он схватил свою миску и поднес ее ко рту, как если бы она была чайной чашкой.

Киза страдальчески покачала головой.

– Опять ты за свое! – постановила она, после чего Паш промычал что-то непонятное, словно вспыльчивый подросток.

Но тут Ноар тоже отложил свою ложку и под ликующие крики Паша начал есть прямо из миски. У Ромэ чуть глаза из орбит не вылезли. Киза, напротив, одобрительно кивнула и с усмешкой собрала ненужные столовые приборы. В результате лед был сломан. Паш продолжал рассуждать о том, насколько излишен придворный этикет, и втянулся в жаркую дискуссию. Теперь, когда все внимание было сосредоточено на мне, я решилась на новую попытку с рагу. На этот раз без ложки и обеими руками. И это сработало. Я все еще обижалась на Паша за то, что он столкнул меня с Золотой горы, но с номером с ложкой он был на верном пути к тому, чтобы исправить это.

Рагу на вкус было таким же великолепным, как и все в Кассардиме. Кроме того, я чувствовала, что с каждым куском моя сила возвращается. Даже раздражающая дрожь прекратилась через некоторое время, и в какой-то момент я поймала себя на том, что смеюсь над одним из комментариев Кизы. Только Ноар не принимал участия в разговоре. Время от времени он бросал на меня непостижимый взгляд, но большую часть времени смотрел на пламя в камине.

Когда я доела свою вторую миску рагу, мне просто хотелось набраться мужества и попросить воинов теней о помощи в освобождении моего отца. Но вот темная тень упала на стеклянную стену у входа.

– Давно пора, – проворчал Ромэ и поднялся. Остальные тоже встали и пошли навстречу вновь прибывшим. Я с любопытством последовала за ними.

Очевидно, снаружи только что приземлился шендаи, всадники которого теперь вошли в пещеру. Это были Дрокор и Лазар.

Бывший сенешаль выглядел лучше, переоделся и вовсе не был похож на человека, который едва избежал казни. Заинтересованный, он оглядывал столовую, пока не обнаружил меня.

– Амайя, – позвал он и вышел мне навстречу с улыбкой и распростертыми руками. – Ты в порядке?

Я почувствовала, как во мне поднимается бурлящий гнев. Как он, ответственный за все это здесь, мог просто войти и серьезно спросить меня, все ли со мной в порядке?! Он должен был освободить моих братьев и сестер и облажался. Поэтому меня едва не казнили. Поэтому мои братья и сестры до сих пор застряли в Золотой горе – под властью безумца. Не говоря уже о Зои, которую он просто прибрал к рукам и теперь ни капли не переживал о том, что с ней стало. Но вел себя так же славно, как будто пришел на званый ужин.

Когда он хотел обнять меня, у меня лопнуло терпение. Я сжала руку в кулак и ударила его прямо в лицо.

– Я не в порядке! – прошипела я на него.

Ау-у-уч! Черт возьми, я представляла себе это по-другому! Почему никто не сказал мне, что это так больно?!

– Прекрасная прямолинейная принцесса! – вопил Паш на заднем плане, пока я пожимала руку, пытаясь переварить шок от моего поведения.

Лазар потер подбородок и осторожно пошевелил челюстью туда-сюда.

– Ну, я, наверное, заслужил это.

– Ты заслужил гораздо больше, чем это, – сухо сказал Ноар. Он