Циклы 'Антимир-Восточный конвой-отдельные романы.Компиляция.Книги 15. Романы-16 - Владимир Дмитриевич Михайлов

— Хороший табак был. Но это не аргумент.

— Это его трубка. В яви можно будет проверить: помню, есть такая фотография, на которой крупно — он с этой самой штукой в руке. А если так, то — ты сам понимаешь — он был здесь совсем недавно. Счет идет даже не на часы — на минуты, может быть…

Это я и без него знал. В Пространстве Сна всякий может иметь при себе любой предмет из своей (да и не обязательно своей) жизни в Производном Мире; не сам предмет, конечно, в его материальном варианте, но его точную копию, состоящую из того, как мы для простоты называем, кью-вещества, или квази-вещества, из которого мы и сами тут сделаны — вещества, которого в яви просто нет. И такой предмет может существовать неопределенно долгое время — пока находится при тебе или хотя бы в поле твоего воздействия; он вместе с множеством других таких же кью-предметов составляет твой микрокон, твою персональную ячейку в Пространстве Сна. Но стоит тебе уйти из этой среды или, скажем, потерять вещицу — и все начинает медленно таять, так же, как кью-тело убитого или иным образом умершего в ПС человека, любого живого существа. Трубка была потеряна или выброшена; и она успела немного подтаять, это было видно и простым глазом. Сейчас, оказавшись в руках Борича, а потом и в моих, она снова стала возвращаться к нормальному виду.

— Если ты прав, — сказал я, — то Груздь действительно был здесь недавно. По времени этого миникона, конечно. Так или иначе — это уже лучше, чем ничего.

— Мне это представляется вот как, — сказал Борич. — Похоже, что взять-то они его взяли, но он сделал ноги. Так что теперь они ищут тебя — чтобы ты его не нашел, и ищут его — иначе все их старания впустую.

— Что же: интересная весть.

— И еще: они считают, что выйти на его след можно, начав с его жилья — с того места, где он уснул.

— Гм, — сказал я. — Такая мысль вроде бы и у меня возникала.

— Вот и реализуй. Только — не обижайся, я все же поопытнее — учитывай: тебя там могут на чем-то и подловить. Кинуть ложный след хотя бы. Да мало ли что.

— Да, — согласился я, — это реально.

К этому мгновению я пришел к окончательному выводу: мне нужно самому побывать дома у Груздя; только видя обстановку, в которой человек живет, можно составить о нем наиболее полное представление. Наверное, можно было попасть туда и наяву — учитывая, что нашим заказчиком была Служба. Но на это ушло бы время, а кроме того — я не мог бы действовать там в одиночку, мне, как говорится, смотрели бы на пальцы, а потом еще потребовали бы подробный отчет: что именно я заметил, и к каким выводам меня привел осмотр. Но в наши планы совершенно не входило обучать эсбистов нашей методике, так же, как мы не стремились углубляться в их ремесло. Как говорится, у них — своя кодла, у нас — своя. Так что обследовать жилище Груздя лучше всего здесь, в Пространстве Сна, где оно существует точно так же, как в Производном Мире: как было сказано выше, тут есть все.

— Ну что же, — подал я Боричу руку, прощаясь, — а на тебя мне, выходит, рассчитывать не приходится? Ты что: уже навечно ушел? Пока я был там, твой футляр вроде бы оставался в сохранности.

— По-моему, там, в Производном Мире, мне долго не протянуть. Канал возврата еле прощупываю, связи и вовсе нет. Но если тебе понадоблюсь — теперь знаешь, где меня найти. Пусти только сигнал по второму уровню — и что смогу, для тебя сделаю.

— Спасибо, — сказал я.

— Ну а потом, когда разберешься с ним, найдешь и возвратишь по принадлежности — приезжай сюда. Или туда, где я окажусь — в гости. Мы живем весело, вольно. Может, понравится.

— Все бывает, — согласился я, хотя не очень-то в это верилось. — Ладно. Ухожу.

— Счастливо, — напутствовал он.

— Выведи меня.

Борич стал трясти меня за плечи:

— Эй, вставай! Просыпайся! Пора!..

И заклубился радужный туман — пелена между вторым и первым уровнями Пространства Сна. Я возвращался туда, где надо было выполнять задание. Заниматься серьезным делом, а не махать шашкой. И для начала — побывать в том месте, откуда ушел в Пространство Сна пресловутый Груздь.

ДОМА И СТЕНЫ ПОМОГАЮТ

«Сукин сын Борич», — подумал я, сам того вроде бы не желая.

Эта глубокая мысль возникла потому, что оказался я вовсе не там, куда, по-моему, направлялся, а у себя дома. Нет, я не вышел, разумеется, из Пространства Сна, и Борича винить, пожалуй, было не в чем. Просто мое собственное подсознание решило, видимо, что нужнее всего мне сейчас было — побывать именно здесь; решило — и распорядилось соответственно. Обычно мы с подсознанием живем дружно, иначе работать в ПС вообще было бы невозможно. Однако бывают и разногласия. В таких случаях в мире яви обычно верх одерживай я, зато в Пространстве Сна — оно. Как получилось и на этот раз.

Но что я очутился дома — это бы еще с полбеды: всего лишь маленькая потеря темпа, которую я смогу без труда наверстать. Куда хуже было, что на диване в непринужденной позе сидела Люся И. и улыбалась так, словно только что получила беспроцентный кредит в долларах сроком на девяносто девять лет. Карабазо-барабазо, вот уж что некстати, то некстати. Какого черта?..

Мы с Люсей И. познакомились и подружились лет двадцать с лишком тому назад, и раздружились тоже за двадцать с чем-то до нынешнего дня; разница между «лишком» и «чем-то» составляла, помнится, года полтора. Происходило это совсем на другом меридиане, и какого рожна ей сейчас здесь понадобилось, было совершенно неясно. Получалось, что она затащила меня опять в семейный круг ПС, где мне сейчас делать было совершенно нечего. Кто и зачем вдохновил ее на такой демарш?

Я вгляделся — и кое-что стал понимать. Судя по ее стартовой позиции, она — тут, в ПС — решила просто изъять минувшие двадцать с чем-то из оборота и продолжать так, словно ничто никогда и не прерывалось. Вот уж воистину — средь шумного бала случайно…

Только в Пространстве Сна случайностей не бывает. Хотя причины и следствия нередко завязаны таким узлом, что и концов не найти. И чтобы уцепиться хоть за один из них, приходится порой