Двойной шантаж (СИ) - Линетт Тиган

Оля наливает так, что мне кажется, не замечает краёв. Быстро режет дольками лайм и ставит передо мной напиток. В животе неприятно колит, видимо уже от нервов, так как перед уходом, я опустошила холодильник Тимура.

— За нас, девочек, — она чокается со мной с громким звоном и большими глотками отпивает почти половину, довольно облизывая сладкие от джин-тоника губы.

Я делаю глоток, поморщившись, а затем и вовсе — закашляла.

— Ну ты и намешала! Решила меня с ходу уложить? — смеюсь я. — Закуска хоть есть? А то впечатление, что пью водку, — намекаю Оле на еду и она, не отвлекаясь от своего бокала, достает из-под столешницы пачку чипсов.

— Чем богаты, тому и рады, — пожимает она плечами. Я открываю упаковку сырных чипсов, которые не очень жалую, как запах и вкус, так и такую еду в целом. Но заедать нужно.

— У тебя стало как-то просторно. Решила в кои-то веки прибраться? — оглядываю я просторную студию, замечая порядок и только у стен забитые полки в красках, кистях и прочей творческой мелочи, названий которых даже не знаю. У стен стоят девственно-чистые хосты, ни разу не использованные.

— Не без помощи, — хмыкает Оля, а в глазах остро сверкает разочарование и боль. Она в момент грустнеет, опуская свой взгляд, покрутив в пальцах ножку бокала.

— Не может быть, что нам двоим так не везет, — поджимаю губы, — неужели Уваров и до тебя добрался? Обещал же мне, что больше без выкрутасов!

Оля вскидывает взгляд, удивленно моргнув.

— В смысле? Когда он ко мне добрался? — уточняет подруга.

— Виделись на днях, слёзно умолял помочь найти тебя, — без задней мысли отвечаю я. — Провел видимо, но мне показалось, что он был очень напряжен и даже… Ну, знаешь, этот их щенячий взгляд, когда они сдаются и готовы валяться у ног?

— Отлично знаю, — хмыкает Оля, — но Дамир щенок покрупнее, быстрее глотку перегрызет, чем довольно вильнет хвостом, — категорично заявляет девушка, ещё парой глотков надпивая коктейль, стремительно желая добраться до дна.

— Я так понимаю, что в Берлине что-то произошло? — осторожно интересуюсь я, впервые увидев взгляд Оли из-под лба.

— Произошло. Зачистка моих картин, — усмехается Оля, этим высказывая свою глубокую обиду и даже презрение. — До открытия остался всего день, я даже познакомилась с критиками и некоторым показывала свои работы. Они мне прогнозировали выставку на высоком уровне, но… Дамир решил, что я такого не заслуживаю, — она говорит с горечью, сцепляя зубы.

— Испортил выставку?

— Он считает, что это сделала я сама. Возможно, Дамир прав. Если бы я меньше… — осекается, тяжело выдохнув. — Мне нужно было слушать его с первого раза, когда он мне прямо в лицо заявил это своё любимое «исчезни!». А я наивная дура, решила, что узнает меня лучше и увидит… — она снова замолкает, сглатывая. — Ничего он больше не увидит. Для него я — исчезла, так что совсем не понимаю, зачем он каждый вечер пытается вынести дверь моей мастерской, — она сердито пыхтит и всё-таки достигает своей цели — опустошает бокал.

— Прости… — я закусываю губу, делая бровки домиком. — Не следовало мне давать ему адрес мастерской. Хочешь я его сама отпугну, если снова придет?

— Нет, пусть занимается этим бездарным делом и дальше — у меня отличная музыка и очень крутые наушники, даже тебя не сразу услышала, — она улыбается, мягко, расслабленно, но боль в сердце скрыть не просто.

— Если бы мы знали, что корпоратив обернется для нас такой любовной катастрофой — напились бы в клубе и дело с концом, — замечаю я, отпивая свой коктейль, закусывая чипсами.

— Точно! — Оля не сидит без дела, а поднимается и обновляет свой бокал. — А ты чего не пьешь?

— Да как-то… — я вздрагиваю, нахмурившись, прислушиваясь к своему самочувствию. — Твою ж мать… — отбрасываю чипсы, спрыгиваю на пол и бегом мчусь в уборную. Я моментально нагибаюсь над туалетом, извергая из себя не только алкоголь и чипсы, но даже утреннее пиршество.

Меня кидает в горячий пот от болезненных судорог в животе, буквально скручиваясь от мерзких ощущений. Выдыхаю только когда ощущаю пустой желудок, ощущая, как раскраснелись от натуги щеки и шея, а тело вмиг становится слабым.

— О-о-о, подруга, а ты значит, пришла ко мне с сюрпризом? — весело замечает Оля, оглядывая меня с ног до головы, когда я усердно умываюсь холодной водой. — Зачем тогда пила? Противопоказано же, вроде как…

— Это нервы, — цежу свозь зубы, — и твоё месиво, которое надо нормально закусывать!

— Я бульон сейчас тебе разогрею, — говорит Оля. Она внимательно смотрит, как я вытираюсь полотенцем и улыбается.

— Не хочу есть. Мне нужно просто успокоиться, — отмахиваюсь я, с ужасом представляя, что снова примчусь в туалет и оставлю весь обед в унитазе.

— Это ты не хочешь, а он — требует! — она указывает пальцем на живот, а мне так и хочется покрутить пальцем у виска. Что за чепуха?

Замираю, несколько недовольно поджимая губы. Надо же, сколько уже людей за последние дни поговорили со мной о беременности!

— Что, не веришь? — подтрунивает Оля. — У меня тесты есть в шкафчике. Пользуйся на здоровье! — она указывает на шкафчик, а я едва не отскакиваю от него.

— Ничего подобного, — спокойно произношу я. — Если мне и нужен сейчас тест, то только и психолога, который вправит мне мозги, — заверяю я Олю, а самой-то уже не по себе даже от малейшего предположения.

— Как знаешь, но бульон всё равно поешь, — она разворачивается и возвращается в зону кухни, пока я иду за ней следом, перечисляя сколько раз с Тимуром у меня был незащищенный секс.

Последний явно не считается, а в другие разы он доставал член весьма пунктуально… А я ещё и за циклом следила, не разрешая играться с подобным в дни овуляции, тем более я регулярно употребляла противозачаточные!

Стоп! Успокойся, Вика. Чем больше себя накручиваешь — тем хуже себя чувствуешь! Это нормальная реакция на организм, когда я ничего не ела и внезапно переела. Вот и было у меня ощущение тяжелого желудка. Всё под полным контролем!

— Надеюсь, он не сильно жирный? — принюхиваюсь я, когда Оля ставит на плиту небольшую кастрюльку, разогревая бульон.

— Что, уже начинаешь перебирать? — подтрунивает подруга.

— Я съем всё съедобное из твоих рук, но больше ни слова об этом! — рычу я, насупившись.

— Не в моих правилах обижать беременных, — кидает она через плечо звонко и несколько лукаво.

— Оля!

Глава 14: Сделка с предателем

Виктория:

Сколько бы я не отправила сообщений Егорчику, сколько бы ему не звонила — в ответ пугающая тишина.