Сердце Агрессора - Андрей

Мне было хорошо на корабле, и я вовсе не торопилась увидеть загадочный и пугающий Конвикт. Ко мне и к моему сыну ни кто не лез со всякими анализами и тестами. Вся не большая команда стремительного судна, за исключением Чеймера, держалась со мной даже несколько отчужденно. Это, скорее всего, было вызвано «геройствами» Рогнара на их планете, о которых мне немного рассказывал Джо. Не смотря на то, что я сожалела о смертях тысяч людей, все же была благодарна мужу за это ко мне отношение конвиктян.

Я не осуждала Рогнара, как не осуждали его и сами конвиктяне. Они признавали, что подрыв ядерных зарядов в обитаемой зоне планеты был вызван бессмысленной выходкой одного из их людей. Честно говоря, мне вообще было все равно… Они знали о наших с Рогнаром способностях, а мы знали о их. На этом основывалось взаимное уважение.

Конвикт уже был виден на обзорных экранах, и я наблюдала, как рады были туземцы быстрому приближению к своей родине. Во мне же известие о том, что спустя пару часов мы уже будем на планете, вызвало лишь чувство тревоги. Джо рассказывал о биологическом институте, и я не сомневалась, что сразу после посадки нас сразу перевезут туда и снова начнутся анализы… Я не могла больше допустить этого. Я не хотела этого.

В тоже время, я не обладала достаточной силой духа, чтобы повторить маневр Рогнара и захватить корабль. После долгих раздумий решила, что наилучшим выходом будет бегство в необитаемые районы планеты. С этой мыслью я успокоилась и даже смогла заставить себя улыбнуться одному из сияющих счастьем членов экипажа.

Между тем судно конвиктян творило чудеса. Я уже не говорю о скорости перелета в гиперполе, но то, с какой легкостью Чеймер управлял маневрами корабля, потрясло. Даже в обычном, околопланетном, пространстве лодка развивала огромную скорость. Планета росла, как дрожжевой грибок и вскоре уже занимала все поле экрана.

А такой посадки я вообще ни когда не видела. С космодрома нас вел навигационный луч, за пультом судна сидел Джо, но скаут мотало и бросало в разные стороны. Приборы показывали такие скорости ветров, и направления их так часто менялись, что, по моему мнению, посадка в этих условиях была чистым безумием. Но кроме ветров были еще молнии, играющие корабликом словно невесомой пушинкой. И что самое интересное не только в нашим! Посадку совершали еще пара — тройка кораблей. Не трудно понять, что я думала об обитателях планеты. Заметив выражение моего лица, капитан Танг подтвердил опасения:

— Они сумасшедшие, — совершенно спокойно проговорил он. И уточнил. — Все на этой планете — психи!

Он засмеялся, но я не могла понять причину веселья. Мы опускались прямо в ад населенный идиотами, монстрами и богами, а его, похоже, это искренне забавляло.

Но все кончилось благополучно. Скаут опустился в ангар. Тяжелые, бронированные створки отрубили внешнее безумие природы, и мы смогли спокойно высадиться на планету.

Нас встречали. Я решила, было, что столь внушительная делегация поджидала меня и уже стала выискивать щели для бегства, но, не обращая на меня внимания, все бросились здороваться с Джо. Возле меня остался лишь высокий угрюмый воин в броне и с оголенными по плечо руками. Он не был даже вооружен. И тогда я поняла, что ни кто не собирается силой тащить меня на анализы или запирать в клетку с сенсорами. Что моему малышу и мне ни что не угрожает. Что я вообще нахожусь здесь, на Конвикте — не более чем любезность Чеймера. И тогда я разрыдалась.

— Почему вы плачете? — вежливо поинтересовалась незаметно подошедшая девушка. — Кто–то вас обидел?

Я не могла ей ответить и просто отрицательно покачала головой. Мне мешали слезы.

— Это ваш сын?

Я кивнула, и слезы перестали литься из глаз.

— Симпатичный мальчик… А на кого он больше похож? На вас или на папу?

Слезы мгновенно высохли. Я забыла обо всем на свете и стала рассказывать о сыне этой совершенно незнакомой девушке. Ох, как приятно было это делать, учитывая, что я никогда раньше ни с кем об этом не говорила.

В разгар нашего разговора, перездоровавшись с сотней людей, к нам подошел Чеймер.

— Я смотрю, вы уже познакомились, — воскликнул он, сверкая улыбкой.

— Да нет, Джо, — смутилась девушка. — У нас был более важный разговор. Мы говорили об этом симпатичном мальчугане…

— Ну, тогда я вас представлю, — еще больше обрадовался тот. — Касс, это Ларри Реутов. Ларри, это Кассандра Ли Радж.

И все. И не слова больше, и не звука о Рогнаре.

— Вы с сыном хотите жить на Конвикте? — спросила Ларри, чем вызвала целую бурю в моей душе.

— Я не знаю… — промямлила я нерешительно. — Мы никогда раньше ни где просто не жили… Я не представляю себе…

Я замолчала. Замолчала потому, что увидела искреннее сочувствие на лице Ларри. У меня не было слов.

— Я постараюсь сделать так, чтобы вам понравилось у нас, — тихо произнесла девушка, и я ей сразу поверила. После пары секунд уныния лицо Ларри снова осветилось доброй улыбкой, и она уверенно воскликнула:

— Я прослежу, чтобы вас устроили в хорошей комнате. Пока! А когда стихнет рассветная буря, мы подберем место, где вам захотелось бы жить.

И я вдруг почувствовала себя так, словно после долгого–долгого отсутствия вернулась домой…

Спустя десять часов я проснулась в небольшой, скромно обставленной чистенькой комнатке. Освещение было выключено, но торчащая над горизонтом огромная красная макушка звезды Марусина уже достаточно хорошо светила.

Стараясь не потревожить спящего у стены сына, я встала. Одевшись, поискала скрытые приборы наблюдения, но ничего не нашла. Отсутствие замков на двери и охраны за ними и вовсе было встречено мной равнодушно.

Я сделала небольшой комплекс гимнастических упражнений и умылась, а потом повторила весь процесс с ребенком. Настало время завтрака. Я уже не кормила ребенка грудью, ему исполнилось два стандартных года, а последний раз мы ели еще на корабле. Я взяла сына на руки и отправилась исследовать комплекс зданий космопорта в поисках пищи.

Коридоры были пусты. Мне пришлось расспрашивать дорогу к столовой у изредка пробегавших мимо андроидов. Людей вообще не встретила. В итоге, после получасового блуждания, я вышла в довольно большой по местным меркам зал, где несколько человек, оживленно переговариваясь, кушали. Пульт–меню и окошко выдачи найти труда не составило.

В большинстве своем, названия кушаний были знакомы. Заказ не занял и трех минут, однако в ответ на табло появилась надпись: «Вставьте карточку служащего, либо опустите в приемник 1.5 трасса, пожалуйста». Я оказалась в тупике. Мало того, что у меня не было ни карточки, ни денег, так я еще и понятия не имела о существовании валюты под названием «трасс».

— У меня этого нет! — вырвалось у меня.

С десяток удивленных лиц были мне ответом. Через минуту откуда–то из глубин кухни вышел низкорослый толстячек с ласковой улыбкой на озадаченной потной физиономии.

— Извините, мэм. Какие–то проблемы?

— У меня нет карточки и трассов, — зло выдохнула я громким шепотом.

— Вы их потеряли? — тоже понизив голос, догадался он.

— У меня их никогда и не было, — пожала плечами я.

Во мне тихо просыпался воин. Еще немного и я принялась бы крушить все вокруг. В тот момент я отлично понимала, что же толкало Рогнара на его выходки.

Между тем степень озадаченности толстячка достиг предела.

Заинтересовавшиеся поедатели стали пересаживаться ближе. Ах, как я их ненавидела.

— А у кого из лордов вы, мэм, работаете? Или это частная фирма?

— Я сейчас ни где не работаю! — прорычала я. — И в твоих интересах, приятель, чтобы я и дальше бездельничала!

Сын, тоже заинтересовавшись, посмотрел на меня, что–то невнятно проговорил и растворился в воздухе, перейдя в другой поток времени. Лишь держа его руку, чувствовала, что он еще здесь.

Люди еще больше заволновались, атмосфера накалялась… Вот–вот должна была пролететь искра… Но тут в зал вошел капитан Танг, быстро оценил ситуацию и поспешил на выручку.

— Здравствуй Кассандра, — еще с расстояния шагов в пять воскликнул он. — Я уже с полчаса тебя ищу…

Капитан вставил в щель карточку и принялся выбирать заказ. В столовой стояла мертвая тишина. Открыв рты, обыватели пялились на нас.

— А Ларри не придет? — громко спросила я капитана, забирая разнос с головокружительно пахнущей пищей.

— Леди Реутов не смогла, — извиняющимся тоном произнес Танг. — Она на совещании.

Десятку любопытствующих туземцев, словно со всей силы врезали под дых. Одновременно они выдохнули и вернулись к еде.

— А где твой сынок? — безмятежно произнес Танг.

Я тихонечко свистнула. Только такой звук мог достичь ушей сорванца. Он немедленно вернулся в общее время.

— У меня нет желания гоняться за тобой по разным потокам, — строго сказала я. — Веди себя прилично.